Я тебя рисую

Суржевская Марина

— Почему же? — серые глаза смотрели хмуро, а лицо властителя стало еще бледнее, настолько, что на висках обозначились синие вены. — Ему ты позволяла так себя называть, правда? Ему ты все позволяла, Ева?

Кажется, я тоже побелела, почти с ужасом глядя в его лицо. А потом вскинула голову.

— Вас это не касается, Ваше Величество, — четко сказала я. — И отпустите мою руку, на нас смотрят!

— Очень даже касается, Ева, — он не только не отпустил, но и притянул еще ближе. — И не торопись уходить, самое интересное только начинается.

— Арвиэль,

вы пьяны? — с подозрением спросила я. — Да отпустите же, мне больно! Я сейчас начну орать на весь зал, и мы оба опозоримся!

— Думаешь, после пяти лет попыток добиться твоего внимания меня это беспокоит? — рявкнул он. А я от изумления потеряла дар речи. И это говорит тот самый застывший ледяной истукан? Что происходит?! Первородный оторвал от меня взгляд и поднял руку, так что сразу стихла музыка, а придворные повернулись к нам. Не отпуская моей ладони, Арвиэль обвел взглядом зал.

— Сегодня знаменательный и важный день в истории королевства Оэр, — негромко сказал он, но его голос, усиленный магией, был слышен каждому в огромном зале. — Его будут помнить. Как день, объединивший две великие расы, два королевства — Оэр и Идегоррию. Потому что через два месяца принцесса Идегоррии, прекрасная Антарея Евантреида Арвалийская, станет вашей королевой и моей женой.

Пауза. И зал взорвался аплодисментами и поздравлениями. Вряд ли искренними, хотя все Первородные старательно улыбались. Я же опешила настолько, что на несколько мгновений потеряла дар речи.

— Что вы несете? — дернулась я, когда пришла в себя. Повелитель улыбался. — Вы сошли с ума? Я не собираюсь выходить за вас замуж!

— Наш брак одобрен королем Идегоррии, и ты выйдешь за меня, Ева.

— Что?! — я не слышала хлопков и смотрела лишь в его лицо. — Одобрен брак? Но отец не мог его одобрить, он не стал бы… — я запнулась, понимая. — Люк. Этот брак одобрил Люк… Вы сговорились!

— Ты будешь моей женой, Ева, — тихо проговорил Арвиэль, наклонившись ко мне и делая знак музыкантам. Снова грянула музыка. Теперь застывшее лицо Первородного меня просто пугало. — Брак одобрен, и ты не имеешь права отказаться от воли своего короля, не так ли?

Я отпрянула от него, надеясь, что мой взгляд отражает всю степень моего презрения.

Это ошибка! Люк не может так поступить со мной! За что?

Я обернулась, надеясь увидеть брата. И увидела: он шел к нам вместе с Тарой, оба улыбались, но я видела, что эти улыбки натянуты.

— Люк! — чуть ли не заорала я, когда он подошел. Брат обнял меня, делая вид, что поздравляет.

— Ева, прошу, не устраивай сцену, на нас смотрят, — прошептал он мне на ухо.

— Не устраивай сцену? Люк, ты одобрил мой брак с… ним? Да как ты мог?!

— Ева, ты ведешь себя, как ребенок! — со злостью прошипел Люк. — Ты давно не маленькая босоногая девочка, ты наследница и принцесса, мне стыдно за тебя! Возьми себя в руки!

Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. В чем-то он прав, но я чувствовала себя преданной…

— Скажи,

что это ошибка, брат, — глухо прошептала я. Но Люк молчал, лишь смотрел, нахмурившись, на Арвиэля.

— Мы хотели, чтобы ты прежде привыкла, познакомилась с королевством, увидела… поняла… Но…

Я закусила губу, переводя взгляд с одного на другого. Больше всего мне хотелось начать орать на них, но Люк прав, я принцесса, а значит, не могу себе позволить даже этого.

— Я не выйду замуж за Арвиэля, — взвилась я.

К нам подошли представители первых девяти родов, принялись поздравлять своего правителя, а Люк потянул меня в сторону.

— Принцесса так счастлива, что ей нужно немного прийти в себя, — с улыбкой пояснил он Первородным.

— Не забирай мою невесту надолго, Люк, — высокомерно произнес Арвиэль. — Я уже по ней скучаю. К тому же, я приготовил для нее сюрприз.

Брат крепко сжал мою руку и потащил за колонну. Зыркнул на крылатого стража, и тот убрался, чтобы не мешать нашему разговору. Люк сжал мне плечи.

— Ева, прошу тебя, успокойся. Понимаю, что сейчас ты злишься, но ты должна обдумать все разумно и взвешенно. Идегоррии нужен этот брак, пойми. Сила и власть Первородных, поддержка Арвиэля. Ну чего ты хочешь? Чтобы он объявил нам войну? После смерти отца все очень сложно, Ева… Наша казна не так полна, как мы думали, да и магия созидающих почти бесполезна… А союз с первыми родами сделает нас неуязвимыми!

— Ты просто продал меня, Люк, — тихо сказала я.

— Ева, не говори так! Поверь, мне тоже нелегко далось это решение! Я пытался спасти тебя сам, обращался к другим расам, но у меня не хватило ни власти, ни силы на это… И я решил, что лучше ты будешь жива и замужем за Арвиэлем, чем в плену у белых демонов. Арвиэль любит тебя, и это счастье, что он готов взять тебя в жены даже после твоей связи с арманцем…

Я посмотрела на него, прищурившись, и брат осекся, отвел глаза.

— Как мило, — усмехнулась я. — Да Арвиэль просто благодетель, готов взять даже подпорченный товар. Пойду поцелую ему ноги от радости. Надо же!

— Ева, ну что ты язвишь? — устало вздохнул брат. — Давай пока ты просто успокоишься, выпьешь вина и подумаешь. А завтра мы еще поговорим…

— Завтра? — я рассмеялась. — Нет, Люк, мы поговорим сегодня. Что-то я устала ожидать твоего завтра. Интересно, когда ты собирался сказать мне о том, что продал меня?

— Прекрати! — зашипел он и тут же натянул вежливую улыбку, заметив проходящих мимо Первородных. — Отец избаловал тебя, Ева! Разрешал делать, что угодно, вести себя, как тебе вздумается. Ты слишком легко забываешь о долге, сестра! Выйти замуж и родить наследников — твоя обязанность, и ты знаешь это! Так почему не за Арвиэля?

— Может, потому что он мне глубоко неприятен? — холодно бросила я.

— А кто тебе приятен? — разозлился Люк. — Может, арманец, который убил нашего отца? Так, Ева? Как ты могла сделать это?