Ярость
Шрифт:
— Ты не мог… не мог…
— Сядь. — Получилось лучше. Прошло, наверное, уже шесть секунд, как я сидел на заднице. — Перестань вопить, Ирма.
— Но тебя же застрелили, Чарли. — Ровный голос Грейс Станнер.
Я выглянул в окно. Копы бежали к зданию. Я выстрелил дважды и заставил себя вдохнуть. Грудь чуть не разорвало от боли.
— Назад! Я их перестреляю!
Френк Филбрик остановился, огляделся. Словно ожидал телефонного звонка от Иисуса. Он все еще ничего не понимал, а потому атака могла продолжиться, вот я и выстрелил еще раз, в потолок. Этого хватило, чтобы он моментально перестроился.
— Назад! —
Они отступили, даже быстрее, чем наступали.
Тед Джонс приближался ко мне. Парень просто выпал из реальности.
— Хочешь, чтобы я отстрелил тебе яйца? — спросил я.
Он остановился, по-прежнему не хотел поверить тому, что видел.
— Ты же мертв. Падай на пол, черт тебя побери.
— Сядь на место, Тед.
Боль ворочалась в груди, как что-то живое. На левую сторону грудной клетки словно рухнул паровой молот. Они все смотрели на меня, взятые в заложники одноклассники, на их лицах застыл ужас. Я не решался опустить глаза, боялся того, что могу увидеть. Часы показывали 10:55.
— ДЕКЕР.
— Сядь, Тед.
Верхняя губа приподнялась, он оскалился, совсем как раздавленная автомобилем собака, которую я ребенком увидел на одной из городских улиц. Обдумав мои слова, он сел. Круги пота под мышками на его рубашке стали заметно шире.
— ДЕКЕР! МИСТЕР ДЕНВЕР ПОДНИМАЕТСЯ В КАБИНЕТ, ЧТОБЫ ПОГОВОРИТЬ С ТОБОЙ!
Мегафон вновь ухватил Филбрик, и даже в механически усиленном голосе слышалась охватившая шефа полиции паника. Час назад я бы этому ой как порадовался, теперь не испытывал никаких эмоций.
— ОН ХОЧЕТ ПОГОВОРИТЬ С ТОБОЙ!
Том вышел из-за патрульной машины, медленным шагом двинулся через лужайку, в любую секунду ожидая выстрела. И с такого расстояния я видел, что он постарел на добрых десять лет. Даже это меня не радовало. Даже это.
Мало-помалу я поднялся, перебарывая боль, сунул ноги в туфли. Чуть не упал, свободной рукой мне пришлось ухватиться за стол.
— О, Чарли, — простонала Сильвия.
Я вновь зарядил револьвер, на этот раз держа его стволом к классу, все манипуляции проделывал крайне медленно, чтобы оттянуть тот момент, когда мне придется посмотреть, а что же стряслось с моей грудью. Сандра Кросс вновь отключилась от происходящего, затерялась в раздумьях.
Вставив патрон в последнее гнездо, я таки скосился вниз. В этот день я пришел в школу в синей рубашке (я вообще всегда любил насыщенные тона) и ожидал, что увижу на ней темное кровяное пятно. Не увидел.
Зато в кармане зияла большая темная дыра в окружении маленьких дыр. Звезда с вращающимися вокруг планетами, как их рисуют в учебнике астрономии. Я осторожно сунул руку в карман. И только тут вспомнил о Титусе, о том, что вызволил его из мусорного ведра. Медленно вытащил замок из кармана. А-а-а-а-а-х! — отреагировал класс, словно я распилил женщину пополам или извлек сотенную из ноздри Свина. Никто не спросил, с какой стати я носил замок в нагрудном кармане. Спасибо и на том. Тед злобно смотрел на Титуса, и внезапно я очень рассердился на Теда. Даже подумал, а не заставить ли его съесть Титуса вместо ленча.
Пуля раздробила пластмассовый наборный диск, осколки пластмассы разлетелись в разные стороны (вот откуда маленькие дырочки), но ни один не коснулся моей плоти. Сталь за диском остановила пулю, превратив ее в цветок с тремя лепестками. Замок изогнулся, как от высокой температуры. Полукруглая дужка стала овальной. Тыльная сторона прогнулась, но пробить толщу замка пуле не
Щелкнул аппарат внутренней связи.
— Чарли?
— Одну минуту, Том. Не торопи меня.
22
Где-то года через полтора я впервые увидел по телевизору рекламный ролик, в котором парень с винтовкой целится в замок, висящий на доске. Даже смотрит на замок в телескопический прицел. Потом нажимает на спусковой крючок. И вы видите, как замок подпрыгивает, гнется, плавится. И после выстрела замок в этом ролике выглядел точно так же, как выглядел Титус, когда я достал его из нагрудного кармана. Они показывали происходящее с замком сначала в обычной, потом в замедленной записи, но мне хватило первого раза. Я наклонился вперед, раздвинул ноги и блеванул. Меня отвели в палату. А на следующий день мой психоаналитик заглянул в карту и сказал: «Как я понимаю, вчера тебе стало хуже, Чарли. Хочешь поговорить об этом?» Но говорить я не хотел. И не говорил. До сих пор. — Примеч. авт.
— Чарли, тебе нужен…
— Заткнись.
Я расстегнул пуговицы, распахнул рубашку.
— А-а-а-а-х! — вновь вздохнул класс.
Титус впечатался в кожу фиолетовым пятном, образовав лунку, достаточно глубокую, чтобы в ней накапливалась вода. Не хотелось мне смотреть на эту лунку, как не хотелось смотреть на старого пьяницу с вечной соплей под носом, на которого я частенько наталкивался в центре города. Возникало желание блевануть. Я запахнул рубашку.
— Том, эти мерзавцы пытались меня застрелить.
— Они не хотели…
— Только не рассказывай мне, чего они не хотели! — заорал я. И от ноток безумства в голосе мне стало еще хуже. — А теперь выметайся вместе со своей костлявой задницей из кабинета и скажи этому педриле Филбрику, что он едва не устроил здесь кровавую баню. Понял?
— Чарли… — Не голос — крик истерзанной души.
— Заткнись, Том. Ты меня утомил. Командую парадом я. Не ты, не Филбрик, не начальник департамента образования, не Господь Бог. Ты это понял?
— Чарли, позволь объяснить.
— ТЫ ЭТО ПОНЯЛ?
— Да, но…
— Вот и отлично. Хоть с этим разобрались. Так что выметайся отсюда и передай ему мои слова. Скажи, что в течение следующего часа я не хочу, чтобы он или кто-то еще шевельнул хоть пальцем. Никто не должен заходить в школу и говорить со мной по этому гребаному интеркому. И чтобы оставили попытки пристрелить меня. А в полдень я хочу снова поговорить с Филбриком. Ты в состоянии все это запомнить, Том?
— Да, Чарли. Хорошо, Чарли. — В голосе слышалось облегчение. — Они просто просили передать тебе, что ничего такого не планировали, Чарли. Чья-то винтовка случайно выстрелила и…
— И еще, Том. Очень важное.
— Что, Чарли?
— Тебе надо знать, что этот Филбрик здорово тебя подставил. Дал лопату и велел идти за телегой и собирать дерьмо. Я дал тебе шанс поставить его на место, но ты им не воспользовался. Проснись, Том. Прикинь, что к чему.
— Чарли, ты должен понимать, что загоняешь нас в угол.
— Убирайся, Том.
Он выключил связь. Мы все наблюдали, как он выходит из парадной двери, шагает к патрульным автомобилям. Филбрик вышел навстречу, положил руку ему на плечо. Денвер сердито стряхнул руку. Многие заулыбались. А вот мне было не до улыбок. Хотелось домой, в постель, где происходящее могло сойти за сон.