Ярость льва

Хиггинс Джек

– Меня выставили в пятьдесят четвертом году.

– Продолжайте.

– Жалованья не хватало совершенно. – Он поежился. – Вы же знаете, как это бывает. Я отвечал за пайковые деньги, ну и занял из общей суммы немного, чтобы свести концы с концами. Как назло, ревизия нагрянула раньше. В таких случаях всегда одно к одному.

– Я вам не верю, – спокойно произнесла она.

– Как угодно. – Он встал и выпрямился. – Автопилот включен, так что пока можно ничего не трогать. А в четверть четвертого, когда нужно будет лечь на

новый курс, я уже встану.

Энн сидела, молча глядя на него. В полутьме ее глаза казались огромными, Меллори отвернулся и вышел.

В каюте он плюхнулся на койку и рассеянно уставился в переборку напротив. У него были женщины, были всегда, но ни к одной он не испытывал ничего, кроме обычного желания. Его это полностью устраивало. А теперь эта тихая стриженая девчонка вторглась в его жизнь и, похоже, не собирается довольствоваться малым. Он снова вспомнил лицо и улыбку Энн – последнее, что промелькнуло в его мутнеющем сознании.

Меллори подскочил на койке, мысли его путались. Он торопливо взглянул на часы. Половина третьего. Тяжело соображая, натянул бушлат и вышел на палубу.

Дождь лил как из ведра, ледяные струи хлестали по лицу. По ходячей ходуном палубе он с трудом добрался до остекленной двери рулевой рубки.

Энн Грант стояла у штурвала, ее лицо было едва различимо в тусклом свете компаса.

– Как дела?

– Я могу собой гордиться... Льет уже минут пятнадцать.

Он посмотрел в окно:

– Похоже, нас еще поболтает. Давайте я вас сменю.

Она посторонилась. Протискиваясь к штурвалу, Нил успел почувствовать мягкую упругость ее тела.

– Теперь я вряд ли засну.

Он усмехнулся:

– Тогда сделайте еще чаю и возвращайтесь. Здесь будет интересно.

Он увеличил скорость, чтобы скорее выйти из штормовой полосы, которая надвигалась с востока.

Энн вернулась с чаем.

Штурвал как живой подрагивал в руках Меллори. Волнение усилилось, «Фоксхантер» бросало из стороны в сторону, нос катера выскакивал из воды всякий раз, когда под ним прокатывался очередной вал.

Через полчаса на горизонте показался Олдерни, и Меллори подумал что прилив, устремившийся из Ла-Манша к Нормандским островам, поднял уровень воды в заливе Сен-Мало футов на тридцать. Он взял курс на Гернси, попросив Энн послушать прогноз погоды по радио в салоне.

Она ушла, а через некоторое время вернулась с чаем и бутербродами.

– Прогноз обнадеживающий, – сказала она, – ветер будет слабеть, шквалистых порывов с дождем не предвидится.

– Что-нибудь еще сказали?

– Еще на островах временами туман, но не особенно сильный, с разрывами.

Как-то незаметно ветер утих, море успокоилось. Над водой стелился тонкий туман. Их встретило ясное сентябрьское утро.

Меллори открыл окно и полной грудью вдохнул свежий воздух. Он обернулся и увидел, что она улыбается, глядя на него.

– Вы умеете обращаться с судном, мистер Меллори.

Я это отмечу.

– Не забудьте привести это в мое оправдание.

Она снова улыбнулась, взяла поднос и вышла. Меллори склонился над картой и сверил курс. Еще через полчаса «Фоксхантер» обогнул маяк Ле-Ануа у западной оконечности острова Гернси. Чайки и бакланы снялись со скал и с резкими криками возбужденно носились над палубой. Видимость заметно ухудшилась. С открытого моря ветер гнал клочья тумана, и Гернси пропал за кормой. Меллори включил автопилот и снова склонился над картой, когда появилась Энн.

– Ну как вы здесь?

– При любой погоде будем у Иль де Рок через час-полтора. Зависит от тумана. При густом тумане могут возникнуть неожиданности.

– Там из верхнего ящика торчит карта. Это крупномасштабная адмиралтейская карта острова, я специально купила.

Он вынул карту, и они склонились над ней. Остров Иль де Рок имел примерно три мили вдоль и две – поперек. Встать на якорь можно было только в бухте у его южной оконечности, остальное водное пространство вокруг сплошь усеяли подводные рифы, оставляя только два прохода к самому острову.

– Здесь я могу повести катер сама, – сказала Энн. – Ведь я знаю эти воды как свои пять пальцев.

Меллори потряс головой:

– Не хотел бы я, чтобы нас занесло сюда ночью.

– Ходят же другие суда, и по ночам тоже. Видели остров Сен-Пьер в миле к северу? В старину, когда дул сильный ветер с Атлантики, корабли часто относило на подводный риф, который соединяет оба острова, многие там затонули. Теперь в сильный отлив, когда уровень падает футов на тридцать, можно видеть их обломки.

– Опасные воды.

Она кивнула:

– Особенно в плохую погоду. На днях утонул бармен из отеля Оуэна Моргана. Его тело прибило к берегу накануне моего отъезда.

– Да, невесело. – Меллори привстал. – Я смотрю, там, на Сен-Пьере, замок?

– Да, развалина в готическом стиле. Сдана в аренду на двадцать лет французскому графу Филиппу де Бомону.

– Похоже, здесь оживленнее, чем я думал.

– Графа мы почти не видим. Он никуда не отлучается, да и к нам на остров мало кто заезжает. В отеле всего шесть комнат. Конечно, летом мест нет, Оуэн сдает их заранее, но обычно к началу сентября сезон заканчивается, и последние погожие деньки он проводит в свое удовольствие, без гостей.

– У него, наверное, и прислуги почти нет?

– Только на сезон, и то он нанимает девушек с Гернси. Постоянная только повариха-француженка. Собирался рассчитать ее в конце прошлого сезона, но потом раздумал. Так и живет она у него.

– Хорошо продумано.

Энн пожала плечами:

– Это ее личное дело, она неплохая женщина. Может быть, он на ней и женится.

Туман поднялся над водой, и стало заметно, как морская гладь бугрится белой пеной над рифом. Меллори насмешливо улыбнулся: