Яблоневая долина
Шрифт:
Цариц в Алтанхоте было много, а вот живых воплощений Луны мало. Мёнгере вторая за время существования города. Значит, ей суждено править долго и счастливо, сохраняя молодость до самой смерти. А дочь лунного дракона будет жить очень долго - с красотой отца ей передалось и его долголетие.
Мёнгере подошла к блестящей пластине и придирчиво осмотрела себя: на завтрашнем испытании ей некого опасаться. Кожа такая тонкая, что кажется, под ней можно рассмотреть водную сеть вен. И настолько светлая, что цветом напоминает вешники - цветы, растущие в сердце пустыни. Те даже белее древних костей,
Губы у правительницы чуть пухлые. В самую меру. Мёнгере идеальна: тонкими руками, изящными ступнями, узкой талией, длинными ногами. Всем своим обликом она напоминает фарфоровую статуэтку: прекрасную и хрупкую. Нет никого краше в Золотом городе. И скоро все вновь в этом убедятся. А невезучие претендентки навсегда скроют лица плотной тканью и отправятся служить в храм небесных светил.
Даже странно, что именно ее мать, из отверженных неудачниц, удостоилась внимания лунного дракона. В легендах рассказывается о драконах, солнечном и лунном, которые иногда посещают Землю в человеческом облике. Мёнгере хлопнула в ладоши, к ней тотчас подбежала служанка, до этого прятавшаяся за колонной, чтобы не оскорблять взор царицы своим неидеальным видом.
– Я желаю слушать сказку о драконах, - повелела правительница.
Служанка склонилась в поклоне, села в ногах Мёнгере и начала речь.
Давным-давно, когда не было ни ночи, ни дня, жили-были супруги: Луна и Солнце. Все время на небосводе проводили они рука об руку. Не было на свете более любящей пары, пока не случилась между ними размолвка. Прилетела как-то в дом супругов серая птица, сорока. Долго вертелась рядом с ними, охала и ахала, а потом сказала:
– Гляжу я на вас, уважаемые Солнце и Луна, и никак не пойму: кто же из вас красивее? И вы, прекрасная Луна, всем хороши, но и вы, Солнце, ничем не хуже. Как же мне, бедной, узнать: кому из вас следует больше поклоняться?
Призадумались супруги: на самом деле, кому же? Первой слово взяла Луна:
– Конечно, же мне. Ведь все знают: я круглобокая и блестящая.
Но тут Солнце ответило:
– Я тоже круглобокое, не хуже тебя. И сияющее. Рядом со мной тебя сложно заметить.
Луна не согласилась:
– Ты ослепляешь. На тебя никто долго смотреть не может, ты ранишь глаза. Зато мной можно любоваться без устали.
Усмехнулось Солнце:
– Все знают, что своего света у тебя нет. Ты и блестишь только потому, что отражаешь меня.
Обиделась Луна, тяжело ранили ее речи супруга. Так, слово за слово, они рассорились. Ударило Солнце в сердцах Луну, да с такой силой, что отломился от нее один бок и искрами разлетелся в разные стороны. С тех пор на небе сияют звезды. В слезах убежала Луна от мужа на другой край небосклона, оставляя за собой белый шлейф. И эта дорога теперь называется Млечным путем.
Так и живут Луна и Солнце, не видя друг друга. С Луной воцарилась ночь, а где Солнце - там день. В память о прошлом Луна каждые четыре недели становится полной.
Мёнгере вздохнула: легенда старинная и очень длинная. Пока дождешься, когда речь пойдет о драконах, заснуть можно. Но боги не любят, когда люди проявляют неучтивость. Поэтому надо придерживаться повествования с особой тщательностью. Служанка перевела дух и продолжила:
Хоть и велика была обида, а любовь все же сильнее. Всеми силами пытались дотянуться Луна и Солнце друг до друга. Но могли лишь посылать лучи, как весточку. И когда встречались лунный и солнечный свет, рождались драконы: серебряные и золотые, дети небесных светил. Только одно огорчало родителей: детей было мало и лишь одни мальчики. Потому наделили они их умением превращаться в людей, чтобы драконы могли продолжить свой род.
Мёнгере повернула голову и вновь увидела свое отражение. Ничего драконьего в ней нет. Как там в храмовых описаниях было? "Дракон трижды обернулся вокруг храма. Телом он походил на огромного змея. Под кожей перекатывались мышцы, будто огромная волна шла от хвоста к голове. Цвет чешуи напоминал чищенное серебро: почти белая. От нее исходил слабый свет. Жрицы вышли из храма и склонились в приветствии. И тогда дракон обернулся мужчиной: высоким и статным. В его глазах отразился Млечный путь: казалось, что в них плавает туман. Серебряные волосы длиной достигали бедер. Он подошел к одной из жриц, взял ее за руку и повел внутрь храма". Что ж, Мёнгере не дракон, но обликом она пошла в отца, а не в мать-неудачницу.
"Наверное, лица, как всегда, были скрыты, вот он и выбрал мать", - Мёнгере никак не могла понять, что заставило дракона отдать предпочтение жрице, а не тогдашней правительнице города. Хотя царицам портить беременностью фигуру нельзя, но это тот случай, когда возможно исключение. Или нет? Но кто бы воспротивился воле сына богов? Его выбор был бы ясен. А жрица... Да, лишь красивые девушки служат в храме, но все они, все, хуже царицы. А так бы она, Мёнгере, была бы еще прекраснее. Ведь нет предела совершенству.
Глава пятая. Правительница Алтанхота
Светила луна. Мёнгере стояла на балконе покоев и смотрела вверх. На ее лицо падал звездный свет. Внизу шелестели пальмы. Их шум смешивался с пением песков, окружающих Алтанхот. Лишь восточной стороной город соприкасался с рекой, белой Омирук, но звуки оттуда не доносились. Их относило ветром. И ветер звал, бередил душу, навевал тоску. И Мёнгере не выдержала: взмахнула руками, оттолкнулась ногами от мраморной плитки и взлетела драконом.
Миниатюрный серебряный дракон стрелой разрезал ночное небо. Воздух свистел в ушах, с силой бил в морду зверя. Но дракон наслаждался: долгожданная свобода. Прочь из дворца, из Золотого города. Туда, где светит луна, небесная бабушка. С каждым взмахом крыльев он поднимался все выше. Над плоской крышей розового дворца, над острыми скатами храма, над домами знати и простолюдинов. Все здания построены из светлого песчаника, который добывается в горах по соседству. Только часть домов украшена желтым мрамором, который и дал городу название - Золотой. Его привозят с юга в больших количествах, хотя беднякам он все равно недоступен.