Янтаранфис
Шрифт:
– От меня что требуется? – раздосадовано спросила Анфиса.
– Прости, я погорячился. Ничего у нас не получится! – с истерическими нотками в голосе проговорил крепкий на вид мужчина.
– Я сейчас один. Приходи ко мне.
– Ты уже пришел ко мне, а Родион сейчас с Полиной любовь крутит.
– Я в курсе. Я не против их пары. Хочу сделать тебе предложение: выходи за меня замуж!
– Отлично! Ты у меня спросил: свободна ли я?
– Согласишься, будешь свободная для меня. Ты мне подходишь.
– Я это знаю. Но у меня есть еще
– Возьмем его к себе! – удивился Платон своим словам, а еще больше он удивился тому, что у Анфисы был кто-то до него и кроме донжуана Родиона.
– Он иностранец. Я от него сбежала, теперь одна живу. Он привык жить с пирамидами, а я не могу с ними жить. У меня аллергия на чужой климат, поэтому меня он отпустил домой полюбовно. Я покрываюсь волдырями размером со смородину, стоит мне выйти на солнечную улицу на его родине.
– Размером с черную или красную смородину?
– Белую смородину. Я серьезно говорю.
– И я не шучу. А здесь я на тебе волдырей даже на пляже не видел. Так что было с тобой раньше?
– Помнишь, когда я лежала на пляже, а к тебе не подходила? Тогда я вернулась на родину, мне так хотелось на солнце полежать и не покрыться волдырями! Земля одна, а солнечная радиация разная. Моя кожа выносит только наш климат с прохладным летом.
– Я понял, что виновных в твоей истории нет. Как твой гражданский муж Амон посмотрит на твою законную женитьбу со мной?
– Он в том году сам женился. Я живу одна.
– Славно, одна жизнь у тебя за бугром осталась, вторая жизнь здесь не получилась с Родионом. Мое предложение остается в силе, я не богат, но есть машина и квартира с родителями.
– Я поняла и могу выйти за тебя замуж! Но еще Родиона надо пристроить, чтобы он нам не мешал.
– Он кто тебе? Поподробнее, если можно.
– Друг. Друг, и все. Он меня поддерживал морально, но не материально со дня знакомства.
– Тогда Родион с Полиной пара.
Слишком серьезный разговор ограничивал любовные импульсы. Платон и Анфиса просто побеседовали за чашкой чая и разошлись по домам. Они договорились о том, что каждый из них будет жить у себя дома, не обременяя друг друга семейными отношениями. В дверь позвонили. Анфиса открыла дверь, думая, что пришел Платон, но за дверью стоял его отец Кирилл Дмитриевич.
– Анфиса, я хочу познакомиться с будущей невесткой.
– Проходите, – сказала Анфиса, пропуская в квартиру предполагаемого родственника.
– Я по делу. Я хочу, чтобы Вы стали моей женой, а со своей женой, Инессой Евгеньевной, мы давно живем в разных комнатах.
– Вы нормальный человек?
– Вполне. Зачем тебе мой Платон? Я лучше.
– Да Вы еще от инфаркта не отошли!
– А я такой! И у меня есть для тебя подарок, а у моего сына жабу в болоте не выпросишь, – и пожилой мужчина достал из внутреннего кармана пиджака коробочку, обтянутую желтым бархатом.
– Не надо мне подарков! Идите домой! Понятно,
– Не смей вспоминать! Смотри! – и он открыл коробочку.
В коробочке лежал малюсенький янтарь. Анфиса так была поражена, что даже не рассмеялась.
– Это янтарь из усыпальницы Фараона.
– Чудно. Откуда там взялся янтарь? Как он к Вам попал?
– Я был членом экспедиции в тайны пирамиды и нашел этот камешек. Наша экспедиция спустилась в гробницу. Люди хватали все, что под руку попадало, но потом не могли выйти из усыпальницы. Они погибли почти на месте. Я стоял наверху. Один человек, умирая, бросил горсть самоцветов на песок. Это все, что он вынес из гробницы, и прожил больше других. Те, кто брал больше, жили меньше, они не доползли до выхода. Я не выдержал, взял маленький янтарь и больше ничего. Я тогда был совсем молодым человеком.
– Почему мне такая честь? – прошептала Анфиса, с восхищением взирая на янтарное чудо.
– Анфиса, ты вытянула Платона из тяжелой депрессии и спасла меня. Ты заслужила награду. Нет, замуж за меня выходить тебе не надо – это моя дежурная шутка, которую не поняла Полина. Если у вас с Платоном будет ребенок, то я буду счастлив, тогда и янтарь будет принадлежать моему внуку.
– Спасибо, – искренне сказала Анфиса, забирая коробочку.
Но бархатная коробочка выпала из ее рук. Янтарь выпал из желтой коробочки. Ноги пожилого человека подкосились. Он упал, протягивая из последних сил руку к янтарному зернышку. Ему стало плохо.
– Господи! – вскричала Анфиса. – За что мне эти испытания?! – и она стала вызывать врача.
Анфиса с ужасом взирала на янтарь Фараона. Она боялась взять в руки древнее сокровище и понимала, что его надо спрятать от людей. Ей показалось, что ее убьет током, если она рукой коснется янтаря из коробочки. Она взяла пинцет через резиновые перчатки, подняла пинцетом с паркета янтарь фараона, положила его в желтую коробочку и спрятала ее.
За окном заревела сирена. Врач выслушала Анфису, она поняла, что больной недавно перенес обширный инфаркт. Пожилого человека вновь увезли в больницу. Анфиса вышла на улицу, посмотрела на стриженый газон, вспомнила янтарь Фараона, села на скамейку и задумалась.
После смерти отца Кирилла Дмитриевича Платон расхотел жениться на Анфисе. У него была трехкомнатная квартира с родителями. Мать, Инесса Евгеньевна, ему не мешала, а помогала, и жена ему теперь была ни к чему. Анфиса Платону про янтарь Фараона ничего не сказала. На отказ жениться на ней не обиделась.
Она спросила у будущего наследника:
– Платон, а не остались ли желтеющие бумаги в архиве твоего отца?
Платон такому исходу дела очень обрадовался и пригласил Анфису посмотреть бумаги Кирилла Дмитриевича. В одном шкафу она обнаружила стопку папок. Она сложила архив в четыре полиэтиленовых пакета и с помощью Платона донесла их до машины. А он был рад избавиться от старого, пыльного хлама отца.