Я проснулась
Шрифт:
– Ну да, репутация… Да. Меня Женей зовут, – непоследовательно сообщил увалень. На вид ему было под тридцатник, но Дина дала бы меньше. Круглое равнодушное лицо, маленькие глазки и безвольный рот. Типичный пофигист-переросток, дитя компьютера. Не слишком ей повезло с соседом, что ни говори.
– А вообще, чем конкретно заниматься приходится? – поинтересовалась она, покосившись на кипу бумаг, складированную на журнальном столике. Судя по кофейным пятнам, бумаги лежали нетронутыми довольно давно.
– Реклама, маркетинг, пресс-релизы, прайсы, буклеты… – уныло сообщил Женя. – Ничего особенного.
– Ну
– До завтра, – буркнул в ответ будущий сосед, водя мышкой. – И это… чашку с ложкой принеси. Иначе кофе пить будешь из одноразовых стаканчиков.
– Кофеварка или растворимый?
– Кофеварка. Эта… эспрессо. До кофе-машины ещё не доросли.
– Пойдет.
– Вот и хорошо. Счастливо.
В холле было все так же пусто, только унылый охранник и умирающие под ногами розы. Стараясь не наступить на цветы, Дина простучала каблучками к двери и испытала непонятное облегчение, когда распахнула дверь и влажный ветер швырнул ей в лицо дождевые капли и растрепал волосы.
За удаляющимся силуэтом девушки из-за забрызганного дождевыми каплями стекла равнодушно следили глаза. Только на миг веки опустились, а когда опять взметнулись, показалась янтарные радужки, перечеркнутые вертикальными зрачками.
Следующий взмах аккуратно покрытых тушью ресниц погасил медовый свет, такой неуместный в стильном бело-сером интерьере офиса.
24 дня назад
Илья стоял у раскрытого окна, покачивался с пяток на носки. Вуалехвост в цилиндрической емкости таращил глаза и толстыми губами делал глотательные движения. Эту линяло-оранжевую брюхастую рыбу Илья не слишком любил. Но она вкупе с аквариумом и пластиковой фиолетовой веткой, изображавшей водоросль, служила элементом декора кабинета. Вот если бы элемент этот ещё не глядел на окружающих с таким тупым презрением…
– Подвал очистили, Илья Викторович, – повторил Славин, видя, что Илья не реагирует на его слова. – Пол до минус три опустили, под конец какую-то дрянь выковыряли, мусор убрали. Можно яму под бассейн копать.
– Ну, так копай, – пожал плечами Илья. – А что за дрянь отрыли?
– Да так, плита какая-то, гнилье. А вот это я после у одного парнишки отобрал.
По буковой столешнице покатился кусочек черного металла.
– Что за фигня?
– Мы так и не поняли, безделушка какая-то. Металл белый, мы скоблили. В общем, выкинули бы, да решил вот вам показать.
– Ладно, спасибо за сувенир, – поморщился Илья, давая понять, что разговор окончен. – Завтра спущусь, посмотрю, как у вас там.
Вуалехвост лениво пошевелил хвостом и снова зашлепал губами. Илья покрутил в пальцах металлический комок. Больше всего он был похож на клубочек алюминиевой проволоки, обгоревший в костре, только тяжелый. Размером чуть побольше лесного ореха. А вот тут…
– … би-и-рюзовый перстенек, – фальшиво пропел Илья и оглянулся, не слышит ли кто его бездарный вокализ.
Да, похоже, когда-то это было перстнем, серебряным или мельхиоровым, с камешком. И вид у него такой, словно его, по меньшей мере, танком переехали, а потом в печь швырнули. От камня не осталось и следа, а вот ложе для него и согнутые зубчики, которыми он удерживался
Илья Викторович Селиванов, заместитель генерального директора ЗАО «Альтаир» по общим вопросам бросил находку в пепельницу и вышел, чувствуя спиной равнодушный рыбий взгляд.
В приемной сидела Ираида, печатала для шефа какие-то справки. На площадке перед лестницей ругались два менеджера. Нашли место для выяснения отношений!
Из женского туалета выскочила Наталья, числившаяся веб-дизайнером, но занимавшаяся все, чем угодно, только не своими обязанностями. Завидев Илью, ринулась к нему, потрясая мокрыми руками.
– Сушилка опять сломалась, чтоб ей пусто было! Завтра день рождения Лорочки, Илья Викторович. Не забыли?
Наталья уставилась невыразительными серыми глазками, ожидая реакции заместителя генерального. Всем в их дружном коллективе было известно, что Илья неравнодушен к хорошенькой, кудрявой, как овечка, Лоре Никольской.
– Не забыл, – буркнул он, и нахмурился. – Вы это… когда новые каталоги на сайт зальете?
– Вот прямо сейчас и залью, – мгновенно соврала Наталья. – Можете считать, что они уже там!
Морщась, словно от зубной боли, Илья Селиванов проводил взглядом нерадивого веб-дизайнера и вернулся в кабинет. Там он достал из пепельницы грязный кусочек металла, сунул его в карман и, бросив на ходу Ираиде:
– Ушел на встречу с заказчиком, – покинул офис.
Как все же хорошо работать не в спальном районе у черта на куличках, а практически в центре – миновав стоянку, Илья вышел за ограду территории и направился через дворы в сторону оживленной улицы. Где-то там он видел маленькую неприметную вывеску. Почему бы не попробовать? Лорочка любит всякие серебряные побрякушки, так что есть реальный шанс соригинальничать и сделать по-настоящему эксклюзивный подарок. А не выйдет – черт с ним, выкинет да и все.
Зрительная память не подвела – «Металлоремонт и изготовление ключей» было написано на аккуратном пластиковом квадратике, висящем на столбике кирпичной ограды. И стрелка, указывающая во двор. Под стрелкой синим маркером приписано: «Также ремонт бижутерии». Илья быстро отыскал в торце ближайшего дома дверь в полуподвал и спустился по выщербленной, но чистой лестнице в небольшую коморку.
За столом, уставленным какими-то приспособлениями и заваленным инструментом, сидел усатый старик в синем халате. Он что-то тщательно записывал в потрепанную амбарную книгу. Услышав шаги, отложил ручку и опустил на крупный бугристый нос очки.
– Здравствуйте, – Илья не стал тянуть и выложил на стол металлический комок. – Скажите, с этим что-то можно сделать?
– Здравствуйте, – старик двумя пальцами взял вещицу, поднес к очкам и принялся вертеть перед ними. – Перстень. Был. Ну, сделать-то можно – распрямить, отшлифовать… А вот тут оплавилось, но подрезать не проблема. Старинное изделие. Когда-то я ювелиркой занимался немного, да и сейчас иногда – бабки то брошку сломанную тащут, то…
Он ещё раз вгляделся в металлический катышек и хмыкнул: – Но даже если приведу в порядок, то стоить вряд ли будет больше, чем за работу отдадите.