Шрифт:
Альбом для рисования - есть. Набор обычных карандашей разной мягкости и твердости - есть. Набор красок, подаренный Элис - есть. Набор маркеров, подаренный Эсми - есть. Талант… отсутствует. Ладно, прорвемся. Как-то же обычные узоры попадают в музеи и на аукционы, оцениваясь в миллионы долларов!
Я уселась на пледе на заднем дворе Чарли, готовясь творить. Утром я поняла, что читать мне больше нечего, а идти в библиотеку Калленов мне не хотелось. Да, Эдвард говорил, что я член семьи и могу в любое время приехать к ним в особняк, но я не Каллен. Ну, еще не Каллен.
Я встряхнула головой, чтобы прогнать неприятные воспоминания. Мне не нужны негативные эмоции летом, особенно за пару месяцев до свадьбы.
Я раскрыла альбом на первом листе, взяла карандаш в руки и глубоко вздохнула. Как только грифель прикоснулся к бумаге, двор наполнился солнечными зайчиками. Эдвард.
Твердые руки обняли меня со спины, а холодные губы прикоснулись к правому виску.
– Привет, - услышала я знакомый шепот.
– Наслаждаешься долгожданным теплом?
Я повернула свою голову в его направлении и потонула в его золотистых глазах.
– Мой источник тепла рядом, конечно, я наслаждаюсь, - ответила я.
Эдвард засмеялся.
– Это ты источник тепла. Я всего лишь ходячий холодильник.
– Я не могла не рассмеяться ему в ответ.
Несколько минут мы просто сидели, смотря друг другу в глаза. Поглощенные. Влюбленные.
– Где ты был?
– прервала я молчание.
Эдвард хитро улыбнулся.
– Давай это останется моей маленькой тайной. Пока.
– Эдвард, что ты… - Он прервал меня, прижав свой указательный палец к моим губам.
– Любимая, потерпи пару дней. Скоро ты все узнаешь.
– Ты же знаешь, как я ненавижу, когда от меня что-то скрывают.
– Поверь мне, тебе понравится!
– настаивал он.
– Может ты хотя бы намекнешь? Я же сойду с ума!
Эдвард отрицательно покачал головой. Он забыл, какая я упрямая?
– Эдвард Энтони Мейсен Каллен, что ты выдумал?
– Изабелла Мери Свон, когда же ты уймешь свой пыл и хоть раз сделаешь то, о чем я прошу?
Со счетом один-ноль побеждает мистер я-вампир-не-рассказывающий-тайну-его-невесте.
– Хорошо, я буду ждать.
Мой голос прозвучал довольно уныло. Эдвард расстроенно покачал головой.
– Белла, почему ты так не хочешь, чтобы я сделал для тебя нечто особенное? Я хочу осуществить все твои мечты, заставить улыбку никогда не покидать твое лицо. Я хочу дать тебе ценные человеческие воспоминания, которые ты не забудешь даже после обращения. Я положу мир к твоим ногам, лишь бы ты была счастлива!
На моих глазах наворачивались слезы. В такие моменты я спрашивала небеса, почему именно я стала возлюбленной этого восхитительного мужчины. Я сделала что-то грандиозное в прошлой жизни? Навряд ли, ведь во мне нет ничего необычного. Я не лебедь, а лишь гадкий утенок. Жалкая овечка, повстречавшая величественного льва. Да, я мечтала о великой любви, надеялась на чудо, но боялась, что это может причинить мне боль. Что любовь когда-нибудь угаснет. И вот теперь я вечно буду любить и буду любима.
Эдвард увидел слезу, скатившуюся по моей щеке, смахнул ее ледяной ладонью и поцеловал меня.
Я отчаянно прижалась к нему, желая, чтобы все происходящее не оказалось одним длинным реалистичным сном. Мы тонули в объятиях друг друга, стремясь стать одним целым. Все вокруг испарилось, оставляя нас в уникальном мире, где не существовало ничто, кроме нас и нашей любви. Я потеряла ход времени. Прошел час? Два? Больше? Мне было недостаточно этого времени, и так будет всегда.
Если бы кто-то наблюдал за нами, то точно бы удивился, как от легкого противостояния мы перешли в меланхоличное состояние. От этой мысли я хихикнула. Эдвард отстранился и вопросительно посмотрел на меня.
– Как же я хочу знать, о чем ты думаешь! Скажешь, что тебя развеселило?
– Я подумала о том, какая я непостоянная. Как ты со мной уживаешься?
Любимый ослепительно улыбнулся.
– Неверный вопрос. Как ТЫ со мной уживаешься?
– сказал Эдвард и подмигнул мне.
Я рассмеялась и начала собирать свои принадлежности для рисования.
– Ты не будешь рисовать?
– спросил он.
– Желание пропало. Тем более мне пора делать ужин для Чарли.
– Как скажешь.
Эдвард забрал у меня вещи, легко вскочил и протянул мне руку. Я протянула ему свою ладонь, и он поднял меня на ноги.