Я - сингуляр
Шрифт:
Потом пошел комментарий, что ошеломительный коммерческий успех первых партий позволил бизнесу быстро создать научно-исследовательский институт по дальнейшему улучшению надувных кукол, что уже давно не надувные. Сотрудников переманили высокой зарплатой и перспективами из института протезирования.
Словом, в этой отрасли намечается коммерческий бум, в нее пойдут инвестиции, будут созданы новые рабочие места, хотя частично людей и отвлекут с уже занятых. Биржевые эксперты предрекают бурное развитие этой отрасли и рекомендуют покупать акции этих компаний, а деньги, вложенные
Голод погнал на кухню, оказывается, я просидел за компом пять часов, время за экраном всегда летит стремительно, а потом оказывается, что полезного успел почерпнуть капельку, зато набрал полные ведра сплетен, слухов, насмотрелся голых баб, траханья знаменитостей и прочел десяток так жизненно важной для меня информации о том, с кем спит на этот раз Аня Межелайтис и как она «в очередной раз опозорилась».
Электроплита с программируемыми функциями приняла заказ, кофемолка и кофеварка тоже слушаются, как солдаты-новобранцы, вообще все в квартире – комар носа не подточит, кроме меня самого, что мечется как дурак, когда даже самому простому ясно, как поднять экономику, опустить доллар и что крионика – говно, там одни жулики. И что, конечно, нельзя относиться слишком серьезно к жизни: живыми из нее все равно не выбраться!
– А вот выберусь, – пробормотал я, – а вот возьму и выберусь...
Звякнул телефон, веселый женский голосок прозвенел в ухе так, что сразу пролез под черепную коробку и устроился там, уютно поджал задние лапки:
– Ну ты че там рассиделся? Мы тебя ждем!
Я оторвал затуманенный взгляд от тарелки с сочным бифштексом, стараясь понять, кому я обещал где-то быть.
– Да я тут... эта... в душе стою.
– Мы тебя ждем, – напомнил женский голосок уже напористо. – А ты в душе... чем занимаешься, бесстыжий? Как будто мы не поможем другу?
– Да я так, – ответил я растерянно, стараясь припомнить, кто же на том конце провода, – заодно и помылся. А где вы меня там ждете?
Она хихикнула:
– Еще не знаю. Мы только с Лизой сговорились куда-нить пойти. Ее бойфренд занят, решили тебя затащить на двоих.
Ага, наконец сообразил я с великим облегчением, это те малолетки, любительницы экстремального секса.
– Это в каком смысле? – спросил я. – Затащить на двоих?
– На дискотеку затащить, бессовестный!
– А-а-а, – сказал я с облегчением, – ну, на дискотеки я временно не ходок. И не лазун.
– Чего так?
– Туфли купил клевые, а оказались – тесные. Мозоль натер.
– Ну пластырем заклей!
– Все равно жжет, – ответил я самым честным голосом. – Ну прям адские муки.
– Дурень, – заявила она. – На дискотеках всегда так тесно, что только стой и виляй бедрами. Ничто себе не натрешь, разве что между ног.
Я спросил робко:
– А тогда на фиг такой танец? И вся дискотека?
– Глупенький, – объяснила она. – Главное – общение, расслабуха, балдеж. У тебя будут две роскошные девушки, это мы с Лизкой, если уже забыл, но можешь снять кого-то еще, на дискотеке это просто.
Я попытался
– Кисонька, я не смогу. У меня тут срочная работа. Если не сделаю к понедельнику, шеф разорвет на мелкие клочья.
Она фыркнула:
– Подумаешь! Вон Петра уже из двенадцатой фирмы выгнали. И ничего, не переживает.
– Извини, кисонька, – сказал я. – В другой раз как-нибудь.
И поспешно положил трубку, пока она не усомнилась в моей потенции или еще как-то не нажала на мужскую гордость, а нас поймать на простые крючки довольно легко.
С чашкой кофе вернулся к компу, надо пристроить ее подальше, а то шуточки насчет вируса, что пролил кофе на клавиатуру, поднадоели.
Ладно, на чем там остановился, уже и не помню. Как говорили в старину: перебила свинья «Отче наш», так пусть же сама Богу молится... Но, увы, все-таки придется самому... Ага, вот закладка и последняя ссылка. Итак, бессмертие достижимо еще и потому, что идет бешеная гонка между десятком прикладных технологий, каждая из которых может дать человеку это самое бессмертие. И спор идет только о том, кто успеет раньше.
Вперед вырвались биотехнологии, генная инженерия и наномедицина. Остальные чуть отстают, но я, напряженно вникая в непривычные для меня формулировки, все же отдаю предпочтение наномедицине. Здесь как в противостоянии форматов HD и Blue-ray: первый обещал раньше выйти на рынок, но второй гарантировал большую емкость, так что большинство потребителей склоняются к Blue-ray.
Наномедицина позволит человека сперва излечить от всего-всего, затем исправить в нем все-все, а потом снабжать его сперва дополнительными свойствами, затем и вовсе менять части слабого человеческого тела на более устойчивые органы.
Я читал, читал, волосы на голове начали шевелиться. Потрясение такое, будто бы пещерным человеком попал в современную Москву. И это только начало, дальше вообще переход в сингулярность, когда человеческое тело будет заменено на силовые поля. Мыслить человек станет в миллиарды миллиардов раз быстрее, человеческие чувства обострит, от лишних вредных освободится, а нужные придумает и добавит... словом, перестанет быть человеком!
Голова гудела и кружилась. Я откинулся на спинку кресла, сердце стучит, будто взбежал по лестнице на двадцатый этаж. С кухни повеяло запахом кофе, это уже глюки, но я сходил к плите и в самом деле еще раз приготовил большую чашку густого, взбадривающего, раз уж живу в таком времени, когда ничего круче нет, если не считать наркотики.
Кстати, насчет времени. У меня в самом деле есть шанс дожить до бессмертия. Сейчас мне нет еще тридцати, а бессмертия обещают достичь в интервале, когда мне будет шестьдесят – сто. Если очень сильно постараться, есть возможность донянуть даже при самом неблагополучном развитии событий.
Стоп-стоп, я человек подозрительный, а если учесть, что Чернов так настойчиво подтолкнул меня изучить этот вопрос... возможно, он намекнул таким образом, что здесь есть сложности. И, возможно, немалые даже.