Ярослав Мудрый

Емец Дмитрий Александрович

Поднявшись на помост, Ярослав прямо и спокойно обратил взгляд к толпе. Рядом с князем стояли епископ и новгородский посадник Константин.

Громкий голос князя далеко разносился в толпе. Назначенные глашатаи бирючи - подхватывали его слова и зычно повторяли их. Повторять, впрочем, пришлось немного. Ярослав говорил мало:

– Други мои и братья! Отец мой умер, а Святополк сидит в Киеве и избивает братьев. Хочу идти на него, помогите мне!

Новгородцы, знавшие уже о смерти Владимира и братоубийстве, приняли слова горячо любимого ими

князя с сочувствием.

– Поможем тебе! Как один встанем за тебя в твою дружину!
– отвечали они.

Видя мужество своих новгородцев, тронутый до глубины души Ярослав на том же вече дал Новгороду множество льгот, которых не имел прежде ни один город. Так называемые Ярославовы грамоты, на которых записаны были эти льготы, вручены были новгородскому владыке. Много столетий после того вече решало дела свои, основываясь на данных князем Ярославом грамотах.

Собрав три тысячи новгородцев и тысячу варягов, князь Ярослав вышел из Новгорода и пошел на Святополка.

– Почто спешим, княже, точно оводы за нами гонятся? Мала наша рать, надо бы погодить, пока больше не соберем, - отговаривал его осторожный воевода Будый, дядька и кормилец Ярослава.

Однако князь не хотел медлить.

– Не я стал избивать братию, но Святополк. Да будет Бог отмстителем невинной крови моих братьев, - сказал он.

"МЕДУ МНОГО ВАРЕНО"

Узнав, что Ярослав идет на него, Святополк пришел в ярость и велел собирать полки со всех земель. Кроме того, желая усилить свои рати, он пригласил принять участие в походе исконных врагов русичей - печенегов.

– Зачем зовешь ты печенегов? Мало ли скорби принесли они русской земле? отговаривали его киевляне.

– Сам ведаю, что творю. Пускай напьются печенеги крови Ярославовой, захватят полоны новгородские. Уж больно высоко поднял Новгород голову, - с усмешкой отвечал Святополк.

– Что для него русская кровь? Знать, не боле, чем вода, коли пролил он уже кровь братьев своих, - роптали втихомолку киевляне.

Собрав войско, Святополк двинулся к Любечу на Днепре. Он стал со своими ратями на одной стороне Днепра, а на другой стороне Днепра стал Ярослав. Три недели стояли рати одна против одной, не решаясь переправиться для кровавой битвы.

Происходило это оттого, что русичи знали: та рать, которая будет переправляться, заведомо поставит себя в невыгодное положение. Быстрое днепровское течение станет сносить коней и ладьи, а с высоких берегов в наступающих полетят меткие стрелы и копья.

У Святополка был старый воевода по прозванию Волчий Хвост. Тридцать лет назад, еще при князе Владимире, разбил он радимичей и много иных побед одержал с дружиной.

Видя, что новгородцы медлят, Волчий Хвост решился на хитрость. Зная, что набранная рать Ярослава состоит из мирных жителей - горожан и крестьян, Волчий Хвост, выехав на берег, стал кричать им: "Эй вы, плотники! Зачем пришли сюда с хромым своим князем? Вот мы вас заставим рубить себе хоромы!"

Оскорбленные новгородцы отправились

в шатер к князю своему Ярославу и сказали ему:

– Завтра же переправимся и ударим на врага. Если же кто струсит и не захочет переправляться, того мы убьем сами, ибо не должно быть промеж нас трусов.

– Да будет так!
– перекрестившись, сказал Ярослав.

Желая убедиться в правильности своего намерения ударить первым, князь в ту же ночь послал в Святополков лагерь, где был у него друг.

– О чем сказать, когда найду сего мужа?
– спросил молодой гонец.

Ярослав прищурился.

– Скажешь: меду мало варено, а дружины много.

Молодой гонец удивленно заморгал, не веря ушам своим.

– И это всё? Боле ничего, княже?

Ярослав ободряюще хлопнул парня по плечу.

– Ничего. Он поймет. Ступай же и возвращайся скорее с ответом!

Вскоре гонец, переодевшись в крестьянское платье, отчалил на юрком челне. Не ложась спать, князь Ярослав с нетерпением ожидал его. Прибыл гонец уже перед рассветом. Он порядком устал и продрог от сырого речного тумана, непроницаемым покрывалом висевшего над Днепром.

– Проходи к костру. Привез ответ?
– обратился к нему князь.

Замерзший гонец послушно подвинулся ближе к огню и повернул к князю скуластое лицо. Видно было, что он в растерянности и сам не понимает смысла привезенного им сообщения.

– Нашел я мужа сего хитроумного. На твой вопрос велено тебе сказать: "Если меду мало, а дружины много, то к вечеру дать!"

Русские люди недаром прозвали впоследствии Ярослава Мудрым. Получив такой ответ из лагеря Святополка, он сразу понял, что это был совет начать битву ночью.

Дождавшись вечера, князь приказал новгородцам грузиться в ладьи и переправляться на другой берег. Погода благоприятствовала замыслу. Ночь была темной, мглистой, холодной. Над рекой, как и накануне, висел густой туман.

Ярослав сидел в головной ладье и слушал негромкий плеск весел. Судя по этому плеску соседние ладьи были где-то близко, но уже на расстоянии копья едва можно было разглядеть их очертания.

На сердце у Ярослава было тяжело.

"Как тать крадусь в ночи на брата своего. Если и одержу победу, то будет ли в том слава? Братья мои возлюбленные Глеб, Борис, Святополк, вопиет ко мне кровь ваша!"

Переправившись, новгордцы и бывшие с ними варяги оттолкнули от берега все ладьи, чтобы ни у кого не было соблазна бежать, если бой повернется не в их пользу. Когда последняя покинутая ладья, исчезнув в сумраке, поппыла по течению, полки стали строиться. Чтобы узнать среди ночи своих, ярославовы ратники повязывали головы полотенцами либо оторванными от рубах белыми лоскутами.

Закончив приготовления, войско тихо двинулось вдоль реки и вскоре, оставшись незамеченным, подошло к самому лагерю Святополка. Было очень холодно. Изо рта при выдыхании вырывались облачки пара. Во мраке слышно было, как беспечно пирует Святополкова дружина.