Янир

Айдем М. К.

Эбби не могла поверить тогда, что он сделал это. О, не тому, а на что он отважился, чтобы совершить задуманное. Дэйви до ужаса боялся высоты. Он даже не любил смотреть в окно спальни на втором этаже. Но в ту ночь он не только выглянул из окна, но и спустился по боковой лестнице по стене дома, а потом поднялся на тридцать футов, чтобы сделать надпись на рекламном щите.

Еще до того, как выяснилось, что этот человек на самом деле издевался над своей дочерью, Дэйви отстранили от занятий, выгнали из футбольной команды, которую он так любил, и почти весь город избегал его… включая девушку,

которой он пытался помочь.

Именно тогда Эбби спросила его «зачем». Зачем он это сделал, а он посмотрел на нее глазами старше своих тринадцати лет и произнес: «Потому что это было неправильно, а я не мог просто стоять в стороне и позволить этому происходить, тогда, когда я мог что-то сделать. Кара не думала, что она имеет значение, что кого-то это волнует, ведь ее отец — важный и влиятельный человек. Так что люди избегают меня, думая, что я странный… но разве это имеет большее значение, чем дать кому-то понять, что он важен?»

Дэви был прав. Если бы кто-либо из мужчин, который был свидетелем преступлений Императора Лукана, рассказал бы о его злодеяниях, Великая Инфекция никогда бы не наступила. Эбби также вспомнила, что во время похорон брата, Кара была там, поблагодарив его за спасение ее жизни.

* * *

— Эбби… — обеспокоенный голос Янира вернул ее к действительности.

— Извини, просто я пытаюсь собираться с мыслями, — она перевела взгляд на мужчин. — Прежде всего, я хочу поблагодарить каждого из вас за то, что вы прибыли сюда, чтобы помочь лорду Яниру образовать его Дом. Это будет непростая задача, учитывая весь вред, который нанес Бертос своим людям, но я знаю, что каждый из вас справится с этой задачей, потому что каждый из вас — достойный мужчина. Вы все упорно трудились, чтобы стать Элитными воинами, но не просто Элитными воинами, а воинами в особой Гвардии Императора, а этого мало кто может достичь.

Все мужчины в шоке уставились на нее. Женщины никогда не думали о таком, никогда не говорили об этом, особенно с мужчинами. И, что особенно невиданно, они никогда не благодарили мужчин.

— То, что Император послал вас сюда раньше нового лорда Этрурии, говорит о его доверии к вам. Элита элит и, как мне говорили, это те, кто именно нужен здесь, потому что то, что вы обнаружили тут, было… ну, хаосом.

— Да, — Дэй поймал себя на том, что заговорил с леди.

— Вот почему я понимаю, что вы должны были расставить приоритеты в том, что действительно важно. Например, безопасность Дома и его обитателей, чтобы те были целы и невредимы. А, что могло бы подождать, так это очищение крыла лорда.

— Я… мне это и в голову не приходило, — Дэй нахмурился. Зачем очищать крыло?

— Конечно, нет. Ваши мысли были о безопасности.

— Да, леди Ригель, — согласился Дэй.

— Это все ведет к тому, почему я здесь, — продолжала Эбби.

— К чему, леди Ригель? — задал вопрос Дэй.

— Я хочу знать, кто из вас был таким идиотом, — мягкий, нежный голос Эбби стал таким же жестким, как ее взгляд, шокировав воинов Императора, — кому показалась неплохой мыслью оставить Мабона в его старой казарме?!!

— Что?!! — возглас Корина заставил Эбби обернуться к нему, и она поняла,

что он не знал, что его брат здесь.

— Вы не знали… — прошептала она, переводя взгляд на Янира, и вдруг вспомнила, что Корина не было в комнате, когда он выбирал учеников, чтобы помочь Эбби.

— Нет! Нет! Мабона здесь нет. Король Грим пообещал, что его заберут, что он будет под его защитой.

— И он действительно был под ней, — сказала Эбби, — как мне сказали, всего лишь однажды ночью.

— Наша госпожа говорит правду, капитан Корин, — Паган заговорил впервые с тех пор, как вошел в комнату. — Я был здесь, когда Мабон исчез из своей постели несколько недель назад. Никто не знал, как и куда он делся. Его наставник, воспитанник Квант, был строго… наказан… — Паган тщательно подбирал слова, глядя на Эбби, — за это.

— Тогда как он оказался снова здесь? — спросил Корин.

— Потому что я приказал, — заговорил Дэй, глядя на Корина. — Когда мне сообщили, что ты возвращаешься на Этрурию, я связался с воином, который его приютил, и приказал ему вернуть его обратно. Он принадлежит своему брату.

— Полностью согласна с капитаном Дэем, — подтвердила Эбби, прежде чем Корин мог что-либо возразить. — Мабон принадлежит своему брату. Чего я не понимаю, так это того, что вы же знали о том, как мужчины живут в этом доме, о том, как их обучают, и о том, как их учили «преуспевать» в достижении своих «успехов»… Как вы могли полагать, что Мабон останется в целости и сохранности в казарме, заполненной этими воспитанниками?

— Я… — осекся Дэй.

— Он пострадал? — вклинился Корин, костяшки его пальцев побелели, когда он схватился за рукоять меча.

— Его избили, — прямо сказала Эбби, — и, похоже, здесь нет больше целителя.

— Что?! — прозвучал громкий голос Янира так, что Дэй вздрогнул. — Мне об этом не сообщили! Нет целителя? — он привез свою Эбби в место, где нет целителя?

— Он умер в зале Ассамблеи, лорд Янир. Простите. Я думал, вы знаете, — ответил ему сухо Дэй.

— О, Янир, тут еще одна проблема, — сказала Эбби, переводя внимание Янира с капитана на себя. — Похоже, Бертос обучил только своих капитанов пользоваться портативными регенераторами.

— Что?! Это же совершенно безответственно! — воскликнул Янир.

— Это давало его капитанам большую власть над учениками, — тихо сказал ему Паган. — Капитан не стал бы залечивать рану, если бы почувствовал, что ученик недостаточно хорошо подготовлен или если…

— Он просто был придурком, — закончила за него Эбби.

— Да, госпожа, — сказал Паган, слегка кивнув ей.

— Значит, Мабон не был излечен? — спросил Корин, возвращая разговор к тому, что имело значение для него, о его брате.

— Нет, — ответила ему Эбби. — Я попросила Морио вылечить его, как только обнаружила, что он ранен, — Эбби видела, что он все еще остается обеспокоенным. — С ним все будет хорошо, Корин, — она попыталась успокоить его и увидела, как он ослабил хватку на рукояти меча, когда резко выдохнул и кивнул ей.

— Очень жаль, что он был ранен, и хорошо, что его исцелили, но я не понимаю, почему вы решили, что это должно быть доведено до сведения вашего лорда. Мабон всего лишь простой самец и к тому же новобранец.