Я никогда не...
Шрифт:
Шарлотта посмотрела на примерочную на втором этаже. Дверь была плотно закрыта.
– Насколько я знаю, они не имеют ни малейшего понятия.
Достав рацию на бедре, она нажала кнопку «Говорить».
– Как все проходит, Лорел?
– Отлично!
– нечетко прозвучал из динамика голос Лорел.
– Я просто помогаю Лили и Габби одеться. Они выглядят шикарно!
Хитрая усмешка отразилась на лице Шарлотты.
– Прекрасно. Они будут нужны нам внизу через пять минут. Хорошо? А до тех пор оставайтесь там. Мы отправим визажиста наверх.
– Есть!
Когда
– Мы должны продержать их наверху до самого последнего момента, когда им нужно будет выходить на сцену. У них не будет времени переодеться.
Хихикая, к ним присоединилась Мэделин.
– Все будет замечательно.
– Я надеюсь.
Шарлотта посмотрела на бархатный занавес, разделяющий переднюю часть сцены от задней, и на ее лице внезапно появился серьезный взгляд.
– До тех пор, пока мы снова не отправим Габби в больницу.
Мэделин напряглась.
– Мы не отправляли Габби в больницу. Это сделала Саттон.
Они обе повернулись и уставились на Эмму. Та будто ощутила резкий удар в живот. Должно быть, они говорили о розыгрыше с поездом. Она подождала, пока кто-то из них разъяснит дальше, но Мэделин начала возиться со своим планшетом, а Шарлотта зашагала прочь.
Прозвенел последний звонок, и двери в фойе плавно открылись. Эмма выглянула из-за кулис. По центральному проходу хлынул поток учеников и заполнил плюшевые красные сиденья. Новенькие девочки уставились на декорации Титаника, визжа о том, что они не могут дождаться того момента, когда тоже смогут участвовать в конкурсе. Группка девушек, которую Мэделин и остальные называли Девственницами-Вегетарианками - по причинам, в которых Эмма не была до конца уверена, но догадывалась - плюхнулась рядом с парочкой трупов и закричала. Вся футбольная команда уселась вместе, толкая друг друга и борясь за внимание. Практически все в зрительном зале достали телефоны из сумок и украдкой проверили экраны.
В голове у Эммы крутились слова Шарлотты. «До тех пор, пока мы снова не отправим Габби в больницу». Что, на самом деле, произошло в ту ночь? Саттон травмировала Габби? Всплыло сообщение в коробочке с брелком-поездом: «Я запомню ее навсегда».
– Время показа!
– Шарлотта металась среди конкурсанток, которые осматривали свой макияж жертвы утопления в зеркалах в полный рост.
Эмма позволила занавесу закрыться и уставилась в потолок, как будто могла увидеть сквозь него примерочную Близняшек.
– Всем построиться! Я объявлю вас школе через пару минут!
Шесть конкурсанток, не участвующих в розыгрыше, нашли себе пары, шестерых симпатичных парней, которые выглядели абсолютно мертвыми для смокингов. Шарлотта бросила взгляд через плечо, замахав руками как авиадиспетчер.
– Мэдс, ты поприветствуешь толпу. Саттон, ты выйдешь на сцену слева - для тебя на полу начерчен большой крест - со всеми лентами для девушек и парней, участвующими в конкурсе. Я выйду на сцену справа. Саттон, можешь открыть коробку с лентами? Они возле зеркал. Саттон?
Эмма моргнула, вырвавшись из своего транса.
–
Она направилась к коробке с лентами слева от сцены. Голос Лорел затрещал в рации.
– Э-э, Мэдс? Мы теперь можем спускаться?
Мэделин поглядела на часы.
– Нет! Мне нужно, чтобы вы побыли наверху еще немного.
– Э-э...
– сквозь динамик рации проскрипел ответ.
– Правда? Не уверена, что это возможно.
Дверь светящейся кабинки открылась, и на площадке появились Близняшки. Они были одеты в откровенные стринг-бикини, а на ногах у них были высокие серебристые шпильки. Их загорела кожа сверкала. Ноги росли буквально от ушей. Но при этом они выглядели голыми по сравнению с остальными гламурными конкурсантками в вечерних платьях. Позади них стояла Лорел, бросая беспомощный взгляд на Шарлотту, Мэделин и Эмму, стоящих внизу.
– Я пыталась!
– она беззвучно проговорила губами.
Когда Габби и Лили стали спускаться по лестнице с гордыми королевскими улыбками на лицах, Эмма смогла точно определить тот момент, когда они заметили, что все остальные номинантки - в платьях. У них отвисли челюсти. Они застыли как вкопанные. Нора толкнула Мэдисон. Алисия начала хихикать. Внезапно все поняли шутку.
– Бесценно, - взволнованно прошептала Шарлотта.
– Мило, - прошептала Мэделин, приподнимаясь на цыпочках в ожидании момента, когда их увидит толпа.
Эмма напряглась, ожидая реакции.
Но полураздетые Близняшки просто обменялись сокровенными взглядами, а потом Лили зашагала к темной нише в задней части комнаты.
– Не бойся, Габс!
Она извлекла из укромного уголка сложенную сумку для покупок из Сакс, которую, очевидно, положили туда несколько часов, если не дней, назад. Зашуршала оберточная бумага, когда она сунула руку внутрь и вытащила два облегающих черных платья. Шарлотта и Мэделин уставились друг на друга в то время, как Лорел застенчиво смотрела на них.
– Откуда эти платья из гладкого джерси от Игаль Азроэль взялись?
– с преувеличенным удивлением спросила Габби.
– И ух ты! Они даже нашего размера!
Близняшки натянули платья через головы, развернулись и уставились на Шарлотту, Мэделин, Лорел и Эмму.
– Милая попытка, - ледяным голосом произнесла Лили, когда одна из визажисток бросилась к ней и стерла ее голубые тени под глазами.
– Мы твои неубедительные трюки за версту чуем.
Габби повернулась к Эмме.
– Мы не настолько глупы, как выглядим, Саттон. Тебе ли не знать.
Эмма прижала ладонь к груди.
– Я никогда и не говорила, что вы глупые.
С губ Габби сорвалась саркастичная усмешка.
– Верно.
Не сводя с нее взгляда, она прошагала к Эмме, влезла в сумку из Сакс и достала пузырек с таблетками с той же розовой крышкой, что Эмма заметила на днях. У нее перед глазами промелькнуло рецептурное название, написанное черным жирным шрифтом. «ТОПАМАКС». Эмма вздрогнула. Она была уверена, что Габби употребляла риталин, валиум или какой-то другой наркотик для вечеринок. Но топамакс - это уже серьезнее.