Я никогда тебя не...
Шрифт:
— Если ты думаешь, что я такая же слабая и ведомая, как ты, то ошибаешься. Я не предаю людей, которых люблю, — произнесла я, надавив чуть сильнее, отчего на его коже выступила кровь. И я знала, что если бы он захотел он бы мог убить меня в одно мгновение или вырубить заклинанием, но он не стал делать этого. Лишь разжал свои пальцы и посмотрел на меня, как в последний раз.
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — промолвил он мне вслед, пока я убегала оттуда быстрее пули.
Я поверить не могла тому, что сейчас произошло. Во-первых, тому, что
Выбежав на улицу, я вдруг услышала истошный крик ребят, которых просто магнитной силой притягивало со всех сторон в одну общую кучу, а вдалеке стоял Тайлер и смотрел на меня как зверь на добычу. Я бросилась бежать к Энид и остальным, а он бросился за мной в ответ, хромая на одну ногу, и кажется, не мог обратиться. Не знаю, с чем это было связано. Когда он ощутил, что я уже близко к остальным, он изменил свой курс.
— Что это было?! Что происходит?! — закричал Юджин, вцепившись в меня, и я начала оглядываться.
— Где Энид? Бьянка? — встревожено произнесла я, пытаясь найти их глазами.
— Их затянуло туда к остальным, — сказал он, и я, наконец, увидела в самой гуще леса её мерзкую рожу даже через лобовое стекло голубого кадиллака.
— Ах ты, сука! — кинулась я бежать туда, и Галпин старший ринулся за мной.
— Стой, Аддамс, не делай глупостей! — слышала я позади себя, он одёрнул меня за рукав, и я остановилась. — Послушай. Нужно действовать разумно, иначе она сбежит.
— И что Вы предлагаете??? — уставилась я на него, тяжело дыша…
***Я оказался в участке и сидел там около получаса, пока меня оформляли, как вдруг внезапно всех вокруг за секунду отключило. Я только и успел осмотреть помещение, как почувствовал жжение в висках и направился в бессознательное состояние следом за ними.
Очнулся я уже в другом месте. На мягком диване и даже не связанный. Передо мной был журнальный столик, на котором стояли две чашки чая.
— С возвращением, милый, — прозвучал искаженный голос, от которого мне захотелось скулить или вскрыть себе вены. Это не могло быть правдой. Только не это.
— Я тебе не милый, мразь, — сказал я холодным тоном, оглянувшись.
— Ауч, ну, зачем так некрасиво, — сказала она, объехав меня на кресле-каталке и остановившись в другом конце комнаты. — Тебе придётся слушаться.
— Жестоко же тебя перекосило. Страшно смотреть, Лорел, — взглянул я на её внешний вид. Её действительно парализовало с одной стороны, хотя бы в этом он не соврал.
— Это ещё одна причина, по которой я хочу убить твою Уэнсдей Аддамс, — попыталась она улыбнуться.
— Ты её и пальцем не тронешь, иначе я тебе их все переломаю, — сказал я, встав с дивана.
— Я нет… Что ты… Сядь, Тайлер, — указала она мне на место.
— И не подумаю, — рявкнул я, пытаясь подойти к ней ближе, но внезапно ощутил жесткое давление в коленях и меня силой приковало к
— Ты обещала её не трогать, — произнёс он, удерживая меня на диване.
— Я знаю, милый, и мама держит своё слово, — промямлила она, взяв кружку со стола, — Чаю.
— Иди нахрен, Лорел! — сказал я, ощущая себя подневольной игрушкой.
— Джеймс, дорогой, научи нашего гостя манерам, — промолвила она угрожающим тоном, и он улыбнулся.
— С радостью, мама, — ответил довольный голос, и я ощутил уже знакомое чувство давления в грудной клетке.
Боли было много. Она была самой разной. Они мучили меня около двух часов. И только потом я рухнул на пол без малейших сил, ощущая, как всё моё нутро выворачивает наизнанку.
— Это может прекратиться, только помоги мне избавиться от Невермора, и всё станет прежним, — молвил ласковый голос, но я сплюнул кровь её в ноги.
— Никогда, — произнес я из последних сил, и она недовольно покачала головой.
— Что ж… Я пыталась по-хорошему, но раз ты хочешь ощутить это снова. Ладно, — в её руке вдруг появился шприц с голубой жидкостью, а я даже не мог пошевелиться. Вспоминания то, что я ощущал, меня сковывало, и было так больно, что я не мог дышать. Я уже предвкушал эту боль. Этот ужас, что был постоянным спутником после того укола. Однако я не мог бороться. Не то страх парализовал меня, не то магия Джеймса. И она вколола мне эту дрянь. Я вновь ощутил, как по моим венам течёт кислота. Я слышал её гнусные фразы и мне рвало мозг на две части. Любовь к Уэнсдей не выдерживала этого.
— Она изменяла тебе. Ей вообще плевать на тебя. Вспомни, как она пытала тебя шокерами, хотела сломать твои колени в сарае. Она легко отдалась Джеймсу, дорогой, — говорила она, прожигая меня изнутри, и я истошно заорал, лёжа на полу и согнувшись в неестественной позе.
— Заткнись, сука, заткнись, заткнись!!! — повторял я вновь и вновь, пытаясь выгнать эти мысли из своего разума.
— Джеймс, покажи ему, — настояла она, подзывая его подойти.
— Это личное, я не стану, — прозвучал его агрессивный тон, и она вдруг жестоко взглянула на него.
— Ты предашь меня из-за какой-то девчонки? Серьезно? Я растила тебя, дала тебе дом, заботу, а ты бросишь меня из-за неё??? — давила она на него, и он поднял брови вверх.
— Ты не можешь убедить его без этого? — спросил он, злясь на неё.
— Как видишь, нет, не работает! Джеймс, не спорь! — резко оборвала она его. — Что бы сказала Лейси о твоем поведении?
— Не напоминай о ней. Сейчас, — он коснулся моего лба, и я увидел такое, о чём просто не говорят вслух. Больнее этого не было ничего на свете. Блядь, я ощутил, как она трахается с ним, словно был там вместо него. Нездоровая, отвратительная херня в моей голове росла как опухоль, заставляя меня ненавидеть её. Я буквально мечтал вырвать ей сердце. Мечтал убить их обоих, но я прекрасно понимал, что его я убить просто не смогу.