Я тебя рисую
Шрифт:
— Лучше чуть сместиться и бить сюда, — невозмутимо высказался арманец, словно вовсе не почувствовал боли. И продолжил, разворачивая меня: — А умнее бить вот так, чтобы не причинить боль, а освободиться, Ева. Вот сюда, видишь? Потому что твои удары для опытного воина почти неощутимы. Или скрести руки, вот так, резко опустись и вывернись. Бить, как ты это делаешь, бесполезно.
— Вы что, каменные? — застонала я. Даже у меня рука заболела, а ему хоть бы что!
— Арманцев учат терпеть боль, — спокойно пояснил он. — Попробуй еще раз. Давай.
Снова
— Неплохо, — кивнул он.
— Только вряд ли поможет, если в руках нападающего будет клинок, — протянула я и покосилась на Линтара. Конечно, я не намекала, просто так говорила… Он хмыкнул и вытащил из плечевых ножен узкий кинжал, подбросил на ладони.
— В этом случае тоже есть возможность освободиться, — протянул он и приподнял бровь. — Научить?
— Научи, — азартно выдохнула я. Сделала шаг к нему, ожидая уже привычного броска. Арманец снова подкинул кинжал, и я безотчетно перевела на него взгляд, и в тот же миг Линтар переместился, дернул меня и, схватив падающий клинок, прижал к моему горлу.
— Ты меня обманул! — возмутилась я.
— Конечно, — он прижал меня сильнее. — И это самое главное правило, Ева. Если хочешь выжить, забудь о правилах. Обмани, вывернись, ударь в самое уязвимое место, и тогда сможешь победить.
Я стояла, боясь дышать и чувствуя на шее холод стали. На миг даже мелькнула безумная мысль, что арманец все это время играл, и сейчас просто убьет меня… Он разжал руки, развернул меня, заглядывая в глаза.
— Испугалась?
Я хлюпнула носом, мои глаза увлажнились, а губы задрожали.
— Ева! Ты что, плачешь? — подозрительно спросил он.
Я мотнула головой, опустила взгляд и попыталась отвернуться.
— Ева! Вот же дерь…
Протяжный жалостливый вздох, потом я чуть отклонилась назад, а когда он потянулся ко мне, одним движением выхватила кинжал из его поясных ножен и уткнула кончик в его грудь.
— Кажется, я усвоила урок, — насмешливо улыбнулась я. Глаза арманца вспыхнули красным пламенем, и он подался ко мне, усмехаясь.
— Тогда ты должна знать и второе правило, Ева, — вкрадчиво сказал он. — Беря в руки оружие, будь готова убить. Ты готова?
Я замерла, почти не дыша и глядя в его лицо. Несколько мгновений, два удара сердца, и я лечу вниз, кинжал вылетает из моей руки, а Линтар прижимает меня к земляному полу пещеры.
— И третье правило, дикарка, — выдохнул он мне в губы. — У тебя никогда не будет времени на раздумье. И решение ты должна принимать быстро…
Я застыла, не в силах оторваться от созерцания огня в его глазах. Кажется, снова перестала дышать. Он резко разжал ладонь, в которой держал оба моих запястья, поднялся и рывком поставил меня на ноги. И пошел к выходу.
— Иди сюда, — тихо позвал, остановившись на краю пещеры. — Увидишь истинных хозяев этих земель…
Я неуверенно подошла и встала рядом. Глаза не сразу
Огромный дракон взмыл вверх, я дернулась испуганно, а Линтар одной рукой прижал меня к себе.
— Не бойся, — негромко сказал он.
Я вскинула голову и замерла, пораженная. Арманец улыбался. Никогда не видела на его лице такой улыбки, кажется, ему по-настоящему нравилось стоять здесь, на самом краю каменного уступа, в такой опасной близости от смертоносных огненных хищников. Скалы озарились багровым светом, и я догадалась, что один из драконов выпустил огонь. От потрясающей красоты этого зрелища у меня перехватило дыхание, и я замерла, почти не дыша. Чернильные скалы освещались яркими синими звездами, полная луна зависла над ущельем, и длинные тела драконов скользили в воздухе, а их тени чертили на земле мистический рисунок.
Я тихонько вздохнула, а Линтар развернул меня к себе и поцеловал. Просто опустил голову и прижался к моим губам. И замер, словно прислушиваясь. Потом медленно лизнул, пробуя на вкус. И уже через мгновение прижал меня к себе, ворвался языком в мой рот, исследуя, трогая, лаская. Его губы были удивительно нежными и в то же время твердыми. От изумления я попыталась вытолкнуть его и поразилась ощущению, когда наши языки соприкоснулись. Замерла, позволяя ему целовать, посасывать мои губы, проводить по ним языком, даже чуть прикусывать. Сладкая нега разлилась внутри, и, если бы он не держал так крепко, я, наверное, упала бы.
Этот поцелуй не был первым в моей жизни, но он был совсем другим, не похожим на остальные. Еще никогда я не чувствовала себя так… Его поцелуй пронзал мое тело вспышками огня, я сама не понимала, что творится со мной. Магия! Проклятая магия арманца, что помимо воли тянула меня к нему. Его пальцы зарылись в мои волосы, перебирая пряди, и я чувствовала, как между ними проскальзывают искры. Он тоже их ощутил, напрягся и резко отпрянул, сжал зубы. Взял мое лицо в ладони, заглядывая в глаза. Не знаю, что он хотел там увидеть. Меня все еще трясло от его поцелуя, и, казалось, губы распухли.
— Иди в пещеру, — отворачиваясь, бросил Линтар. — Возьми мой плащ и ложись спать. Встаем на заре.
Я ушла, легла у стены, привалившись к ней боком, и сквозь полуопущенные ресницы наблюдала за его темным силуэтом. Луна взошла окончательно, драконы парили почти беззвучно, что казалось невероятным для таких огромных созданий. Чернота ущелья иногда озарялась огненными вспышками, а я все смотрела на спину Линтара. И кусала губы. Потому что совсем не боялась того, что он может ко мне прикоснуться. Мне хотелось этого. И я не понимала, что со мной.