Я - сингуляр
Шрифт:
– Извините, Вячеслав, но что касается секса... Вы мне нравитесь, потому полежу, раздвинув ноги, чтобы получили все, что вам хочется, хоть и асексуал. Если, конечно, ваши запросы не слишком... Могу постоять на четвереньках. Но сама, извините, не считаю нужным имитировать оргазмы. Мне это ни к чему. Я достаточно самостоятельная женщина, от мужчин мне ничего не надо.
Я воскликнул горячо:
– Да ради всего святого! Я ничего не жду! И сам не полезу, вы для меня слишком божественная святость... или святая божественность... уф, даже слов таких не найду... вы для меня
Она вышла на кухню, я слышал, как говорила очень тихо по мобильнику, родители должны знать, что задерживается до утра. Я деликатно перебежал на цыпочках в спальню и быстро-быстро убрал с кровати всякие необходимые для жизни холостяка вещи, которые сейчас будут лишними.
По последней моде в моей квартире всего две двери: внешняя, что из коридора, и еще одна – в туалет. Кровать в спальне, диван в гостиной, но напротив дверного проема, так что, когда лег на диван и укрылся пледом до подбородка, в полумраке спальни проступила половинка кровати.
Обычно сплю голым, но на этот раз лег в трусах, вдруг придется вставать, это чтоб ничего не подумала.
Габриэлла пришла из ванной, влажно шлепая босыми ногами, я смутно видел ее силуэт. Мягко вздохнула постель, в красноватом свете ночника мелькнуло взметнувшееся одеяло. Прошло несколько мгновений, я слышал тихий голос:
– Роскошная постель. Чувствую, сон будет хорошим... Спокойной ночи!
– И вам, – ответил я. – Хороших снов!
– Спасибо... Пусть вам приснятся звезды. И ваши любимые туманности. И нейтронные звезды...
– Нейтронные, – сказал я, – не надо.
– Почему? Ах да, тяготение...
– Вот-вот. Стоит мне только представить, во что я превратился бы... сразу кровь застывает.
В темноте послышался легкий смешок.
– У вас живое воображение. К несчастью, у меня тоже.
– Это плохо?
– Чаще всего – даже очень плохо. Жизнь надо принимать проще, так все говорят, а я не могу проще... хочу, и не могу. Не получается почему-то. Как только пробую расслабиться, сразу тысяча разных мыслей... Извините, очень непонятно говорю, сама себя плохо понимаю.
Я вздохнул:
– Я понимаю очень хорошо. У самого те же проблемы, но я научился расслабляться. Только от этого еще хуже.
– Хуже?
– Да.
– Почему?
– Когда, – сказал я медленно и ощутил, что начинаю путаться, – заставляю себя расслабиться, то как будто не приобретаю что-то... хотя на самом деле приобретаю, даже понятно что, а как будто теряю... и то, что теряю, намного крупнее и ценнее даже, чем то, что приобретаю... Видите, вот кто говорит непонятно!
В темноте послышался ответный вздох.
– Да... но что-то улавливаю... Слушайте, Вячеслав, идите сюда. В конце концов, это ваша кровать. Это вы меня впустили под одеяло, а не я вас.
Я поднялся, снимая осторожно плед.
– Вы... уверены?
– Через комнату разговаривать не так удобно, – объяснила она. – А здесь можно говорить даже шепотом.
– Да, – согласился я торопливо, –
– И мне так показалось.
И не для постели тоже, мелькнула мысль, но я смолчал, тихонько подошел и лег с самого краешка. Габриэлла замерла, вытянувшись, на другом краю, а между нами можно положить раскормленного слона. Я старался двигаться помедленнее, чтобы не напугать и не дать возможности истолковать мои движения как-то иначе.
Некоторое время лежали в темноте, глаза уже привыкли, вижу в сумраке ее точеный профиль, а ноздри ловят аромат чистой кожи и едва улавливаемый запах тонких духов.
– Это потому, – услышал я невеселый шепот, – что вы все-таки чего-то ждете от секса... А я вот ничего не жду, потому никаких разочарований.
– Совсем ничего? – уточнил я. – А оргазмы? Мужчины вам завидуют, можете испытывать их сериями.
Она фыркнула.
– Для оргазма не нужны эти мужчины со всеми длинными пошлыми ритуалами знакомства, ухаживания, пусть даже кратчайшего... Я купила набор вибраторов, так проще. А вообще-то зря, у меня оргазмы только клиторные, так что не стоило тратиться... Шокирует?
Я хмыкнул:
– Я как-то собрался купить резиновую куклу.
– Теперь они из латекса, – уточнила она.
– Да неважно, лишь бы надувная... С ними просто, да и некрасивых среди них не попадается. Это у нас бывают слабые легкие.
– И как? – спросила она с интересом. – Да вы кладите ее между нами, не смущайтесь. Я могу даже помочь надуть.
Я вздохнул:
– Поленился идти в магазин.
– Можно заказать по Инету, – сказала она практично. – Доставят на условиях полной анонимности.
Я отмахнулся:
– Да с этой ерундой нам, мужчинам, проще. Если ложишься спать с сексуальными проблемами – наутро, как правило, их разрешение уже в ладонях. Без всяких кукол.
Я чувствовал, что она улыбнулась.
– А если сексуальные проблемы днем? Теперь такая агрессивная реклама секса по всем СМИ, будто мир рухнет, если хоть на сутки люди перестанут... Настаивают, что даже в офисе необходимо с коллегами, а в школе – с одноклассниками.
– Кто знает, – пробормотал я. – Чем-то занять этих существ надо. А что еще они могут?
– А как вы днем?
– Обхожусь, как и все. Ведь говорят же, что если бы Господь Бог не хотел, чтобы человек мастурбировал, сделал бы руки короче.
Она тихо хихикнула:
– Да, ваши проблемы решаются проще наших. И всегда решались.
Она повернулась в мою сторону, слабый свет от зашторенного окна чуть-чуть высвечивал ее лицо, глаза блестят, как звезды.
– Вы в самом деле так любите астрономию?
– Не знаю, – ответил я откровенно, – астрономию ли... Но астрономия дает возможность заглянуть за просторы Земли, а я очень хочу увидеть будущее. У меня в закладках нет сайтов по футболу или хоккею, как нет и скандальных тусовочных хроник, но масса новостных по нанотехнологиям, по баймам, по компам... Я все время слежу, как компы переходят на двухъядерные, четырехъядерные, восьмиядерные... и жадно смотрю, в каком году появятся стодвадцатичетырехъядерные...