Ядерные материалы
Шрифт:
– Нарваться на ментов можно, - согласился Крохин.
– Но они в основном на оптовиков нацелены. А так бы - уже давно всю свою каталажку битком бы забили...
– Уже в отеле ныряю в бассейн, - продолжил контрабандист, - вокруг все наш народ плещется, базар-вокзал... Ну, я и говорю публике: есть тут, оказывается, один клевый эмиратец под боком... С подходящей торговой точкой. И чувствую, у всех как-то моментально тяга к здоровому отдыху на воде испаряется, на глазах то есть... Бац, и я в бассейне уже один... А на обед прихожу,
Крохин, со смешками внимая Алексею, покончил с десертом, положил деньги на стол. Сказал, обращаясь к Игорю:
– Отлучусь к неизвестному тебе лицу, а через часок-друтой встретимся.
Тот рассеянно кивнул.
Созвонившись из уличного телефона с арабом, Крохин незамедлительно пожаловал в его дворец, предварительно переписав сумму контракта на другой бумажке.
Ознакомившись с суммой, араб коротко спросил:
– Его устроит, если деньги я отдам ему наличными прямо здесь? Или переведу на его банковский счет?
Крохин обомлел. Вот так, без каких-либо комментариев и торга...
– Думаю, да, - ответил с заминкой.
– Но он спрашивает о заказчике... И еще: мне пришлось сказать, что груз предназначен к вывозу... И этот факт нашего друга как раз очень устраивает...
– Что касается заказчика, - ответил араб, немигающе глядя на собеседника, - то ваш друг... обойдется. С условиями переправки его силами товара за границу - согласитесь. Но то, что заграница - это борт корабля, вы сообщите ему, когда товар будет в Санкт-Петербурге, не раньше. Спасибо, Владимир. Вы хорошо поработали. Делать вам здесь больше нечего. Завтра получите от меня все необходимое, включая телефон спутниковой связи, и вылетайте в Москву. Уверенным в себе и в своем будущем богатым человеком.
– Да каким там богатым!
– отмахнулся Крохин.
– Как? Только сегодня одним махом вы заработали двадцать тысяч, - сказал араб и, с насмешкой глядя в округлившиеся глаза лукавого подчиненного, продолжил: - И не ломайте себе голову, как их получать с вашего друга. Завтра я вручу вам портфельчик... Из портфельчика заберете свою долю. А если для него предпочтительнее банковский перевод, отдам вам наличные самостоятельно.
Для каких-либо комментариев слов у смущенного посредника не нашлось.
Ощущая на своей спине пристальный взор всевидящего и всеслышащего босса, он, пристыженно-согбенный, поспешил роскошные апартаменты сильного мира сего быстренько покинуть.
Поздним вечером он встретился с Игорем.
Миновав узенький гостиничный пляж, они вошли в теплую купель уже неразличимого во мгле океана.
Сели на придонный песочек, ощущая на плечах движение нежной невесомой волны. Отплывать от берега Крохин опасался, зная, скольких незадачливых пловцов унесли к берегам загробного мира здешние коварные подводные течения и стремительные отливы.
Пересказал
– Насчет железных исключений ты оказался прав, - не без удивления резюмировал Егоров.
– Передай, что меня устроит! банковский перевод... Да, теперь насчет твоего должника... Он - интересный, оказывается, парень. Во-первых, не один ты жаждешь с него получить. Во-вторых, семейство его - в Штатах, а сам он-в бегах.
– А... тюрьма?
– В том вся и закавыка! Смылся твой коммерсант из-под запора!
– Значит, дело мое тухлое?
– Отвечу, Вовик, уклончиво: хрен его знает...
– Ладно, может, все образуется, - оптимистически заметил Крохин, благо новые финансовые перспективы затмевали своим сиянием мрак прошлых потерь.
– Мне нужны твои отечественные координаты. Уже завтра я буду в Москве. Прощай, интершабашка! Кстати... Где устроиться - не представляю. Квартиру-то я сдал...
– Кому?
– Один жучок из Морфлота. Развелся с женой, вот и блаженствует себе...
– Тебя встретят, - отозвался Игорь.
– Не проблема. Поживешь у меня в загородном доме. Бабки тебе здесь отдать? Сколько ты довесил? Двадцать?
– Да я ему сам объявил, - соврал Крохин, не желая обсуждать загадочное всеведение своего шефа.
– Кому? Ах да, военная тайна...
– Игорь хохотнул. Затем, вздохнув тяжко, добавил: - Завтра уже в столице... счастливый! Чего молчишь, о чем призадумался?
– Об оценочных критериях, - ответил Крохин, отчетливо и безрадостно представляя себе завтрашнее холодное осеннее Шереметьево, колкую морось, замызганные стоп-сигналы московских машин...
Истекали последние часы его путаного аравийского бытия, весьма далекого от радужных миражей приторных восточных сказочек.
"Впрочем, - подумалось ему, - кувшин со всемогущим джинном я нашел и откупорил... Только вот на роль повелителя не сподобился. А джинн этот... похоже, не рядовой демон, а настоящий шайтан!"
ЗАБОТЫ ГЕОРГИЯ СЕНЧУКА
С работы он вернулся под утро. Жена еще спала, и, стараясь не шуметь, он переоделся, повесив свой адмиральский наряд гардеробщика в шкаф, по соседству с парадной офицерской формой, крякнув досадливо от осознания непоправимых жизненных перемен. Этой офицерской форме, как подумалось ему, вероятно, если когда-либо и быть востребованной, то исключительно для похоронных процедур.
Пройдя в ванную, он умылся, с удовольствием глядя в зеркало на свое широкоплечее, мускулистое тело, позавидовать которому мог бы и молодой атлет, после прошел на кухню, приготовил яичницу с луком и шкварками и, плотно позавтракав, выпил вместо чая большую кружку кисловатого настоя шиповника.
После прошел в свою комнату, где в книжных полках красовались дивные раковины, поблекшие коралловые кусты и чучела тропических рыб, оглядел этот мертвый аквариум - и лег на кушетку, вмиг погрузившись в сон.