Янычары

Сергеев Василий Иванович

Ежедневно, кроме пятницы, будущих мютеферрика натаскивали здесь не только в фехтовании и верховой езде, технике рукопашного боя и строевой подготовке, но и в сунне и шариате, каламе и фалсафа ...

В хакикате молодежь наставлял мутавалли медресе Али аль-Фенари . «Доcтоcлавный улем, достопочтенный ученый, установитель истины, несомненный источник добродетели, несомненный последователь учения пророков и посланника божьего, заслуживающий благосклонности богохранимого владетеля» иронически относился к суфийским «мудрствованиям», утверждая, что ислам достаточно прост и ясен, дает цельную картину мира, и нет необходимости выдумывать что-то еще. С первой же его лекции Абдаллах невзлюбил его. Абдаллах лишь удивлялся, почему этот пурист и ревнитель чистоты ислама

набрал в медресе в основном преподавателей-суфиев или таких, которые благожелательно относились к суфийской идеологии. Более того – у него были с ними прекрасные отношения. «Как они уживаются между собой» – недоумевал Абдаллах...

– Именем Аллаха вы будете управлять миром, – поучал Али аль-Фенари. – Вы должны поэтому знать законы, посредством которых управляет его судьбами Аллах. Это знание подобно яду, целебному в руках врача и смертельному в руках убийцы; поистине, впивать его надо с осторожностью; среди узнавших эти законы были такие, разум которых смущался и заставлял их наложить руки на себя. Нет мне укоризны в том! Но не будьте и теми глупцами, для которых учителем становится не слово, а собственное несчастье.

Я должен научить вас скептицизму в отношении «новых» и модных идей, ибо, поистине, нет на сегодняшнем базаре мнений умения более необходимого, чем умение нести свой кошелек нетронутым между сонмами желающих поживиться мошенников. Но еще важнее отнестись как к мошеннику к себе самому: поистине, многие, даже умеющие избегать проворных рук базарных ловкачей, облапошивают сами себя, строя воздушные замки. Каждый, кто хоть когда-нибудь строил их, знает, что эти постройки легче других возводятся, – но не всякий знает, что снести их почти невозможно! Избавиться от собственных иллюзий – вот подлинный аль-ихлас , и, клянусь Аллахом, я помогу вам достичь его!

Поистине, первое, что вы должны усвоить – это смысл газавата. С кем ведется война и во имя чего? С христианами, с иудеями? Воистину, нет, и далеким заблуждением заблудился тот, кто думает так. Люди – стадо, они влекутся туда, куда их гонит пастырь. Те из них, душа которых чиста, сами увидят, где истина, и примут ислам. Но упорствующие в своих заблуждениях реайяты могут оставаться в своих заблуждениях до последнего дня, и не наше дело судить их.

Аллах простер пред нами страны с разными языками и разными верами. Пастыри этих стад несут совсем иную ответственность, чем их реайя. Глаза пастырей открыты, их уши слышат. Они встречаются с посланцами других стран и мудрецами, купцами и философами, они имеют возможность выбирать. Двери ислама распахнуты перед ними, и тот, кто сам в них войдет, поистине, будет встречен с почетом. Но они делают ошибочный выбор. И тогда становится ясно: в этих странах нет ни шахов, ни султанов, ни королей, ни герцогов, хоть они и называют себя так: это лишь мятежные эмиры, восставшие против воли Аллаха. Но и тогда наш блистательный и могучий султан не торопится с военными действиями, а заботится лишь о порядке, справедливости и спокойствии в собственном султанате. Поистине, забота о порядке в собственной стране дороже выигранного сражения. Ибо она привлекает к нам сердца тех, кто имеет глаза, чтобы смотреть и уши, чтобы слышать.

Но когда мятежный эмир запутывается в своих делах, низвергая в джахилийю собственный народ, – помоги измученному народу. И тогда освобожденный народ с восторгом примет нашу власть и откроет уши пред словами истины. Не должно бессмысленно лить свою и чужую кровь в сражениях. Дулжно лишь истребить род эмира мятежного, заклейменного собственным его народом. И тогда наш султан, да умножатся его дни, будет уверенно владеть освобожденным народом.

Жестокость имеет оправдание, если совершается лишь раз и в высоких целях, а затем в ней не упорствуют, извлекая из ее плодов всю возможную пользу для подданных. Но тот, кто верует в одну часть писания, должен веровать и в другую! И если кто умышленно убьет мусульманина, то воздаянием ему – геенна, для вечного пребывания там. Но кто мусульманин и кто – многобожник? Поистине, мусульмане, отступившие от

ясных и истинных принципов ислама – «многобожники» в большей степени, чем люди джахилйи, и джихад против них возможен и оправдан!

Но горе тебе, если число жестокостей лишь возрастает! Тогда, успокаивая людей, ты должен будешь вновь и вновь вершить благодеяния, истощая свои возможности. Но, поистине, добро бесполезно, если его сочтут делаемым поневоле, и не будет тебе за него никакой благодарности ни в этой жизни, ни в будущей!.. После ста услуг и одного отказа властителя, неблагодарные – а таковы все люди – помнят лишь этот один отказ...

Рабы

Но вам, слушающим, говорю: любите врагов ваших, благотворите ненавидящим вас, благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас. Ударившему тебя по щеке подставь и другую, и отнимающему у тебя верхнюю одежду не препятствуй взять и рубашку. Всякому, просящему у тебя, давай, и от взявшего твое не требуй назад.

Лука, 6:27-30

– Есть у мусульман одно мощное, гибкое и надежное оружие в борьбе за мировое господство, о свойствах которого, к сожалению, мало знают. Поистине, это – учение Исы ибн Марйам!

Когда ошеломленные этой фразой слушатели замолкли, невысокий, крепкий и худощавый шейх представился:

– Зовут меня Мухаммед ибн Омар, а заниматься мы с вами будем тафсиром (толкованиями), но не Корана, а книги Инджиль (Евангелие). То, с чем хочешь справиться, что желаешь преодолеть, надо знать не понаслышке!

Поистине, Коран – един и неподражаем, и нет иной истины, кроме него. Учение Исы ибн Марйам, разумеется, не является истиной! Но перестает ли оно от того быть оружием? Подчеркну: оружием в наших руках? Отвечу: нет, не перестает. Нужно только уметь им правильно пользоваться!

И вот первое, что вы должны знать об учении Исы, чтобы понять, насколько это мощное оружие: оно запрещает христианину брать в руки меч! Вы все здесь – в прошлом христиане: кто будет мне возражать?

Растерянные от столь горячего начала, янычары молчали. Но Мухаммед ибн Омар не собирался отступать. Он ждал возражений, и Абдаллах сказал:

– »Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч». От Матфея, 10:34.

– Не «от Матфея», а «по Матфею», – заботливо поправил его Мухаммед ибн Омар. – В канонических греческих текстах всех четырех евангелий стоит предлог kata – «по». Евангелие от Матфея существовало, его держал в руках Василид Гностик, написавший 24 тома «Разъяснения Евангелий». Евсевий, христианский церковный историк, сообщает, что все они были сожжены. Видимо, одновременно христиане сожгли и само евангелие от Матфея, ибо его содержание совершенно их не устраивало. Христианский валъ (святой) Иероним, побужденный к тому епископами Хроматием и Гелиодором, достал от назореев, из книгохранилища, собранного Памфилом в Кесарее, подлинный еврейский текст Евангелия «от Матфея» и «вознегодовал», прочтя его, но не потому, что оно почти ни в чем не совпадало с известным ему греческим переводом «по Матфею», а потому, что оно, по собственным его словам, «представляло материал не для построения, но для разрушения [христианства]». Епифаний, скажем, в книге «Contra Ebionites» заявляет, что назореи, как и ессеи, твердо верили, что Иса был не богом, но лишь «человеком от семени человека»! Ясно, что в обращении был оставлен именно поддельный греческий перевод.

Но, как бы то ни было, судить о христианстве надо по тем текстам, которые оно признает. Ты правильно процитировал канонический христианский текст, – одобрительно поглядел он на Абдаллаха. – Но почему ты остановился и не продолжаешь его цитировать? «...Ибо Я пришел разделить человека с отцом его, и дочь с матерью ее, и невестку со свекровью ее. И враги человеку – домашние его» . Вот и все. Вот для чего принесен меч – для выяснения отношений внутри семьи. «Бей своих, чтобы силы твоей устрашились чужие», как гласит поговорка. О внешних же врагах Иса говорит иное. Смотрите: