Я никогда не...
Шрифт:
– Что ты делаешь?
Эмма вздрогнула. Скрестив руки, в дверном проеме стояла Ниша. Она подошла и схватила Эмму за плечо.
– Я тебя сюда не приглашала!
– Погоди!
– Эмма показала на фото.
– Когда это было сделано?
Ниша посмотрела на снимок и закатила глаза.
– Ты не умеешь читать?
– спросила она тоном всезнайки.
– Написано же - 31 августа.
Ниша положила ладонь между лопаток Эммы и вытолкала девушку за дверь. Потом закрыла ее на замок и только тогда повернулась к Эмме.
– Быть в команде - значит посещать командные
– Даже Лорел была там, - медленно сказала Эмма, поднимая глаза, чтобы встретиться взглядом с Нишей. Надменная улыбка скользнула по лицу девушки, когда она взглянула поверх плеча Эммы.
– Легка на помине! Мы только что о тебе говорили.
Эмма обернулась. В конце коридора, держа красный пластиковый стаканчик, стояла Лорел.
– Вы обо мне разговаривали?
– спросила она, переводя взгляд с одной девушки, на другую.
– Я просто рассказывала Саттон о том, как мы отлично провели время на моей ночевке перед учебным годом пару недель назад, - прощебетала Ниша.
Лорел покраснела, а пластиковый стаканчик в ее руке смялся, когда она сжала его посильнее.
– Оу, - быстро сказала она. Лорел посмотрела на Эмму, а потом на фиолетовый коврик, лежащий на полу.
– Саттон, мне жаль... Я...
– Чего стыдиться?
– Ниша хлопнула себя по бокам.
– Ты пришла, Лорел. Ты повеселилась.
Растянутые в улыбке губы Лорел сморщились.
– Было хорошо, - прошептала она.
Глаза Ниши загорелись от триумфа. Она еще раз дернула за ручку своей спальни для большей уверенности и прошла мимо Эммы и Лорел. Потом девушка посмотрела на комнату отца, при этом с ее лица исчез румянец, и закрыла на замок и ее. Когда Ниша совсем скрылась, Лорел застенчиво посмотрела на Эмму.
– Прости, Саттон. Знаю, что вы с Нишей друг друга ненавидите. Но я думала, что ночевка - обязательное мероприятие. И не знала, что вы с Шарлоттой не собираетесь идти. Не злись на меня, пожалуйста.
Может быть, Саттон взбесилась бы, узнав то, что сказала Ниша. Теперь понятно, почему Лорел не призналась, что ходила на вечеринку - предполагается, что все друзья Саттон ненавидят Нишу. Саттон могла интерпретировать это как предательство.
А Эмма вздохнула с облегчением. Раз Лорел была на этой ночевке, значит, у нее железное алиби на 31 августа. Ни она, ни Ниша не могли убить Саттон.
– Все нормально, - сказала Эмма Лорел, так крепко обняв сестру Саттон, что та чуть не упала.
Я описывала вокруг них невидимый круг. Ощущение даже лучше, чем когда очистилось имя Шарлотты и Мэделин. Моя собственная сестра была невиновна.
Глава 14
С двойным трудом
– Что происходит?
– спросила Мэделин, распахнув дверь и уставившись на Лорел, Эмму и Шарлотту, стоящих на крыльце. Стоял субботний день, и все трое принесли забрызганные краской джинсы, грязные футболки и старые кроссовки.
– Мы это наденем, когда будем возвращаться домой.
–
– Я сказала маме, что мы с Шар сегодня добровольно помогаем команде Среды обитания человечества в покраске домов. И сказала, что Саттон тоже должна пойти, я пообещала, что для нее это будет полезный опыт.
– Вот как далеко мы заходим, чтобы освободить тебя, Саттон, - драматично произнесла Мэделин, перекинув через плечо длинную черную косу.
Шарлотта подмигнула Эмме, и та захихикала. Ей больше не приходилось напрягаться, находясь рядом с ними: они были друзьями Саттон, а не убийцами. Она была так благодарна, что позволила Лорел этим утром съесть последний нежирный маффин, а когда они сели в машину Шарлотты, она крепко ее обняла.
– Кто-то сегодня веселый, - прокомментировала Шарлотта.
– Ты влюбилась?
Теперь Эмма огляделась. Она первый раз оказалась дома у Мэделин: бунгало с настоящими глинянными стенами, камин старой школы в стиле Пуэбло и кухня, выложенная мексиканской плиткой, с веселыми красными подвесными светильниками. За окном открывался потрясающий вид на горы Каталина, Эмма даже могла различить линию людей, поднимающихся пешком на одну из верхних троп.
– Проходите.
– Мэделин взяла с кухонного «островка» большую миску с поп-корном и прошла в комнату.
Большой плоский телевизор в углу окружали вельветовые кушетки. Развешанные на стене плакаты со словами «БЛАГОСЛОВИ НАШ СЧАСТЛИВЫЙ ДОМ» и «МЫ - СЕМЬЯ» окружали фотографии Мэделин и ее брата Тайера. Эмма пододвинулась поближе к фотографиям и попыталась рассмотреть их так, чтобы не заметила Мэделин.
Среди них были фотографии Тайера в футбольной форме. Вот он стоит напротив местного итальянского ресторана, притворяясь, что откусывает большой кусок картонной вывески пиццы. Тайер стоит на вершине скалы, одетый в красную футболку и шорты цвета хаки с большим количеством карманов. Ветер задувал его черные волосы на теплые глаза орехового цвета, а на светлокожем лице с волевым подбородком застыла легкая улыбка. Парень улыбался на всех фотографиях, кроме одной - группового снимка, сделанного перед выпускным. Парадно одетые Саттон и Гарретт стояли рядом. Мэделин была с Райаном Джеферсом, которого Эмма узнала по школе, а темноволосого спутника Шарлотты девушка не знала. Тайер стоял немного в стороне, скрестив руки на груди, обтянутой великолепно сидящим смокингом. Его глаза были прищурены, а лицо - жестким, будто он пытался выглядеть вежливым.
«Таинственный мальчик исчезает без следа», - подумала Эмма, дав фотографии заголовок.
Но что-то в выражении Тайера вызывало глубоко внутри меня эмоцию. Тайер не пытался выглядеть вежливым, он был рассержен. Но на что он злился?
Эмме хотелось спросить мальчика на фотографиях: «Кто ты? Почему ты ушел? И почему каждый раз, когда я вижу твое изображение, то ощущаю озноб?»
В этом ты не одинока.
Мэделин направила на телевизор пульт, и на экране появилось шоу «Пляж». Она открыла большую белую папку, на которой яркими оранжевыми буквами значилось: «ШКОЛЬНЫЙ БАЛ ПО СЛУЧАЮ ХЭЛЛОУИНА».