Я не умею прощать!

Берзина Наталья Александровна

– Вот попробуй, это должно тебе помочь.

– Что это?

– Вино, местное и потому довольно редкое. «Кокур». Его делают из аборигенного сорта винограда, поэтому попробовать его удается только здесь.

– Я не хочу вина, меня и так мутит!

– Делай, что я тебе говорю! Тебе станет легче. Только сначала понюхай, какой восхитительный запах.

Действительно, вино пахло превосходно. Попробовав, Таня уже не смогла остановиться. Когда она маленькими глотками допила свой стакан, Андрей принес ей еще. Вино оказалось бесподобным, слегка согревало, но главное, от него невозможно было

оторваться. Вкус был действительно необычайным, в нем явственно чувствовался и аромат степи, и суровость здешнего киммерийского пейзажа, и ласковое солнце, и шелест волн. Куда-то исчез страх, вроде и качка стала меньше, тошнота прошла, будто ее и не было. Татьяне хотелось веселиться.

– Андрей, а о чем ты так долго говорил с барменом?

– Так, ни о чем. Знакомился. «Кокура» у него ведь нет. Только для своих, вот и пришлось стать своим.

– Быстро у тебя это получается!

– Захочешь выжить – научишься баранки грызть.

Через два дня Андрей разбудил Татьяну очень рано. Пока она возмущалась из-за столь ранней побудки, он объяснил ей, что сегодня они отправляются на экскурсию на том же катере, что и в прошлый раз.

– Но меня укачивает!

– Зато у Толика есть «Кокур»! Ты вполне нормально доплывешь и в баре.

В самом деле, весь путь до Ялты они провели в баре, лишь изредка поднимаясь на палубу, чтобы сфотографироваться. Затем они бродили по круто сбегающим к морю улочкам залитого солнцем города. Снова на теплоходе шли по морю. Поднимались к «Ласточкиному гнезду». Как зачарованные, глядели на необъятный морской простор. Воронцовский дворец вообще привел Таню в восторг.

Что и говорить, в то далекое время она была счастлива с Андреем, все проблемы начались чуть позже, когда мама стала активно вмешиваться в их жизнь.

– Танюша, ты где? – словно издалека донесся голос Волошина.

– Что? Прости, я задумалась. Ты мне что-то говорил?

– Да так, ничего, просто у тебя лицо вдруг стало таким мечтательным… Ты вспомнила что-то приятное?

– Да, как однажды отдыхала в Сугдее…

– И у твоих прекрасных ног кавалеры укладывались в штабеля!

– Нет, не было кавалеров, я была с мужем. И тогда мы еще были счастливы.

– Вы так же сидели в ресторане на берегу?

– Нет, просто кагор мне напомнил о том, как от качки на теплоходе спасалась «Кокуром». Вот и все. А в ресторане на берегу мы действительно сидели, но только в ночь перед отлетом. Была чудесная компания, мы пили шампанское «Парадиз», закусывали великолепным шоколадом и танцевали. Та поездка с ним была единственной, в которой я была счастлива, потом мы еще съездили пару раз, но все изменилось. Между нами уже намечалась пропасть.

– Как все складывалось у вас затем?

– Я уже говорила тебе, что мама убеждала меня, что постель – это грязь. Андрей пытался убедить меня в обратном, но я больше верила маме. Он много раз предупреждал меня, что может не выдержать без женщины. Однажды, чтобы убедить меня в том, что говорит серьезно, на моих глазах вонзил в руку нож. Рана была глубокой, страшной, крови было много. Но я восприняла это лишь как попытку меня испугать. А вскоре он успокоился. Я так понимаю, он начал тогда находить женскую ласку на

стороне. В общем, я сама виновата в том, что все так получилось.

– Зато я встретил тебя! И теперь ты будешь моей, я тебя никому не отдам, даже твоему бывшему мужу.

– А я не собираюсь к нему возвращаться.

После ужина Марек начал разговор с Ириной. Как и в случае с Женей, он пытался узнать, что же произошло в день приезда Татьяны. Ира ушла от ответа, но вскоре к ней наведалась Женя. И завела разговор о странном, по ее мнению, интересе Марека.

– Знаешь, мне кажется, через него кто-то пытается узнать о Татьяне, – заключила Женя.

– Я даже догадываюсь кто. Это новые постояльцы, в частности Леля.

– А зачем им это?

– Пока не знаю, но с Таней нужно будет поговорить. Ты же понимаешь, что в ту ночь на вас неспроста напали, и если бы не Волошин, то пришлось бы совсем плохо.

– Догадываюсь. На Марека я никогда не возлагала особых надежд, но что он такой трус, узнала только в тот злосчастный вечер. А теперь выходит, его еще и используют. Ты мне можешь объяснить, что за тайна связана с Таней?

– Прости, нет. Этого тебе лучше не знать.

– Волошин в курсе?

– Разумеется. Но я думаю, Таня сейчас в надежных руках. Волошин способен и за себя постоять, и женщину защитить.

– Повезло ей! Меня за всю жизнь никто ни разу не защитил. Все приходилось решать самой. Еще со школы, там вовсе приходилось драться наравне с мальчишками.

– У меня было то же самое, пока я не встретила Петра.

– Мне остается только всем вам позавидовать.

– Не грусти, Женя, встретишь ты еще настоящего мужчину, тогда тебе мареки и не понадобятся.

– Хотелось бы. Мне уже тридцать два. А мужчины рядом как не было, так и нет. Ира, а как ты думаешь, зачем этой Леле Таня?

– Женя, не пытайся меня объехать на кривой козе. Я не знаю, кто такая Леля, но то, что она и ее мужчина представляют определенную опасность для Тани, – очевидно. Давай пока не будем устраивать дискуссии на эту тему. Но если нам понадобится твоя помощь, надеюсь, мы сможем на тебя рассчитывать?

– Безусловно.

– Вот и замечательно! У меня к тебе небольшая просьба. Таня сейчас ничего не замечает через розовые очки, ты, пожалуйста, присмотри за ней, вдруг Леля начнет ее раскручивать. Сразу же тогда предупреди или меня, или Петра, или Волошина.

– О чем вы тут беседуете, милые дамы? – с порога спросил Петр.

– Да вот Женя говорит, что Марек начал интересоваться Татьяной. А конкретно тем утром, когда она приехала.

– Опаньки, все страньше и страньше! С какого перепугу его это заинтересовало?

– Как я поняла, его Леля в постельку затащила и начала раскручивать. Ой, прости, Женя!

– Ничего, этот аспект меня уже не интересует.

– Так вот, во время шторма, когда Жени не было, они сидели на террасе и попивали вино, затем бутыль с собой забрали и поднялись наверх. Чем они в номере занимались, можно только догадываться. Но к обеду он не спустился, а его одежда затем валялась в коридоре у двери номера Лели. Я ее прибрала. Сегодня уже под вечер Леля подходила к нему и, похоже, угрожала, уж больно вид у Марека жалкий был.