Я тебя рисую
Шрифт:
— Ты не понимаешь… — пробормотала я. — Я… я хотела отомстить…
— Отличная месть, сестренка! И в чем же она заключалась? Убить его приступом удовольствия?
— Люк! Ты говоришь… гадости!
— А ты— глупости!
— Это не глупости! Я знала, что являюсь его парой, уж не знаю, почему так произошло… Поняла, когда увидела… Увидела волосы, что сплетались… — я махнула рукой, не в силах продолжать, и чувствуя, что сейчас разревусь.
— Ева, послушай меня, — Люк сжал мои плечи, заглядывая в глаза. — Постарайся сейчас просто успокоиться. Арвиэль, конечно, поторопился, но он испугался, что ты уедешь. У тебя будет время, чтобы
— Хорошо, — после продолжительного молчания смогла выдавить я. — Но ты обещаешь мне расторгнуть помолвку через месяц?
Люк обнял меня.
— Нас уже ждут, — кивнул он. — Давай будем достойны памяти наших родителей, великих правителей Идегоррии.
Люк всегда знал, на что надавить, чтобы заставить меня сделать то, что он хотел. Память о родителях — вот самый сильный рычаг для управления мною. Разве я могла позволить этим надменным Первородным заметить слезы на глазах принцессы созидающих? Да ни за что…
Арвиэль смотрел, как мы приближаемся, и улыбался. И эта улыбка мне совсем не понравилась.
— У меня для вас сюрприз, Ваше Высочество, — сказал он, наклоняясь ко мне.
— Мне кажется, на сегодня с меня достаточно сюрпризов, — бросила я.
— Этот тебе понравится.
— Сомневаюсь.
Музыка снова смолкла, и зал затих, прислушиваясь к словам своего короля.
— Наши земли погрузились в траур, когда мы узнали о гибели нашего друга и союзника, короля зеленых холмов Идегоррии Энгера Арвалийского, — начал Первородный неторопливо. Я нахмурилась, посмотрела на Люка, но тот смотрел на Арвиэля. — Королевство Оэр и Идегоррию всегда связывали тесные узы дружбы и взаимной поддержки, эта утрата была для Первородных так же тяжела, как и для созидающих. — на лицах гостей застыло выражение горечи и сочувствия. — Энгер Арвалийский был убит, коварно и жестоко, в собственном дворце, на глазах у семьи. Его зарезали на ступеньках тронного зала, похитив ценный артефакт созидающих и символ их власти. — возмущенный ропот прокатился по толпе. Арвиэль сжал мою ладонь. — И мы знаем, кто этот убийца. Кто принес в наши земли смерть и разрушение! Один из правителей проклятой расы, тех, кого три века назад наши предки заперли за стеной, чтобы избежать агрессии этих нелюдей. — я попыталась вырвать руку, но Арвиэль держал крепко. Ропот придворных становился все громче, на лицах застыло выражение ужаса и ненависти. Властитель вскинул голову, окидывая зал торжествующим взглядом. — Но силу света не сломить тьме! И справедливость восторжествует! Тот, кто убил нашего союзника и друга, сам будет казнен!
— Люк, что происходит? — со страхом шепнула я, но брат не смотрел на меня.
— Повелитель Ранххара, долины смерти и расы проклятых демонов, вот кто вонзил свой клинок в тело короля Идегоррии! — выкрикнул Арвиэль. — И сам Светлый Дух привел его в наши руки, чтобы мы могли отплатить этому зверю!
— Люк… — снова прошептала я.
И осеклась, потому что толпа заволновалась и пошла рябью, развалилась на две половинки, отхлынула в противоположные стороны. За крылатыми стражами, что окружали его, за распахнутыми по-боевому крыльями и оружием я даже не сразу увидела того, кто шел в
Линтар…
Он смотрел прямо на меня, словно в этом зале больше никого не было. Арманец был босиком, с голым торсом, в одних штанах. И все его тело покрывали длинные кровавые порезы, уже засохшие и свежие, недавние. Рисунки исчезли, и пламени в желтых глазах я тоже не видела. И его волосы… Волны белых волос больше не было, только короткие, неровно отхваченные пряди, не длиннее моего мизинца. Он шел по проходу медленно, словно каждый шаг давался ему с огромным трудом, и я поняла, что помимо цепей его сковали еще и магией.
— Нравится тебе мой сюрприз, Ева? — шепнул мне на ухо Арвиэль. — Видишь, убийца твоего отца и твой похититель будет наказан, казнен на глазах у толпы. Ты довольна? — он снова сжал мою ладонь, до боли, и склонился еще ниже. — А если ты сейчас же не улыбнешься мне, его убьют стражи, прямо сейчас, хочешь?
— Ты… ты…
— Улыбнись, Ева.
Стражи приблизились, остановившись в десяти шагах от возвышения, на котором мы стояли. Светлый Дух… Сердце стучало в груди так, что я не слышала голосов из-за этого грохота.
Тот, о ком я запрещала себе думать, кого гнала из своих мыслей, стоял в цепях и смотрел на меня. Я не могла понять выражение его лица. И не могла понять, почему мне так больно.
— Казнь зверя состоится накануне нашей свадьбы, — с довольной улыбкой объявил Арвиэль. — Это мой подарок будущей супруге — голова убийцы. Вас порадует такой дар, Ваше Высочество? — ладонь Первородного снова сжала мне пальцы.
— Несомненно, Ваше Величество, — выдавила я.
Линтар чуть улыбнулся краешком губ, не спуская с меня глаз. И этот взгляд, и игнорирование самого властителя, кажется, вывел холодного Арвиэля из себя.
— Уберите зверя, — приказал он, — довольно! В клетку его, там самое место для демона!
Линтар оторвался от меня и окинул Арвиэля холодным взглядом, так что всем стоящим захотелось попятиться. И, развернувшись, пошел обратно по проходу. А я прижала ладонь ко рту, потому что его спина выглядела еще хуже, чем грудь. И еще я поняла, почему арманец не произнес ни слова. Магия… они сковали его, не давая даже говорить.
— Ты довольна, Ева? — дернул меня за руку Арвиэль.
Я повернулась к нему, медленно улыбнулась.
— Вполне, Ваше Величество. Теперь я имею полное представление о вас.
Линтар в окружении стражей уже покинули зал, и музыканты начали играть, но тяжелая гнетущая атмосфера осталась, смыв, как прилив, прежнее веселье. Словно арманец одним своим появлением окрасил этот искрящийся зал черным и багрово-красным. Я присела в изящном реверансе:
— Прошу, продолжайте праздновать, Ваше Величество. А я удаляюсь, потому что сыта по горло и вами, и вашими сюрпризами! — кивнула Люку. — Спасибо за честность, брат. О тебе я сегодня тоже узнала много нового. Светлой ночи.
Я развернулась и пошла к выходу. Обрывки фраз цеплялись за меня, словно липкая паутина:
— … вы видели, какие у него глаза? Зверь, настоящий зверь…
— … нужно было убить его сразу… Это же арманец, опасно оставлять его в живых…
— … какое будет представление…
— … это правда, что принцесса была в плену за Стеной?
— … даже не представляю, как ей довелось выжить…
— … хм, представляю, что с ней там делали…
— … тише…
— … Что с ней там было?
— … убить зверя…