Я тебя поймаю

Х.Волкова Тори

– Мало ли, – вздыхаю я, потершись носом о капюшон. – Есть миллионы вещей, которые невозможно перевезти через границу. И тогда дом в Пилюгино – отличное место.

– Сомневаюсь, – пожимает плечами Тайка и добавляет с грустью. – Может, стоит вернуться в Бордовый? Я соскучилась по маме и дедушке.

– Как скажешь, милая, – шепчу, закрывая ее от ветра полами собственной куртки. – Давай, я быстренько найду ошибку в расчетах, и поедем. Хотя твои родственники меня не любят. Только твоя крестная…

–

Ну, кто ее назвал безумной Хуаной, Сева? Лиля тогда очень обиделась. Папа тоже.

– Ну, а кто она, Тая? – усмехаюсь глумливо. Вот не люблю я эту холодную и надменную рыбину, Тайкину крестную. – Зачем, выйдя замуж за твоего деда, она притянула в Бордо тело первого мужа? Она вообще в себе?

– Не тебе судить! – бьет меня по груди Тайка. – Арман после гибели моей родной мамы хотел меня отобрать у отца. Приехал такой деловой. И сразу влюбился в Лилю. А когда женился на ней, пресек все поводы для поездок в Россию. Заставил сменить гражданство. Для нее самой шоком было, когда папа доставил гроб с телом. Зато все, кто знал Иштвана, могут в любой момент зайти в усыпальницу. Это очень важно для Светы, Мишки, Лили и моего отца…

– Прости, не знал, – хмыкаю обреченно. И готов уже себе отвесить хорошего пенделя за свой дурной язык, острый как бритва. Может, поэтому меня с первого раза отвергла семья Таисии.

– А еще ты для нее старый, – подсказывает внутренний голос.

– Да пошел ты, – огрызаюсь хмуро.

И решив перевести разговор в шутку, замечаю весело.

– Арсений рассказывал, как после какого-то приема заночевал в склепе. А утром выяснилось, что у него отпечаталось имя Светкиного отца на спине…

– Это было ужасно, – с улыбкой вздыхает Таисия и хочет еще что-то добавить. Но я, накрыв ее губы своими, пресекаю глупую болтовню.

Где-то рядом открывается дверь, и кто-то смущенно кашляет.

Лиля Бессараб.

– Тая, Всеволод Юрьевич… – лепечт она, пытаясь избавиться от неловкости. – Вас дознаватели просят подойти.

– Сейчас придем, – киваю, улыбаясь. И как только растерянная Лиля выходит, снова целую Тайку. А она прижимается ко мне всем телом.

«Моя… только моя, – думаю, на один лишь миг отрешившись от всех траблов. – Никому не отдам тебя, Тая! И если для этого нужно заново подружиться с твоей крестной, мне не трудно, малыш!»

23

Вторгаюсь языком в Тайкин рот и уплываю прочь из реальности.

Моя девочка. Только моя.

Снова слышу, как открывается дверь на террасу, и, приподняв глаза, вижу перепуганную Лильку. Через силу отрываюсь от Тайкиных губ и напряженно спрашиваю ополоумевшую от страха девчонку.

– Что случилось, Лиль? Кто тебя напугал?

Кто, мать вашу! Минуту

назад девица, цокая каблуками, унеслась вдаль, изображая из себя бизнес-леди. А вернулась растерянной размазней. Двух слов связать не может.

– Что за ху… фигня, Лиль? – подхожу ближе, таща за руку Тайку.

– Там… в холле… – заикается она и выплескивает на одном дыхании. – Там какие-то люди взяли заложников. Гостей отеля, персонал и даже дознавателей. Я сунулась было, и прибежала к вам.

– Ты ничего не путаешь? – спрашиваю, нависая. Чувствую, как за кисть руки меня дергает Тайка.

Слышу невдалеке четкие команды, сродни военным, и быстрые шаги. Мать вашу!

Хватаю Лильку за руку и волоку девчонок вдоль террасы. Только бы не облажаться и не загнать самих себя в тупик. Сзади раздается топот ног. Гонятся за нами, что ли?

Пропускаю девчонок вперед и, добежав до широкой стеклянной двери, на которой мигает красным электронный замок, достаю электронный пропуск.

– Давай, родненький, быстрее, – умоляю тупой кусок пластика. Огоньки вспыхивают зеленым. Дергаю дверь на себя и вместе с двумя подопечными вваливаюсь в ВИП-зону отеля.

Нажимаю пропуском на кнопку вызова. Иначе эта мудреная зараза никуда не поедет. Поворачиваю голову на шум. Два амбала дергают дверь. Но все безрезультатно.

Пропускаю девчонок в открывшиеся двери лифта и, показав нашим преследователям средний палец, захожу следом.

– Что тут у вас происходит? – спрашиваю строго.

Девчонки тушуются, как нашкодившие школьницы.

– Сейчас закроетесь в моем номере. Никому не открывать. Даже если кто-то придет от меня. Понятно?

Лилька кивает, а Таечка молчит.

– Тая, – рыкаю раздраженно.

– Да-да, – кивает она.

– Позвоните в город. Лиля, ты – отцу, Тая – Гене Лурдину. Пусть свяжутся с ментами. Но самим никуда не выходить.

– А ты? – робко спрашивает Тайка. – Сева, побудь с нами, пока возьмут этих идиотов.

– Я только осмотрюсь и вернусь, – вру, не поморщившись. – Там могут быть старики или беременные женщины. Маленькие дети. Сердце может у кого-то прихватить…

– Но ты же не доктор, – блеет Тайка.

– Не доктор, – морщусь я и бросаю, ощерившись. – Санитар леса.

Завожу красавиц в пентхаус и благодарю бога, что не успел съехать отсюда.

– Телек на стене, печенье и сок в холодильнике. А я пошел…

Достаю из сейфа пистолет. Старый добрый Макаров хорошо помещается в ладони и никогда не подведет. Из дорожной сумки выуживаю заплечную кобуру. И навесив все это хозяйство на себя, надеваю сверху легкую куртку из тонкой кожи.

– Сева, – пищит Тайка. Но я взмахом руки останавливаю ее.

Конец ознакомительного фрагмента.