Янир

Айдем М. К.

— Да, — спокойным тоном подтвердила Эбби, ее учили этому, когда дело касалось истерик. — Полагаю, что так. Разве она не чудесно?

— Чудесно?!! — Марэ недоверчиво посмотрел на нее.

— Да, они смогли сохраниться до наших дней. Это истинное свидетельство мастерства мастеров, которые создали их. Только по-настоящему одаренный человек мог создать такие удивительные произведения искусства.

— Но… Но… здесь нет ни одной моей вещи!

— Разве? — Эбби посмотрела на него невинными голубыми глазами. — Вы уверены?

— Конечно, уверен!

— Как странно… О, подождите, нет, этого не может быть, — Эбби повернулась к Пагану, —

или может?

— Я не знаю, о чем вы спрашиваете, госпожа, — церемонно ответил ей Паган.

— Это те другие предметы мебели… те, на которых блестящая черная поверхность…

— Да. Да. Это мои работы, — внимание Эбби вернулось к нему. — Что с ними случилось? — спросил Марэ.

— Они были созданы вами?

— Конечно! Кто еще мог бы сделать все это для лорда.

— Да, но…

— Но что?!!!

— Они были такими… отвратительными, — Эбби произнесла шепотом слово, как будто оно могло сделать обстановку менее уютной.

— Отвратительными? — взревел Марэ, вскинув голову от оскорбления.

— Ну… да… — Эбби сделала вид, что не заметила ярости мастера. — Я имею в виду, они выглядели льстивыми и… ну, злыми, если хотите знать правду. И используемая отделка… она отражала все, как будто владелец должен был постоянно видеть свое собственное отражение.

— Так было задумано! То, что требовалось! Я не ожидал, что самка… — усмешка слетела с лица Марэ, когда он обнаружил клинок Пагана у своего горла.

Эбби отступила назад, но не попросила Пагана опустить клинок.

— Я — леди лорда Янира, мастер Марэ. Он поручил мне проследить за тем, чтобы это крыло и этот замок отображали его в лучшем виде, а этого нельзя сделать имея мебель, единственной целью которой является отражение его внешнего облика. Это может сделать только мебель, которая отражает его внутренние качества и ценности, которые показывают, что он является достойным лордом и может обеспечить комфорт для тех, кто находится под его опекой. И эти предметы интерьера, — она указала на то, что осталось, — делают это. А не те, которые вынесли отсюда.

— Но это была работа всей моей жизни, — запротестовал Марэ.

— Тогда вам следовало работать усерднее, — ответила она ему, но стук в дверь помешал ей продолжить. — Войдите! — громко произнесла Эбби, зная, что Паган не хочет, чтобы она открывала сама, и что он не отойдет от нее и Марэ.

Навон распахнул двери, но, увидев меч Пагана у горла Марэ и тут же вытащив меч, быстро переместился, чтобы спрятать Эбби у себя за спиной у стены.

— В чем дело, мастер Паган?!! — спросил он, и Морио, услышав его слова, вошел в след за ним, так же быстро обнажив свой меч.

— Этот кусок Дако оскорбил нашу госпожу! — в ответ произнес Паган, и Марэ побледнел, когда оба воина угрожающе зарычали на него.

— Я уверена, что произошло недоразумение, — голос Эбби звучал приглушенно из-за широкой спины Навона, — не так ли, мастер Маре?

— Да… да. Конечно, недоразумение.

Пот начал стекать по лицу Марэ, когда Паган сильнее прижал клинок к его горлу.

Эбби слегка коснулась Навона, и он позволил ей выскользнуть из-за своей спины.

— Конечно, так и было. Вы ни в коем случае не хотели даже и намекнуть на то, что, поскольку я всего лишь женщина, я не понимаю, что такое качественная мебель. Это только потому, что я женщина, что я не знаю, что можно считать шедевром, а что — отвратительным. И я уверена, вы ни на миг не допустили мысли, что, поскольку я — всего лишь женщина, то

меня можно считать чем-то ничтожным, нежели вас. И вы в своих словах никогда не имели в виду ничего из всего этого, не так ли, мастер Марэ?

— Нет, конечно, нет!

— Хорошо, я рада, что все прояснилось. Опустите мечи, — приказала она. — Теперь, — обернувшись, Эбби увидела у входа в покои Кэрбра и еще нескольких других мужчин, которые были готовы внести другие двери, очень большие двери. И все это увиденное заставило всех присутствующих открыть от удивления рты. — О, замечательно! — удовольствие, четко слышащееся в словах Эбби, эхом отразились в комнате, и каждому мужчине захотелось вновь услышать его снова. И никто не заметил мерцания отблеска хунаджи, проступившего на несколько мгновений в камне. — Вы нашли их, Кэрбр!

— Да, моя госпожа, именно там, где и надеялся, — Кэрбр не мог поверить, что обе створки все еще оказались там, где их оставили ранее, как будто сами боги помогли им сохраниться до настоящих времен.

— Замечательно. Вы сможете установить их сегодня на их законное место?

— Я… вы хотите этого? — спросил Кэрбр.

— Да!

— Подождите! Что происходит?!! — требовательно воскликнул Марэ, теперь к нему вернулась храбрость, когда у его горла больше не было меча.

— Дело в том, что двери, которые были изначально изготовлены для этих покоев, вернутся на свое прежнее законное место.

— Что? — Марэ наблюдал, как поочередно створки занесли в покои. — Ты проник в мою мастерскую! Это мастерская мастера! Я оторву тебе голову за это!

— Думаю, что нет, Марэ, — впервые Эбби обратилась к нему без звания. — Видите ли, Марэ, Кэрбр отправился туда по моему приказу, и я собираюсь назначить его своим мастером-столяром.

— Меня? — тихо спросил Кэрбр.

— Да, — замялась вдруг Эбби. — Если вы будете не против, конечно. Если вы не согласитесь, я попрошу вас только установить эти двери, чтобы эти покои могли вернуть себе часть славы, которую они когда-то имело, и может быть тогда, прежде чем вы уйдете, вы порекомендуете кого-то, кто, по вашему мнению, сможет соответствовать требованиям, которые я озвучила ранее вам.

Все мужчины смотрели на нее в шоке, включая Мэре. Она спрашивала? Она не угрожала и не требовала, а просто спрашивала?

— Для меня будет честью служить вам, моя леди, — низко поклонился ей Кэрбр, хотя было слышно, как от этого движения захрустели его суставы.

— Нет, Кэрбр, это для меня большая честь иметь вас в качестве мастера-столяра… словно это дар самой Богини.

* * *

Эбби стояла в дальнем конце комнаты отдыха на мужской половине и еле сдерживала себя от того, чтобы не пуститься в пляс. Потому что тут теперь не было тех отвратительных дверей, созданных Марэ с вычурной буквой «Б», сразу бросавшейся в глаза из любого места в комнате. Теперь здесь стояли массивные двери, сделанные из того же галкано дабх, что и каркас кровати, словно приветствуя своего хозяина. Они были практически незаметны, почти сливаясь с мианраи дабх, и Эбби поняла, что это и было первоначальным намерением мастера. «Вы сможете напасть на лорда только в том случае, если сможете найти его». Как глупо было со стороны Бертоса заменить их на что-то другое. Интересно, будут ли двери на входе в крыло такими же удивительными? Она готова была поспорить на все, что было на третьем этаже.