Я – пикапер!
Шрифт:
– Каждый встречный так говорит. Надоело уже.
– Ну и гони их прочь!
– А я их и гоню. Только не все сразу понимают – вот ты, например, до сих пор здесь.
– А я же не как все – я ОТЛИЧНЫЙ от других!
Костя сделал ударение на слове «отличный», чтобы оно было определяющим.
– И чем же ты отличен?
«Есть!»
– Я, в отличие от других, белый, холостой и совершеннолетний.
Наконец-то улыбнулась.
– Более того, способен самостоятельно заработать пять сольдо, купить
Сделал недвусмысленный жест, показывая на свою ширинку, будто вот она – починена мною. Типа. Хотя задача, которую он перед собою ставил, была совсем другая: заставить девушку подумать о либидо.
Про то, что способен еще самостоятельно расправить-заправить постель, Костя предусмотрительно промолчал. Рано пока.
– А еще я вышивать могу, и на машинке тоже, – уже голосом Матроскина из «Простоквашино». – А другие на что способны? Папироску стрельнуть да под ноги вовремя сплюнуть!
Улыбка. Быстрый взгляд в ближайшее отражение. Контрактура.
– Поэтому предлагаю не тратить попусту время, а пойти прогуляться вместе или зайти выпить кофе в ближайшее кафе. Вот в это, например. Тем более что оно скоро прославится.
Девушка, оторвавшись от журналов, пристально посмотрела на Костю.
– У меня ощущение, что я где-то тебя видела. Но вот где, никак вспомнить не могу… Что ж, ладно, уговорил, выбираю кафе. Угостишь меня каппучино. Кстати, чем же это кафе скоро прославится?
– Тем, что это было первое наше кафе – кафе, в котором мы познакомились.
– Да, кстати, Константин, – юноша протянул руку Родинке, – судя по имени, я верный и постоянный.
– Марина, – девушка дала Косте подержать свою ручку, – судя по моему имени, я по-морскому ветрена.
– Но всегда свежа и маняща тайнами морских глубин и бескрайними просторами, – сориентировался Костя.
– Да, скорее всего, – согласилась Родинка. – А ты зубаст! Со мной еще никто так не знакомился.
– Да, у меня, как у акулы Каракулы, – зубья в три ряда, причем весь первый ряд клыки, второй – клычки, а третий – милые такие клычочки, острые как иголочки.
– И много ты рыбы ловишь своими клычочками?
«Упс, да с ней надо посильнее фильтровать свою речь».
– Золотую рыбку встретил только сейчас, и то не я, а она меня околдовала. А так все устрицам попадался.
– Устрицам? И какого же они цвета?
– Не поверишь! Голубого. Я уже сомневаться из-за своей внешности стал. Мучился по ночам от такого осознания. Но тут свершилось чудо! Я встретил золотую рыбку, и она меня спасла! Можно сказать, вырвала прямо из пасти устрицы злобно-голубого цвета.
– А в тебе, кстати, что-то такое есть, что…
– Ну, вот и ты…
– Ладно, не дуйся. Ну, так что, идем?
– Ой, ну да, конечно! Прошу.
Костя
Ребята прошли в зал. Тихо играла спокойная музыка, царил полумрак. Посетителей почти не было.
– Пойдем за тот крайний столик, – предложил Костя, указывая на уютное местечко в углу зала.
Он специально посадил девушку так, чтобы у самого была возможность иногда смотреть в зеркало для контроля.
Сделали заказ, и Костя принялся дальше опутывать Родинку.
Но не прошло и получаса, как произошло непредвиденное Костей событие. Марина, проследив в очередной раз за Костиным взглядом, задумалась, а потом и загрустила.
– Скоро ученые научатся считывать информацию с предметов. Представляешь, Маринка, сколько будет разбито зеркал?!
Костя, заметив грусть Родинки, постарался использовать воображение девушки по своему усмотрению. Но не тут-то было.
– Думаю, что первым, кто разобьет свое зеркало, будешь ты!
– Это почему же? – насупился Костя.
– Ты как Нарцисс постоянно зыришь на себя. От этого становится противно. Нарцисс тоже не смог оторваться от своего отражения и умер от любви к себе. Я подозреваю, – с особым сарказмом говорила Марина, – что он, одинокий и никому не нужный, держал в своих руках в тот момент!
– Но, Марин, я просто…
– Все! С меня хватит.
Марина встала, не глядя на Костю, взяла свою сумочку и направилась к выходу.
– Надеюсь, ты в состоянии расстаться с двумя сольдо, чтобы расплатиться за столик! – бросив реплику напоследок, она исчезла из виду.
Костя тупо уставился туда, где только что сидела Марина.
– Вот, блин! Отточил улыбку! Контрактура, твою…
Костя перевел взгляд на зеркало. На него смотрела перекошенная улыбкой неудачника физиономия.
– Так улыбаться даже и учиться не стоит. Умею лучше других! Первое место!
Вдруг Костя пересел и положил руку на то место, где сидела Марина. Впитывая ладошкой уходящее тепло, оставленное девушкой, Костя улыбался теперь совсем по-другому.
– Ну, ничего, – успокаивал он себя, – жизнь продолжается. Буду дальше оттачивать мастерство.
* * *
Которую ночь Костя внимательно смотрел на руки перед сном, пытаясь досконально запомнить все линии. Глубоких было не так уж и много, но внимание рассеивалось, не желая в принципе сосредоточиваться. Его клонило ко сну, и все, казалось, опять будет как всегда: уснет, как сапожник, и опять ночь будет потеряна.
И если со снами у Кости пока не получалось, то с девушками дела обстояли все лучше и лучше. Костя каждый вечер читал разную литературу, которая хоть как-то могла помочь ему в его приключениях, которые он находил уже каждый день и на каждом углу.