Ярость
Шрифт:
Вот почему Люк так настаивал на встрече с Надей именно здесь. Он постарается смягчить удар, нанесенный ей смертью старого друга. Но так или иначе, она на несколько дней будет выбита из колеи и вряд ли сумеет работать в полную силу.
А ведь сейчас каждый день на счету!
Люк мерил шагами тротуар. Он должен был увидеться с Надей. Сегодня утром он был близок к панике, когда узнал, что ее нет на работе. Что заставило ее остаться дома — праздник, усталость или что-то еще? Взглянув ей в глаза, он моментально поймет, известно ли ей о «берсерке».
К
— Доброе утро, — поздоровался Люк.
Надя кивнула:
— Надеюсь, что доброе. Вам не стоило...
— Давайте не будем обсуждать этот вопрос, — перебил ее Люк. — Я уже здесь. На каком этаже живет Дуглас?
— На последнем, десятом.
Она подняла глаза — во взгляде ее не было ни тени страха или недоверия. Только беспокойство о пропавшем друге.
Что-то уж очень она переживает. По телу Люка поползли мурашки. Слишком много эмоций по поводу так называемого «друга семьи».
— А как мы попадем в квартиру?
— У меня есть ключ, — сказала Надя, направляясь к подъезду.
Идя за ней к лифту, Люк вдруг со всей очевидностью осознал, что их с Глисоном связывают не только дружеские отношения.
Однако он не подал виду и молча проводил ее до двери, где она стала стучать и окликать Дага. Когда она отперла замок. Люк решил взять инициативу в свои руки.
— Позвольте мне, — сказал он, берясь за ручку двери. — Так, на всякий случай.
— На какой случай? — прошептала Надя, бледнея.
— Там может быть все, что угодно.
Монне распахнул дверь и вошел первым. Надя следовала за ним по пятам. Пройдя по коридору, Люк заглянул в комнату и увидел там перевернутую мебель. Быстро повернувшись назад, он схватил Надю за руки, пытаясь остановить.
— Подождите. Не входите туда. Там что-то случилось.
— Что? Что вы хотите сказать?
Дико посмотрев на него расширенными глазами, Надя вырвалась и бросилась в комнату.
Последовав за ней, Люк чуть не уткнулся ей в спину, так резко остановилась она на пороге.
Посередине комнаты валялась перевернутая кушетка, кофейный столик был отброшен к стене, на полу лежал опрокинутый торшер.
— О боже мой, — запричитала Надя. — Боже мой.
Уронив сумку, она побежала дальше по коридору. Люк поспешил за ней. Ее уже не остановить. Надя повернула налево, где, судя по всему, была спальня. Люк же двинулся в противоположном направлении и обнаружил там что-то похожее на кабинет. Пока Надя хлопала дверями в соседней комнате и в коридоре, он успел заметить, что компьютер разломан на куски, а его содержимое разбросано по всей комнате. Жесткий диск, треснувший пополам, уже не подлежал восстановлению.
Повернувшись, чтобы выйти из комнаты, Люк столкнулся на пороге с Надей. Она была близка к обмороку — вероятно, нашла, наконец, своего Глисона. Люк схватил ее за руку, чтобы поддержать.
— Его здесь нет! — выпалила она, задыхаясь, словно марафонец, прошедший дистанцию. — Я везде
Нет? Но он должен быть здесь!
— О господи! — воскликнула Надя, входя в кабинет. — Вы посмотрите, что они сделали с его компьютером! Прошлой ночью ничего этого не было! Господи Исусе, где же он? Что здесь произошло?
Люк тоже хотел бы это знать. Глисон должен был умереть здесь, а не где-то еще. А может быть, — его вдруг ударило, как обухом по голове, — люди Пратера упустили его?
Люк подвел Надю к креслу и усадил.
— Похоже на ограбление и вандализм.
— Я не вижу его ноутбука, — сказала Надя, оглядев комнату. — И ковер куда-то исчез. Зачем им ковер?
Для того чтобы унести тело. Но им ведь не велено было его уносить.
— Не знаю, — ответил Люк. — Но ведь крови вы не видели?
Ему так хотелось, чтобы она сказала: «Нет, видела. Там просто лужи крови», но Надя покачала головой.
Он сжал ее плечо:
— Ну, полно вам. Он, наверное, уехал на выходные с...
— Нет, он не мог уехать! — возразила Надя. По ее щекам текли слезы. — Он бы мне сказал!
— Успокойтесь. У него ведь есть друзья. Возможно, он...
— Он мой жених, черт побери!
У Люка подогнулись колени. Теперь кресло требовалось ему.
— Жених? Но... я думал...
— Даг просил никому об этом не говорить. Он почему-то считал, что руководство компании не одобряет близких отношений между сотрудниками.
В общем-то Глисон был прав. Люк попытался найти подходящий ответ, но в мозгу у него вертелась одна-единственная фраза: «Что мы наделали! Что наделали...»
Потеряв жениха, она вряд ли сможет нормально работать — и это надолго.
Это конец, подумал он. Все. Комедия окончена.
— Я должна позвонить в полицию, — произнесла Надя.
Прежде чем Люк сумел ее остановить, она подняла трубку, но тут же бросила ее обратно.
— Совсем забыла. Он же не работает.
Отшвырнув телефон, Надя устремилась к двери. Люк хотел было ее остановить и убедить не звонить в полицию, но никак не мог найти нужных слов. Ну что он мог сказать? Ведь Глисон исчез, а в его квартире видны следы борьбы.
Надя и полиция... очень опасный альянс. Пытаясь выяснить, кто вломился к Дагу, она неизбежно задаст себе вопрос «зачем?»... Ее непременно заинтересует, почему один компьютер похищен, а другой разбит вдребезги. Вполне возможно, что Глисон рассказал ей о своем проникновении в компьютерную систему ГЭМ. Увидит ли она здесь взаимосвязь? Надя достаточно умна, чтобы сразу догадаться, в чем дело. И она расскажет обо всем полицейским. А если у нее возникли подозрения, что «локи» — это наркотик, она обязательно сообщит им и об этом. После чего ГЭМ окажется под пристальным наблюдением нью-йоркской полиции, Управления по борьбе с наркотиками и ФБР. Начнутся обыски, аресты и наступит конец всему.