Я справлюсь

Грац Татьяна

Думается мне, что он не отпустит мою руку, пока не соглашусь. Он так держит ее, не вырвать. Я буквально прибита им к столу, не могу оторвать ладонь. А его рука, как назло, теплая, приятная. Такая сильная, что тело ностальгически ноет от этого прикосновения.

– Хорошо, ладно. Когда? – хочу побыстрее отделаться от него, потому что эта игра мне начинает нравиться. Гоню от себя всякие мысли.

– Пятого марта в 18:00. Я заеду за тобой.

– Договорились.

Сережа неохотно выпускает мою руку, подмигивает мне и забирает свой букет. Пятясь, выходит из магазина.

Я пребываю в некотором шоке. Боже, как же это непривычно. Эти прикосновения вызвали во мне целую бурю, которая разыгралась внутри. Меня

бросило в жар от происходящего. Вроде бы я больше не играю в эти игры, давно «вышла на пенсию», но тело будто ждало подходящего момента. Взволнованно успокаиваю себя, это не должно выбраться наружу. Здесь я главная, а не мое тело! Стоп, а как же Сережа за мной заедет, если не знает, где я живу? И у меня нет его номера…

Рома

– Не знаю! Я уже все сайты перерыл, дешевле не найти! – от беспокойства я кручусь в кресле то в одну сторону, то в другую.

– Тогда забей, тоже выход. Подари ей цветочки, – висит на другом конце провода Паша.

– То есть, не займешь?

– Нет уж, на твою Полинку мне и полтоса жалко. Она из тебя веревки вьет, точно тебе говорю. Бросай ее.

С Пашкой ссориться не хочется, и я просто скидываю вызов. Тяжело вздыхаю и снова смотрю в экран монитора. Оттуда на меня смотрит бенгальский котенок с изумительно голубыми глазами. Словно просит: «Возьмите меня к себе». Но я не могу. Породистые особи данной породы стоят от двадцатки и выше, я ужасно не успеваю заработать такие деньги. Мой канал еще не приносит больших денег, если только устроить стрим и попытаться накопить донатами. Идея хорошая, ее тоже со счетов списывать нельзя. Делаю запись в блокноте. Итого у меня три способа для заработка за пять дней до Восьмого марта:

– продать свой аккаунт в танках;

– занять у друзей;

– провести несколько стримов.

В ту же секунду чувствую себя идиотом. Это все не то! Как я жалок! Не могу купить и подарить своей девушке бенгальского кота за двадцатку. Чистой воды идиотизм! Сижу тут в комнате и сочиняю то, на что в принципе не способен. Чтобы успокоиться, беру гитару в руки и начинаю играть перебором. Хотя все равно продолжаю думать про кота. Сраный подонок! Как же можно так дорого стоить?! В момент обрываю игру резким бряканьем по всем струнам, откладываю гитару на диван. Снова верчусь в кресле, поглаживая щетинистый подбородок. Так тоже не пойдет, нужно побриться.

«Иду домой. Что-нибудь купить в магазине?» – приходит сообщение от мамы.

Отвечаю, что ничего не нужно, только если она найдет в продуктовом бенгальского котенка за полцены. Точняк, Восьмое марта не только у Полины, оно еще и у мамы. Покрываюсь холодным потом, вспоминаю, как мама подарила мне на 23 Февраля видеокарту для компа. Ценный подарок. А я взял и забыл про нее.

Вот раньше была красота! Нарисуешь мамке открытку, напишешь корявыми буквами «я тебя люблю» – и все: мама чуть ли не плачет от счастья. Жаль, что сейчас так не получится. Может быть, она и обрадуется самодельной открытке, но про меня подумает, что сбрендил. Ха, и Полине нарисованного кота подарить. А что? Ее тело, упакованное в кружевные наряды, тоже только на картинках, точнее на фотках. Все время дразнит меня. Вот сейчас прислала себя в гимнастическом купальнике с обнаженной вытянутой ножкой на перекладине. Смотрю и давлюсь слюнями. На заднем плане замечаю других девчонок, которые тоже занимаются в зале. У всех такие подтянутые фигурки, загляденье.

Внезапно телефон начинает вибрировать. Отвечаю на звонок друга.

– Санек? Чего тебе?

– Тебя все еще интересуют бенгалы?

– Конечно, интересуют! – оживляюсь я.

– Моя мама сказала, что у ее знакомой есть котята. Мы можем договориться

и взять одного. Деньги постепенно отдашь. Ну как?

– Ништяк, бро! Когда можно за ним прийти?

– Да хоть щас. Давай, дуй.

Как же я рад, не описать словами. Санек буквально вытащил меня из ямы. Вот это я понимаю, друг! И словом, и делом. Быстренько выключаю комп, по дороге в прихожую надеваю свитер и уже собираюсь одеться в верхнюю одежду. По закону сюжета в дом заходит мама. С красным лицом, холодная и снежная, похоже, погода на улице не ахти. Беру у нее пакет с продуктами и уношу в кухню, возвращаюсь. Она так странно улыбается, даже не столько губами, сколько глазами. Редко ее такой вижу.

– Как дела? – спрашиваю.

– Хорошо. Ты куда?

– К Саньку на часок отойду. Никакого криминала.

– Охотно верю. Не будешь ужинать?

– Потом.

Отказываюсь от ужина. Какая может идти речь о еде, когда мне пообещали целого бенгала взаймы?! А ведь мама еще не знает, что в течение пяти дней у нас будет жить кот. Ну ладно, она вроде любит всякую живность, однажды голубя в квартиру притащила и два месяца держала его на балконе. Видите ли, уличные коты разодрали ему хвост, и он не мог летать. Короче, этот пернатый друг нам в ту весну весь балкон загадил. В этом плане котенок как-то получше будет.

Выхожу на улицу, здесь метет по-черному. Все дорожки, что с утра расчистили дворники, уже замело. Довольно сурово для марта. Минусовая температура будет держаться еще неделю по прогнозу, потом станет теплее. Мне уже не терпится сменить тяжелую зимнюю куртку на весеннюю, что полегче. Гулять и не думать о том, что мерзнут уши, не щурить глаза от летящего снега. Бр-р, конечно.

Внутри меня что-то клинит, и я сворачиваю в противоположную сторону от Санькиного дома. Зачем-то иду к спортивной школе. Хотя и так знаю, зачем: хочу увидеть Полинку. Ее занятия как раз таки заканчиваются в восемь. Бреду по сугробам к зданию. Когда подхожу, то сразу же поднимаюсь по ступенькам и тяну за ручку двери. У меня нет никакого терпения стоять и ждать ее снаружи, поэтому остаюсь в холле. Чтобы как-то скоротать время, рассматриваю стенды с фотографиями на стенах. Здесь, как обычно, находится информация о терактах, что делать в случае ЧС и прочее. Еще вывешен стенд с гимнастками. Засматриваюсь на то, как ровно они стоят в стойке. Натянутые, как струнки. Вот это осанка, словно в их телах металлические стержни, не позволяющие согнуться.

– Не знала, что ты увлекаешься гимнастками, – слышу знакомый голос сзади.

Поворачиваюсь к Полине и вижу ее нахмуренный вид. Ревнует? Нет. Скорее всего, устала на занятиях. У нее такая милая вязаная шапочка и черная куртка, расстегнутая. Подхожу ближе и сцепляю руки на ее талии. Волшебное ощущение, от которого притягивает к ней еще ближе.

– Меня увлекает только одна гимнастка, – улыбаюсь Полине и целую ее в губы.

Как же приятно пахнут ее волосы, ее тело. Чувствую, как бьется ее сердце. Внутри меня все горит от этого поцелуя. Кажется, что я постепенно схожу с ума рядом с ней. Не могу думать ни о чем другом, кроме ее губ. Полина зачем-то кладет свою руку на мою щеку, проводит ею до подбородка и цепляется о щетину. Черт, забыл. Она убирает ладонь и заканчивает поцелуй. Прячу свои руки в карманы куртки и отстраняюсь, чтобы дать ей немного пространства.

– Прости, не успел, – пытаюсь оправдать колючесть своего лица.

– Тебе все равно идет, – Полина довольно смотрит на меня, затем заводит глаза чуть вверх. – Завтра мы с подругами идем кататься со склона на плюхе. Если хочешь, можешь взять своих друзей и присоединиться к нам.

– Да! – пугаю ее своим прямым ответом и внезапной радостью.

Неужели я заслужил ее доверие, и она познакомит меня со своей тусовкой?! Не верится. Чтобы Полина не подумала, что я этого очень ждал, добавляю: