Я – Руна
Шрифт:
– Зато я не зря тут торчал, – бодро отозвался Брэм, неторопливо разминая затёкшие плечи. – Герцог мне похвастался своей Machine `a sang. Ну, как похвастался, обещал меня там выжать, как лимон. Так вот, просто так мы в хранилище не попадём. Нужен особый ключ. Даже два.
– Когда это нам требовались ключи?
– Говорю тебе, там особый замок и открыть его могут только специальными ключами и только двое. Вспомни сейф того часовщика! Вот и тут схожий механизм.
Задумчиво проведя пальцем по корешкам книг на одной из полок, девушка нетерпеливо взглянула
– Твой план?
– Стащить ключ у герцога, он носит его при себе. Затем узнать у кого второй…
– Уже знаю, – перебила Руна, повертев в руках взятые с кофейного столика карманные часы и быстро спрятав их в свой заплечный мешок. Для продажи сгодится. – Видела их дочурку и голову даю на отсечение, второй ключ на её тонкой вампирской шейке.
– Отлично, я беру на себя дочурку…
– Ей максимум восемь, Брэм.
– Да? Это немного осложняет дело. С другой стороны, я прекрасно лажу с детьми. В любом случае, сейчас тебе надо будет стащить ключ герцога.
Подойдя к кофейному столику вслед за напарницей, Брэм до краёв наполнил бокал вином и протянул его Руне.
– Стащить ключ с шеи вампира, который даже не спит. Раз плюнуть! – зло фыркнула девушка, рефлекторно сцапав бокал за тонкую хрустальную ножку, но тут же поставив его обратно на стол.
В глазах Брэма вспыхнул нехороший огонёк:
– Слышал, сегодня намечается бал…
– Ты точно провёл это время в «Железной деве», а не за чашкой чая с местными сплетницами? Очнись, какой к чёрту, бал?! Во-первых, пусть я и в коже, но едва ли смогу сойти даже за танцовщицу кабаре, а во-вторых, моя бледность далека от вампирской.
Огонёк в его глазах не только не угас, но, казалось, загорелся ещё ярче:
– Бал-маскарад!
Схватив бутылку, Брэм прильнул к горлышку. Тягучее содержимое поползло по стеклянным стенкам, но, едва оно попало на язык, вор от неожиданности отпрянул, зайдясь в приступе кашля. Бутылка, со звоном упав прямо под ноги девушки, мгновенно разбилась, усыпав паркет мелкими блестящими осколками.
– Чёрт! Это кровь! – Брэм брезгливо сплюнул на пол, но привкус железа намертво прилип к языку, вызывая приступ тошноты.
– Хорошо ещё, что не крысиный яд, – спокойно заметила Руна, отступив на шаг в сторону от растекающейся по полу тёмно-красной лужи и с досадой отметив, что теперь капли крови остались на её ботинках и штанинах. – Нашёл, где и когда предаваться пьянству!
Брэм зло смерил девушку тяжёлым взглядом светло-серых глаз, но тут же вновь обрёл прежнее присутствие духа. Выйдя в коридор, он, как и прежде, без всяких раздумий толкнул первую попавшуюся дверь. На этот раз они оказались в спальне. В отличие от остальных тёмных и мрачных комнат замка, эта радовала обилием оттенков красного, с вкраплением сверкающего в свете ламп золота. Плюхнувшись на исполинскую кровать с массивным балдахином, Брэм заложил руки за голову, продолжив прерванный разговор:
– Всё просто. Пороешься в аристократских шмотках, принарядишься, проникнешь в стан врага, вскружишь голову герцогу и утащишь ключ.
Не ограничившись одним только
– Ну вот, я уже почти в тебя влюбился! И даже немного начинаю тебе завидовать. Бал-маскарад – такая возможность выпадает раз в жизни!
– Может, сам тогда и попробуешь? – хмуро поинтересовалась Руна, с раздражением оттолкнув в сторону его руку и маску.
– Да, в аристократическом обществе существуют определённые правила, манеры… Тут тебе будет трудно, согласен. Но примени же свой женский магнетизм! Как тебе это?
Едва ли не с головой зарывшись в сундук, Брэм вытащил на свет нечто ярко-алое и до ужаса пышное. Взвесив все за и против, мысленно проиграв в голове примерно десяток различных сценариев, девушка нехотя вырвала из рук напарника платье, скрывшись за ширмой.
– Будь женственной, милой… А не как обычно, – между тем начал читать наставления Брэм, меряя шагами комнату и делая пасы руками: – Прямая спина, плавная походка, высокомерный взгляд, хотя с последним у тебя и так проблем не будет. И улыбайся! Да, герцог должен пасть жертвой твоего обаяния желательно в первые пару минут. Три минуты – уже непозволительная роскошь.
– Ты видел рожи местных дам? Гнилое говорящее яблоко с глазами… Уф! Проклятье, как в этих удавках ходят?
– Помочь зашнуровать корсет?
– Иди к чёрту!
– Н-да, над манерами тебе работать и работать… Так вот, взгляд должен быть…
– Давай ты не будешь учить меня обольщать вампиров. Лучше подумай о том, где достать приглашение, наверняка там все друг друга по именам знают!
– Брось, это же бал, да ещё и маскарад. Ты можешь быть кем угодно.
Из-за ширмы послышалось сдавленное, полное ненависти сопение.
– Ты хоть жива? Суда по тому, что я слышу, ты там на последнем издыхании.
Покачиваясь на непривычно высоких каблуках, в ужасно тесных туфлях и придавленная грузом в виде высокого парика на голове, из-за ширмы показалась Руна. Ярко-алый шёлк туго стянул грудь и талию, лишив роскоши делать глубокий вдох, зато смотрелся очень эффектно, придавая коже желаемую бледность. Девушка уставилась на напарника исподлобья, взглядом кошки, помимо воли наряженной в платьице и носочки.
– Лучше молчи.
Брэм сдавленно не то хрюкнул, не то всхлипнул, безуспешно пытаясь сохранить нейтральное выражение лица.
– Это не юбка, а зонт какой-то, один порыв ветра и меня унесёт к чёртовой матери! – проворчала Руна, с цокотом, кое-как сохраняя равновесие, пройдя вперёд и крутанувшись на месте. – Ну как?
– Настоящая светская дама. Пока рот не раскроешь, конечно же, – с улыбкой заверил Брэм, протянув ей позолоченную маску и согнувшись в шутливом поклоне: – последний штрих, миледи.
Девушка подошла к зеркалу. Странно. Всё какое-то размытое, словно в тумане. Руна провела пальцами по шёлковой юбке, завиткам на маске, затем коснулась полоски шрама, рассекающего левую бровь, чудом минующего веко и прочертившего тонкую линию на щеке.