Ядина
Шрифт:
– Какой ужас!
– Ужас будет, когда Крысолов распадется! Это будет похуже атомного взрыва!
– Ты не хочешь мне помочь! А ведь если Крысолов распадется, то и ты погибнешь!
– Ну что же, если это произойдет… Что, что ты сказала? Я погибну!? Я не хочу погибать! Ведь живу-то я всего три дня!
– вдруг хватает фантом Ядины за руку.
– Сделай что-нибудь! Ты же можешь!
– Хорошо! Только ты должен помочь мне! Где мой брат Яд? Ты можешь его позвать!
– Он в стенах школы! Не может оттуда уйти! Что-то преграждает ему путь! Твои родители
– А лекари-наставники? Неужели они спокойно взирают на то, что происходит здесь!
– Они тоже не могут выйти из школы!
– Так! Но должен же быть, какой-то выход! Боже мой! Я слишком долго думаю, уже, наверное, поздно!
Рядом с Ядиной падает на колени, а потом навзничь, девочка. Лицо девочки попеременно выражает то страдание, то счастье! Губы шевелятся, выговаривая слова песни. Голос осип настолько, что слышится даже не сипение, а какой-то негромкий треск.
Ядина кидается к девочке, но руки ее не в состоянии поднять даже палец ребенка, не то что всю девочку.
Ядина забыла, что она всего лишь фантом. Пока Ядина осознает этот неприятный факт, рядом с первой девочкой падает еще одна, а чуть в отдалении подряд два мальчика.
Ядина мечется от одного ребенка к другому, наконец, взгляд ее падает на фантом Женьшеня.
Он спокойно стоит рядом с детьми, которые один за другим падают, как подкошенные, и поет песенку.
Увидев его безмятежное лицо, Ядина вспыхивает от злости. С ней это случается очень редко, но сейчас это состояние вдруг помогает Ядине прийти к определенному решению.
Она подходит к фантому Женьшеня и берет его за руку.
– Ты что? Зачем ты схватила меня за руку?
– Пойдем! Если Яд не может выйти из школы, то его фантом пойдет к нему!
– Нет. Я не пойду! Я не хочу приближаться к нему! Мне нравится быть самим собой!
– Тогда ты погибнешь! Выбирай, жизнь после воссоединения с Ядом или гибель, в качестве фантома!
– А другого выхода нет?
– Нет!
– Ну что же, пойдем! Ведь жить - это так здорово!
Фантомы Ядины и Женьшеня идут через площадь, усеянную умирающими детьми. Среди детей Ядина видит своих одноклассников, но времени на то, чтобы стоять и жалеть учеников-лекарей, нет.
Они с Женьшенем бегут к школе, вдруг поднимается ветер, красный песок отрывает фантом брата и сестры от земли и пытается разорвать в клочья! Ядина пытается уцепиться за веревку, которая свисает из окна кабинета 2» Я», но опять забывает, что она всего лишь двойник.
Но зато об этом помнит фантом ее брата. Обогнув школу так, что ветер не может ему помешать, он медленно, как воздушный шарик, поднимается к директорскому окну. Это единственное окно на этой стороне школы, которое в данный момент открыто.
Слившись со стеной, он вертикально поднимается наверх. Двойник Ядины, чуть поколебавшись, следует за ним.
В директорском кабинете никого нет. Ядина выплывает в коридор, но и там никого нет. Следуя вдоль коридора,
Фантомы Ядины и Женьшеня вплывают в класс.
Лекари-наставники толпятся возле огромного, во всю стену, синтезатора. Они пытаются подобрать мелодию, которую играл на своей дудочке Крысолов, а заодно сочинить музыку, которая явилась бы противоядием от колдовской музыки дудочника. Но прежде чем выполнить вторую задачу, неплохо бы сначала решить первую. Но это, увы, не получается!
Лекарь-наставник, отвечающий за музыкальное развитие учеников, давно подобрал музыку, но волшебного эффекта, как у дудочника, не получается!
Мелодия учителя, это всего лишь набор нот. Синтезатор со всеми его возможностями и примочками, не может решить простенькую задачу, которую решил Крысолов на деревянной дудочке. Наставник не может создать такую мелодию, чтобы она завораживала!
Женьшень сидит на последней парте и поэтому никто из наставников не видит, как фантом Женьшеня на большой скорости летит к живому мальчику.
В последний момент фантом начинает сопротивляться, но уже поздно, миг - и Женьшень становится единым.
После воссоединения Женьшень узнает все, что пережил и перечувствовал за эти три дня его фантом. Но чувства фантома скудны. В них только страх за свое существование и рабское преклонение перед Крысоловом.
Но зато Женьшень видит теперь Ядину. До воссоединения ему это было недоступно.
– Братик, ты меня видишь?
– говорит Ядина, пытаясь по привычке стащить камертон.
– Да, сестричка!
– смеется Женьшень, видя, что попытка девочки не удалась.
– Я очень рад тебя видеть!
– Говори потише! Лекари-наставники не должны знать, что я была здесь!
– Почему? Лекарь-наставник так обрадуется!
– Это долго!
– Говорит Ядина-фантом, пожирая глазами бубен.
– Это все так долго, а у нас с тобой всего… нас уже нет времени!
– А, что мы можем сделать? У тебя по музыке 3, а у меня 4, и мы не сможем создать музыку-противоядие!
– Но зато мы умеем лечить! Только бы найти способ выпустить лекарей-наставников из школы, да и тебя бы заодно не мешало!
Подожди, подожди, а почему наши родители бездействуют?
– Крысолов высосал их знания в первую очередь, и теперь они не могут лечить!
– Тогда остается только одно! Прощай, Женьшень, я возвращаюсь в тот город, где находится мое главное «Я». Крысолов обещал освободить детей, если я отдам ему свое умение! Удивительно, я знаю не так уж много, а ему нужны именно мои знания!
– Ядина, не надо! Я не могу тебя опять потерять, он обманет, и мы все погибнем! Подожди, но должен же быть еще какой-то способ! Давай подумаем!
– Ты не видел, что творится на улице! Поверь, братик, если бы был выход, я бы воспользовалась им! Посмотри, как потемнело небо! Но… Видишь, птицу, которая сидит на подоконнике? Это за мной! Я возвращаюсь!