Ярость
Шрифт:
Я бросаю сумки на лестницу и иду в комнату, чтобы забрать Тор.
– Пошли, - говорю я, открывая дверь, но ее здесь нет. Я поворачиваюсь и окидываю взглядом коридор, замечая, что дверь спальни Калеба приоткрыта.
Я вздыхаю и медленно открываю дверь. Она сидит на кровати, прижимая фотографию Калеба к своей груди.
– Ну же, пойдем, - тихо говорю я. Она некоторое время смотрит на снимок, а затем молча встает и проходит мимо меня. В последний раз я окидываю взглядом комнату моего младшего брата, затем осторожно закрываю за собой дверь, беру сумки и следую за Тор.
Марни ждет нас рядом с машиной.
– Положи его в машину.
Я кладу руку на худую спину Тор и направляю ее к задней двери, удерживая ту открытой. – Позаботься, чтобы она села в машину.
Она забирается внутрь, выглядя потерянной, и в это мгновение телефон вибрирует в моем кармане. Я достаю его и смотрю на экран. Там сообщение от неизвестного номера: Мне нравится смотреть на твое падение. К нему прикреплено видео. Я смотрю на телефон, мое горло сжимается. Я задерживаю дыхание, когда удаляю сообщение. Я не стану, черт возьми, позволять ему запудривать мне мозги. Пришло время мне стать хозяином этой игры.
– Я скоро вернусь, хорошо? – говорю я. Ее глаза встречаются с моими, и она кивает.
Я направляюсь к заросшему сараю и прикладываю силу, чтобы открыть ржавую дверь. Меня окутывает запах плесени и бензина. Я замечаю две канистры с топливом и хватаю их. По дороге в дом я останавливаюсь, чтобы взглянуть на надгробные камни, спрятанные за деревьями. Не позволяй этой печали взять над тобой контроль. Чертова злость. Ярость. Вот, в чем я нуждаюсь.
Я продолжаю идти в сторону дома и откручиваю крышки канистр в тот момент, когда оказываюсь в дверях. Я разливаю жидкость по полу, лью на лестнице, которая ведет в подвал, через узкие коридоры. Я не могу остановить воспоминания, которые лезут в голову. Блядь! Я вздыхаю и продолжаю работу, сосредоточивая свое внимание на звуке бензина, когда тот брызгает на пол. Я захожу в оружейную комнату. Все, что оставил Марни - это коробка с взрывчаткой в углу. Я делаю дорожку из бензина к взрывчатке и выливаю остальное во внутрь деревянного ящика.
Я выхожу, разливая оставшееся топливо по подъездной дорожке, прежде чем выбрасываю канистру. Я слышу, как Марни заводит машину.
– Отъехай и включи задний ход, - кричу я, когда щелкаю зажигалкой. Я держу пламя перед своим лицом и смотрю на дом. Я колеблюсь, потому что собираюсь сжечь все дотла, я собираюсь уничтожить любые ощутимые человеком воспоминания, которые у меня есть. Я сглатываю, когда наклоняюсь и удерживаю пламя над жидкостью. Затем я отступаю, наблюдая за пламенем, поднимающимся по лестнице и дальше, к входной двери, прежде чем убегаю в сторону машины и забираюсь внутрь.
Шины визжат, когда Марни ударяет по педали газа. Он трогается с места, прежде чем мне удается закрыть дверь. Мы быстро минуем подъездную дорожку и выезжаем на грунтовую дорогу. Спустя несколько мгновений слышится громкий взрыв, который сотрясает окна автомобиля, и оранжевое свечение виднеется в лобовом стекле. Тор скользит своей маленькой ручкой по моей и крепко ее сжимает. Запрокинув голову назад на сиденье, я закрываю глаза, ритмично поглаживая большим пальцем ее запястье. Это нежное прикосновение меня как-то успокаивает, напоминает, почему я это делаю. Ради нее, ради нас.
– Куда мы сейчас направляемся? – тихо спрашивает она.
–
К тому времени, как мы добираемся до коттеджа, Тор уже спит у меня на коленях.
Я осторожно поднимаю ее, когда вылезаю из машины, и несу ее прямо в спальню. Отбросив одеяла, я осторожно укладываю её в кровать. Когда я поворачиваюсь, чтобы уйти, ее пальцы цепляются за мою рубашку, а глаза резко распахиваются.
– Останься, - шепчет она.
Я убираю выбившийся локон волос с её лица. – Я останусь, куколка, мне просто нужно очень быстро вымыться от этого бензина. – Я целую ее в лоб, а затем выхожу из комнаты.
Я быстро принимаю душ, не желая оставлять ее слишком надолго, затем вытираюсь, натягиваю боксеры и забираюсь в постель. Я обнимаю ее и притягиваю к себе. Я цепляюсь за нее, словно от этого зависит вся моя жизнь, когда вдыхаю ее знакомый запах. Она лежит вот так, напротив меня, и мои мышцы автоматически расслабляются. Она единственное в моей жизни, что ощущается правильно. Это испорчено, и это неправильно, но я люблю ее. Она мое все.
Глава 11
Виктория
Руки прижимают меня, удерживая, когда он наклоняется ко мне. «Виктория, ты же знаешь, что борьба бесполезна.» Он пихает в меня свой отвратительный член. «Я только сделаю тебе еще больнее.» Его лицо превращается в гримасу, когда он врывается в меня. Я сжимаю зубы от боли, вторжения, бессилия.
Я чувствую, как его пальцы накрывают мой подбородок.
Проснись, Тор.
Я открываю глаза, рука все еще на моем лице, глубокое дыхание щекочет мою щеку. Я засовываю руку под подушку и благодарю Господа, когда мои пальцы обвивают холодный металл пистолета. Я хватаю пушку и уворачиваюсь от него, выставляя ее перед собой. Я могу разглядеть только темную фигуру.
– Не смей, блядь, ко мне прикасаться! – кричу я, нажав на предохранитель. Мои руки дрожат, а ладони скользкие от пота, в то время как адреналин бурлит в моей крови. Все, что я слышу – это грохот пульса в моих ушах.
– Вау, Тор! Я не собираюсь причинять тебе боль. Опусти пушку.
Я считаю свои судорожные вдохи и выдохи. Затем хмурюсь, когда реальность выдергивает меня из сна, и понимание приходит ко мне. Джуд. Это Джуд. О, Боже, я его чуть не застрелила! Я отползаю назад, пока мои дрожащие ноги не касаются пола, а затем убегаю. Зачем? Я не знаю. Я просто не могу на него смотреть. Я нахожу ванную прямо по коридору и запираюсь внутри нее.
Я просто хочу, чтобы Джо исчез. Я хочу, чтобы он больше не появлялся в моей голове. Я скольжу по стене, пока холодная плитка не касается голой кожи моих бедер, слезы катятся по моим щекам. Я сказала, что отомщу. Я сказала, что выслежу его ради Калеба, но как долго я смогу вот так жить? Джуд, возможно, и спас меня, но я никогда уже не буду свободна. Джо всегда здесь, готовый мучить меня. Даже если он и будет побежден, мертв и похоронен, он все равно будет продолжать жить в моем сознании.