Я [ненавижу] аристо

— Готов?

— Всегда готов! — Тим-младший коварно сморщился и обнажил мелкие зубы, которые уже начали меняться на коренные.

Издевается, гадёныш. Прекрасно знает, как я ненавижу жандармов и всё, что с ними связано — от девиза до их идиотского камуфляжа.

— Смотри оставшиеся не рассыпь! — Мой кулак у его носа всё-таки заставил вредного братца убрать ухмылку с чумазого лица. — Вперёд!

Согласно шмыгнув, пацанёнок ловко протиснулся сквозь ограду

парковки торгового центра и на миг скрылся из вида за рядами машин.

Это, наверное, самый большой в Ротенбурге храм потребления. Внутри — самые дорогие магазины. И самые богатые покупатели…

Почти не пригибаясь, братец быстро засеменил вдоль шикарных капотов и блестящих бамперов к намеченной цели, прячась от огней гигантского рекламного щита, зачем-то призывающего вступать в жандармерию. Странно. «Работа для настоящих героев», как утверждала реклама, наверняка ничуть не интересовала местную клиентуру. Наверное, управа просто бабки тут с рекламщиками пилит. Или они сами крысят у них потихонечку. Тут по другому нормально не заработать.

А братец-то мелкий совсем, даже для своих неполных восьми… Но на самом деле он уже куда взрослее любого барчука из какой-нибудь пафосной прогимназии. Уже лет через пять будет почти как я. И сможет сам мне в зубы дать при желании. Ну, максимум через семь. Главное синтетикой не кормить. Глядишь, выйдет толк из пацана.

— Ах, оставьте, баронесса… Кто вам сказал такой вздор?! В текущем сезоне — только шёлк! И только из Южного Квансона! Да-да! — Без устали тараторя в покрытую какими-то кристаллами трубку, расфуфыренная дамочка одновременно пыталась найти в своей сумочке пульт от сигналки. Интересно, что стоит дороже — этот её брендовый кошелёчек или перламутровый внедорожник, который она пытается открыть? Ничего, скоро выясню…

— Отнюдь, сударыня! Нет-нет, слышите! Жемчуг — это уже совсем прошлый век! — Надутые губы раскрашенной курицы, тем временем, сложились в какой-то презрительный пельмень. Или это резина сама на морозе так сморщивается? — Ох, ну наконец-то… Что? Нет-нет, это я не вам! Просто никак не могу попасть в машину… Да-да, Мусик недавно новую подарил. А то старую мне какой-то подонок вчера поцарапал. Я, главное, еду себе и еду, блог записываю… А он, видите ли, разгружался… Нахал! Что? Да, совсем распустились! А? Ах, да-да… Балует меня, что поделать… А-ха-ха-ха-ха…

Нет, эта фифа точно не из благородных. Манеры совсем не господские. Скорее всего, просто подмахивает кому-то из местных местечковых графьёв. Может даже сразу нескольким. Может даже одновременно. Они это любят… Такой свиристелке всегда проще новую цацку купить, чтоб заткнулась. Это за жён или дочурок знать тебя и на том свете найдёт. Семьи под боярами трогать — себе дороже…

Да к тому же, все эти родовитые дочурки и сами могут рога поотшибать при желании. Даже без охраны… Не просто так все эти кланы уже тысячу лет на верхушке сидят.

Но от этой селёдки точно можно не ждать файербола в

морду. Да и ствол она с таким маникюром не удержит. Максимум — из баллончика какой-нибудь гадостью брызнет. Можно брать.

Сигнал зуммера, говорящий о снятии блокировки дверей, к счастью, быстро заглушил этот приторный смешок. Такой же искусственный, как и наштукатуренное лицо этой барской шалашовки… Ну да ладно. В конце концов, она занята, тем же чем и мы с Тимом — выживает как может. И ради этого готова практически на всё. Всего лишь вопрос цены.

— Секундочку, баронесса… Я сейчас… — Плавно закрывшаяся дверь заглушила дальнейший телефонный разговор. И тут же мягко заурчал мощный двигатель.

А Тим уже на месте… Тронулась… Ну чего тупишь?! Действуй!

— А-а-а-а-а-а-а!!! Больна-а-а-а-а!!!

Вот так-то лучше…

Дверь нежно-розового джипа снова плавно откинулась. И надутая модница выскочила наружу, распахнув свои километровые ресницы, похожие на кисти дяди Тумира:

— Ты что тут делаешь?! А ну отойди от машины! — Заозиравшись по сторонам, дамочка тут же включила голосовую сирену на всю мощь. — Охрана! Охрана-а-а!!!

Зря стараешься, дырка на ножках… Сторож там восьмую серию в своей будке смотрит. Сегодня финал сезона.

— Охрана! Охр… Ах! — Тряся грудями, дамочка процокала на своих каблучках до кормы машины и ахнула. Ведь было от чего — нога мелкого пацана под ребристым колесом превратилась в грязный блин. Из-под которого уже вытекала багровая краска, которой Тумир вчера красил подъезд соседнего человейника. Надеюсь, той что осталась, ему сегодня хватит. А то начальник на него и так зуб из-за нас с Тимом точит. Дескать, не положено чужих в казённую хату пускать… Ну а уже завтра я тебя отблагодарю, дядь Тумир… Сейчас будет чем…

Теперь уже моя очередь. Пора!

— Ах ты крысёныш! Ты представляешь, какой мне теперь штраф из-за тебя выпишут! Ты что ли его платить будешь? Или твой папаша-нищеброд?!

Нету у него родителей, курица ты ощипанная. Один я остался. Да дворовые, типа Тумира помогают…

Но вызов охраны, похоже, отменяется. Всё как я планировал. Вы, куклы, всегда такие предсказуемые…

— А-а-а-а-а-а!!! — Разинув щербатый рот во всю ширину, Тим своим воплем даже вызвал срабатывание сигнализации у соседней машины.

Чем окончательно вывел из себя капризную мамзель:

— Ещё и машину мне новую испачкал! — Барская подстилка завертелась, пытаясь отыскать карман в многочисленных складках соболиной накидки. — Вот я сейчас как позвоню в санитарку! Оттуда уже не сбежишь, паразит ты эдакий!

— А-а-а-а-а!!! Тётя, не надо, пожалуйста-а-а-а!!! Мне больна-а-а-а!!!

Красавчик, братишка. Давай только ещё погромче, а то тут снег хрустит. А ведь только ещё октябрь!

— Так тебе и надо, паршивец! Ало! Ало-о! Мусик! Мусик, ты это слышишь?! На меня напали! Да, прямо напали!!! И машину испортили! Да, новую! Какое-то хулиганьё малолетнее!!!