Ястреб

Маккарти Моника

Отец пристально посмотрел на нее. Обычно он не отличался особой проницательностью, и Элли ломала голову, не могли он о чем-либо догадаться.

— Это не имеет значения, — заключил граф. — Если ему удалось выжить в шторм, он сам пожалеет об этом, когда король Эдуард его схватит. Ни один из приспешников Брюса не может рассчитывать на милосердие.

Что-то в его голосе привлекло ее внимание. И, заглянув ему в глаза, Элли поняла, что отец ее чем-то сильно обеспокоен. Он встал со своего места возле нее и подошел к маленькому

окошку, выходившему на залив.

— Я получил послание от короля несколько дней назад. Он сообщил мне, что произошло с вашей сестрой.

Все в комнате застыли. С бешено колотящимся сердцем Элли готовилась узнать новости о сестре, которых все они с таким нетерпением ждали. Но если судить по выражению лица графа, это были совсем не те новости, которые им хотелось бы услышать.

— Она в Норвегии с сестрой Роберта? — с надеждой спросила Элли.

Ее отец горестно покачал головой:

— К несчастью, нет. Элизабет, сестра Брюса и его дочь, а также Белла Макдафф, графиня Бьюкен, были схвачены несколько месяцев назад на севере Шотландии при попытке бежать в Норвегию.

В комнате наступила мертвая тишина. «Схвачены? Боже милостивый».

— Как? — спросила Мэтти сквозь рыдания.

— Самым подлым, предательским образом, какой только можно вообразить. — Взгляд ее отца ожесточился. — Их выдал граф Росс, когда они укрылись в церкви Святого Дутака в Тейне.

— Росс нарушил неприкосновенность убежища в храме? — потрясенно спросил Ральф.

Отец Элли кивнул. Это было вопиющее преступление в глазах церкви.

— Но они живы? — спросила Элли с надеждой.

Отец неуверенно кивнул, но она почувствовала, что это еще не все.

— Но почему мы только сейчас узнали об этом? — спросила Мэтти. — Вы сказали, их схватили несколько месяцев назад.

Элли никогда не видела отца таким угрюмым.

— Я подозреваю, что король не хотел, чтобы я об этом узнал, и решил сообщить мне только потому, что я теперь в Шотландии. Он понял, что я в любом случае об этом услышу.

— Услышите о чем? — спросил его сын Джон.

Глаза их отца сверкнули.

— Услышу о том, как подло и низко с ними обошлись. — Он ухватился за каменный подоконник с такой силой, что побелели костяшки пальцев. — Эдуард приказал всех их — даже девятилетнюю дочку Брюса — посадить в клетки, которые подвесили высоко на башне замка.

Возглас Элли потонул в хоре остальных голосов. Ее охватил такой ужас, что она не сумела вымолвить ни единого слова.

— Король совсем обезумел, — сказал Ральф. — Но наверняка он потом смягчился?

— Он сделал снисхождение Элизабет, маленькой дочке Брюса Марджори и его сестре Кристине. Но графине и другой сестре Брюса, Мэри, не так повезло. Они подвешены в деревянных клетках в замках Берик и Роксбург уже несколько месяцев.

Радость Элли за сестру, не подвергавшуюся больше столь жестокому наказанию, была значительно омрачена тем, что двум женщинам,

которых она хорошо знала, не удалось избежать варварского правосудия Эдуарда. Или, вернее, следовало сказать — мести. Она не сомневалась, что Белла Макдафф так жестоко наказана только за то, что участвовала в коронации Брюса.

— Вы не можете ничего сделать? — спросила Элли.

Ее отец сокрушенно покачал головой:

— Мне удалось убедить его перевести Элизабет из темницы в Роксбурге в крепость в Берствике, но об остальных он ничего не желает слышать. Король твердо намерен подавить этот мятеж и покарать всех предателей самым жестоким образом. Никто не спасется. Ни женщины, ни дети — никто.

Элли вздрогнула, вспомнив суровое предостережение Эрика. Она и представить себе не могла, каким пророческим оно окажется и как близко коснется ее.

— Король не извлек урока из бунта Уоллеса, — пробормотал Ральф.

Он был прав. Король Эдуард думал покорить Шотландию устрашением и жестокостью, не зная снисхождения и убивая всех без пощады. Но он только восстановил всю страну против себя.

Элли охватил страх, еще более глубокий, чем она испытывала прежде. Она не хотела даже думать о том, что сделает Эдуард с Робертом и его соратниками, если их планы провалятся.

Стук в дверь прервал мрачное молчание. Вошел капитан гвардии ее отца в сопровождении человека, которого Элли лишь однажды видела при дворе, но хорошо знала понаслышке. Сэр Эймер де Валенс, главнокомандующий короля Эдуарда в Шотландии и будущий граф Пемброк, которому вскоре предстояло получить титул после смерти матери. Послухам, та была тяжело больна.

Это из-за предательства сэра Эймера в битве при Метвене войска Брюса были разбиты, когда этот вероломный англичанин согласился отложить бой до рассвета, а сам напал ночью.

Отец Элли и Ральф были заметно удивлены его визитом.

Сэр Эймер не потрудился снять шлем и плащ при входе, но снял их сейчас, протянув оруженосцу, который следовал за ним.

Не дав женщинам времени удалиться, он широко улыбнулся, словно принес самые радостные вести.

— Я только что получил известие. У нас наконец-то появился шанс покончить с этим мятежом раз и навсегда. Король Гуд вернулся. Брюс атаковал Перси в Тернберри.

Сэру Генри Перси король даровал конфискованные у Брюса наследственные владения в Каррике и его замок в Тернберри.

Элли мысленно вознесла благодарственную молитву. Раз Брюс атаковал, значит, Эрик успел вовремя. Но чувство облегчения не продержалось долго. Только огромнейшим напряжением воли Элли удалось сдержаться и не броситься к гостю, требуя сообщить об исходе битвы.

Ральф сделал это за нее.

— И что?

— Перси прислал за подкреплением, — хмуро ответил де Валенс. — Больше мы ничего не знаем. Но в исходном рапорте сообщалось, что у Брюса всего несколько сотен воинов. Перси его одолеет.