Ярополк
Шрифт:
Решили ехать в Киев еще тридцать витязей Догоды. Приглядеть за своими ранеными товарищами, поберечь в пути молодого князя, поискать, повидать своих родичей.
Остальные витязи кагана Иосифа шли на Белую Вежу, на Итиль вместе со Святославом.
Обоз отправлялся на другое утро после сражения. В ряд поставили по три телеги, по три арбы (арбы остались от хазар), но все равно змея получилась длинная, на полверсты.
Прощаясь с сыном, Святослав сказал:
– Передай бабушке, великой княгине Ольге: отныне хазары будут Киеву давать дань. И не с дыма, а с каждого мужчины. Великой прибыли пусть все-таки не ожидает: пройду Хазарию из конца
Обнял Ярополка:
– Ну, сын! Чего тебе в походе добыть? Жену, коня, самоцветы?
Ярополк жарко вспыхнул щеками:
– Найди Баяна, друга моего!
– Княжич! Княжич! – раздался вдруг слабый голос из телеги.
Ярополка звал Позвизд. Он лежал вместе с Чудиной. Раны, слившаяся кровь породнили суровых противников.
– Княжич! – шептал Позвизд белыми губами. – Баяна украли… Он был при кагане Иосифе. Кагана убили, и Баяна должны были убить… но спасен… Украли его, увезли…
– Но куда? Куда?
– Не ведаю, княжич. Может, он теперь уж в самом Царьграде.
– Найдем и в Царьграде, – сказал Святослав и еще раз обнял Ярополка. – Да хранит тебя Сварог! Да осенит в пути крыльями громовержец Перун!
Заиграл рожок. Обоз тронулся. Конь Ярополка переступил ногами на месте, а потом пошел, пошел.
Князь Святослав долго провожал сына глазами, но тот так и не обернулся.
О восточном походе Святослава и о судьбе Хазарии
В дивной летописи святого инока Нестора, называемой нами «Повестью временных лет», читаем: «В лето 6473. Иде Святослав на хазары. Слышав же хазары изидоша противу с князем своим Каганом и сошлись биться, и в брани одолел Святослав хазар и город их Белую Вежу взял. И победил ясов и касогов».
Скупо писали предки. Без громких слов. Себя не похваляли, врагов не унижали, не корили. О подробностях Восточного похода князя Святослава поведали нам арабы, посещавшие в те времена Булгарию, Хазарию, Русь.
Оставшись хозяевами поля битвы, воины Святослава добили врагов, сожгли тела погибших своих товарищей на великом костре, справили по ним тризну и поспешили, ведомые князем, в глубь Хазарии.
Летнюю столицу каганов Саркел, называемую славянами Белой Вежей, взяли и разрушили до основания. Слишком близок и ненавистен был этот город Киеву, да и стоял он на утерянной славянами земле.
Поспешая, без шатров, без обоза двинулся Святослав на Итиль. Одолел легко, хазары уже трепетали перед русичами, разбегались, бросая дома, уходили за Волгу.
Когда-то князь Игорь, осаждая город Бердаа, говорил хазарам: «Единственно, чего мы желаем, – это власти».
Вера хазар не беспокоила прежнего киевского князя, он не громил города, желая получить как можно больше дани. Святослав пришел в Хазарию не ради наживы. Он пришел уничтожить царство, где славяне и руссы жили в рабстве.
Итиль не был превращен в руины. Святослав спешил воспользоваться паникой и взять большой богатый Семендер.
Арабский историк ибн Хаукаль [73] сообщает: Семендер был сожжен русскими дотла. И не только город – погибли все виноградники, главное богатство края.
73
…Арабский историк ибн Хаукаль… – Арабский историк Абу Исхак Истархи создал «Книгу путей и стран» в 951 г., в 977 г. ее подверг основательной обработке
Покончив с Хазарией, князь Святослав обратил свой взор на южных союзников кагана, на племена ясов и касогов.
Новгородский летописец обронил фразу, которая дорого стоит. Он написал, что Святослав побежденных ясов и касогов «приведе Кыеву».
Ясы [74] и касоги [75] – народы конные. У них лошадь не столько работник, сколько воин. Славянам-пахарям всегда недоставало именно конного войска. Славяне чувствовали себя тверже, стоя ногами на земле. Прирожденные пехотинцы.
74
…ясы… – аланы, ираноязычные племена сарматского происхождения, жившие в Приазовье и Предкавказье.
75
…касоги… – адыги, многочисленные родственные племена на Северном Кавказе, предки адыгейцев, кабардинцев и черкесов.
Когда-то переселял в Киев князь Кий черкасс, чтоб славяне переняли у них конное боевое искусство.
Святослав в ясах и касогах тоже хотел не врагов видеть, но ближайших союзников и соратников.
Молод был князь, очень молод, двадцати двух лет от рождения, а о будущем Киевского княжества не только задумывался, но и творил это будущее.
А что же Хазария?
Огромное пепелище еще дышало жаром жизни, и все же рана, нанесенная государству русским князем Святославом, оказалась смертельной.
Хазария не исчезла в 965 году только потому, что оставался народ, называвший себя хазарами. Сохранилась власть. Власть, почитаемая две сотни лет непогрешимой и всемогущей, все еще соединяла людей в одно целое. Самое же важное – оставалась земля, носившая имя – Хазария, оставалась родина.
Волжская Булгария и Хазария существовали теперь как части Руси.
Ибн Хаукаль видел беженцев из Хазарии в 968 году в Грузии. Множество хазар перебралось на берега Каспия, под покровительство ширваншаха Мухаммеда ибн Ахмета ал-Азари.
Еще через десять лет араб Мукаддаси [76] писал: хазары вернулись с побережья в Итиль. Они теперь не иудеи, а мусульмане.
Возвращаясь в Хазарию, верховная ее каста надеялась заключить со Святославом мир и, платя дань, восстановить разрушенное государство. Но переговоры вести было уже не с кем: Святослав ушел за Дунай и создавал царство русских на древней земле, щедрой солнцем и благами, а главное, богатой городами.
Нашли себе хазары союзника в далеком Хорезме. То был эмир Мамун – ревностный мусульманин, готовый распространить ислам во все концы земли и на все народы. Эмир Мамун обещал хазарам помощь при одном непременном условии: проклясть иудаизм и перейти в ислам.
76
Мукаддаси – Вместе с Истархи и ибн Хаукалем классическим представителем арабской науки был в X в. Абу Абдаллах ибн Ахмед ибн Абу Бекр ал-Мукаддаси, его труд «Наилучшее распределение для познания стран» был написан после путешествия почти по всем странам ислама (985).