Я вернусь
Шрифт:
— Возможно, это тоже урок.
— Какой же?
— Что власть не может быть в руках одного человека. Особенно в группе бессмертных.
Шифра положила руку на спину парню, ощутила приятное тепло его одежды.
— Но ты бы мог быть таким жестоким? — спросила она. — Считаешь, Гектор правильно поступает?
Мимо прошел Теш, за ним вереницей шли новоприбывшие. Они направились в узкий проход в грот. Видимо, Теш вел их, чтобы те помылись и сменили рванье на новую одежду.
— Я бы не смог быть жестоким как Гектор, — Териф виновато улыбнулся. — Но прекрасно понимаю, что так и надо вести себя с людьми. Иначе группа
Они замолчали на некоторое время, обдумывая слова друг друга. Затем Шифра сказала, резко сменив тему:
— А Гектор тебе рассказывал про свои сны? В них он видит девушку… У нее еще такое странное имя. Анти… Антиклая… Нет, не так. Антиклея, вот!
Вдруг она почувствовала холодное дуновение ветра над головой, в один миг поняла — что-то изменилось в окружающей обстановке. Но было поздно. Голова Терифа отделилась от тела и покатилась прямо к костру. Из шеи ударил фонтан крови, пачкая камни. Шифра заорала, вскочила с валуна, но ноги подогнулись, и она упала, больно ударилась затылком.
Невесть откуда взявшееся чудовище, хищно щерясь, склонилось над ней.
Глава пятая. Гектор
Когда повернулся на шум, Териф и Шифра были мертвы. Потребовалось несколько перкутов, чтобы осознать — на группу напали. Оставив гиганта Коммититура корчиться на земле, я схватил копье и рванул к врагу. Худая человекоподобная тварь сидела на груди уже мертвой Шифры и выдавливала ей глаза. На бегу я заметил длинные острые когти чудовища и медный пластинчатый доспех.
Я остановился в двух шагах от твари, отвел руку в сторону для удара. Время словно остановилось. Краем глаза увидел, как ко мне неслась сутулая Хуфра, чтобы помочь. Увидел отрубленную голову Терифа, валяющуюся у костра.
В ноздри ударил отвратительный, зловонный запах давно немытого тела.
Я заорал.
Тварь ловко прыгнула к моим ногам, локтем треснула по колену, а затем выбила копье из рук. Пол и потолок Дома поменялись местами, я шмякнулся на спину, позвоночник едва не расплющило, грудная клетка отозвалась ревущей болью. В глазах заплясали круги. На миг исчезло сознание.
— Гектор! — раздался где-то совсем рядом голос Хуфры.
Затем глухое рычание, хруст ломающихся костей и отчаянный вопль.
Справившись с болью, я нашарил копье, поднялся. Тварь сидела на спине девушки, обхватив её голову длинными пальцами. Хуфра посмотрела на меня с мольбой в глазах.
А потом чудовище свернуло ей шею.
Мое сердце забилось как у напуганного дагена. Не понимая что делаю, я вновь наскочил на врага, попробовал проткнуть копьем. Кремневый наконечник лишь скользнул по её доспеху, оставил царапину. Тварь схватила костяное древко, резко дернула на себя. Я потерял равновесие, ногой зацепился за голову Хуфры и упал на колени. В этот момент ко мне подскочил одноглазый Кор, впечатался плечом во врага. Старик и чудовище повалились.
Я же дрожащими руками вытащил нож. Казалось, делал это целую бесконечность. Мысли путались в голове,
Кое-как справившись с нахлынувшими эмоциями, я дополз до твари. Одноглазый вцепился руками в шею врага, начал душить, но получил мощный удар локтем в челюсть. На камни полилась кровь вместе с крошевом из зубов. Кор распластался на земле, трясясь от боли.
Я даже не успел поднять нож: тварь плавным движением левой руки когтями впилась в мое лицо. Охнул, инстинктивно дернулся назад, но хватка не ослабла. В глазах чудовища была свирепая ярость, тонкие губы растягивались в легкой усмешке, оголив острые треугольные зубы. Лишь одна мысль крутилась у меня в голове — я не могу сдаться.
Мышцы напряглись, я сильнее сжал рукоятку ножа.
Почувствовав угрозу, тварь отпустила меня, а затем вскочила и исчезла из моего поля зрения. Мне в затылок подуло. Я откатился вправо, но меня это не спасло: мощный удар кулака в грудь впечатал в землю. Ребра хрустнули, внутренности вмялись, а горло обожгло под напором чего-то горячего.
Хотелось заорать, но ничего не получалось. Как же больно!
Тварь склонилась надо мной. Я попытался сглотнуть, закашлялся, исторгая из себя кровь. Обострившиеся чувства ловили каждое движение чудовища, каждый его свистящий вздох…
Надо подняться…
Еще есть шанс убить тварь…
Я должен встать. Собраться.
Почему группа не атакует? Куда все делись?
Удовлетворенно кивнув, чудовище провело кончиком ороговевшего когтя по моей щеке.
Я не умру…
А затем что-то тяжелое сначала обрушилось на мою голову, а потом — на грудь, заткнув глотку невидимой пробкой.
Сознание вернулось мгновенно, будто я вынырнул из тьмы. Вспомнив случившееся, заставил себя не двигаться. Попробовал понять, где нахожусь. Судя по жаркому воздуху, по-прежнему лежу Дома. Это хорошая новость. Позволил себе шевельнуться, в грудь впился острый камешек. Получается, валяюсь на животе.
Чуть приоткрыл веки. Удалось разглядеть пляшущее пламя жар-камня в двух шагах от себя и сидящую на корточках тварь. Чудовище походило на человека, и сложно было сказать, что же так пугало в его виде — длинные когти, сильная худоба или же пустые, как у трупа, глаза. Откуда оно пришло? Следило за группой Коммититура? Но вот что странно: тварь носит пластинчатый доспех, на ногах — хорошие кожаные сандалии, на поясе висит гладиус в костяных ножнах. Смутные воспоминания прорвались из памяти: крики людей, запах крови и гулкий звон мечей. Передо мной сидел… палангай. Да, так называли воинов в Мезармоуте — палангаи. Обычные солдаты.
От вопросов пухла голова. Как эта тварь попала к нам? Была ли раньше человеком? И кто её послал? Зачем атаковала нас всех? Бог говорил про войну в Юменте… Возможно, что-то случилось с Нижним Городом.
Так, ладно. Вопросы будут позже.
Сейчас необходимо избавиться от чудовища.
За моей спиной раздался глухой стон, тварь обернулась. Я зажмурился, надеясь, что она ничего не увидела. Сердце учащенно забилось. Не нервничай, успокойся, ты должен и дальше изображать из себя мертвеца. Нехорошее предчувствие становилось все острее. Мерзкое предчувствие… Я услышал, как тварь поднялась и поплелась в мою сторону.