Яйцо

Марсо Фелисьен

Первая женщина. Спасибо.

Мажис(снова делает жест в сторону зала, затем обращается к женщине). Может, прогуляемся куда-нибудь… вместе.

Первая женщина(удивленно). Вместе, зачем это?

Мажис(поднимаясь со скамейки, разъяренный). Вот тебе и на! Вот оно как! Женщина в сквере на скамейке, это же ясно. Очевидно. Думает, конечно, о любви… И в довершение всего спрашивает, который час. Не попытаться было бы смешно. И пожалуйста, ничего не вышло. Она, оказывается, о любви и не помышляла. А как же система? Стало быть, случаются женщины, которые на самом деле хотят знать, сколько времени?… Другая женщина…

Первая

женщина уходит. Появляется вторая, она стоит на остановке автобуса, явно проявляя признаки нетерпения. Она не так молода и не так красива, как первая.

(Невнятно.) Может, пройдемся?

Вторая женщина(беря его за подбородок). Поглядите-ка! А ведь у малыша вполне приличный вид… На улице-то как хорошо. Пошел бы и проветрился. И прыти бы поубавилось, и цвет лица стал бы получше.

Мажис(возвращаясь на авансцену, в зал). Цвет лица! Какое мне дело было до цвета лица! А в душу мне наплевали? А зов плоти? А желание, которое, согласно системе, нас терзает? Ее оно не терзало, уверяю вас. Еще одна, на станции метро Шатле…

Вторая женщина уходит, появляется третья, вылитая мать семейства.

Может, пройдемся?

Третья женщина(вздрогнув, испуганно). Что вам надо?

Мажис(с раздражением). Не пройтись ли нам куда-нибудь?

Третья женщина(злобно). Что-что? Еще чего! В моем возрасте! Я — мать семейства. За кого вы меня принимаете? За проститутку?

Мажис(взбешенный). Да о деньгах и речи не было!

Третья женщина(преследуя его и потрясая зонтиком). Грязный тип! Бессовестный! В метро! Этого еще не хватало! (Уходит.)

Мажис(прячется за радиоприемником). Если положиться на систему, так по ней выходит, что женщинам ухаживание должно льстить. Даже когда они отказывают. Видели, как эта была польщена?! (Постукивает ладонью по приемнику.)

Слышится простенький мотивчик.

Еще одна…

Появляется девушка. Мажис берет ее за руку. Они изображают какие-то балетные па.

Продавщица. Из «Галери Лафайет» [1] . Побрякушки-безделушки. Это было совсем из другой оперы. Требовалось найти подход и не торопиться. Я и не торопился. Одно свидание… Два… Три… Роман. Гуляли рука об руку… «Дай мне свою ручонку…». И вот однажды я решаю рискнуть. (Девушке.) А вон там — гостиница…

Девушка. Гостиница?

Мажис. Может, зайдем туда, на минутку?…

Девушка(разочарованно). Ах вот вы, значит, какой?

1

«Галери Лафайет» — крупный универсальный магазин в центре Парижа.

Мажис. Хм, а вы чего бы хотели?

Девушка. Есть гнусные женщины, которые пойдут с вами за пятьсот франков. (Уходит в глубь сцены.)

Мажис. Спасибо за информацию. А как же система? Ну, скажем, пристань я к Мишель Морган, так тут ничего не скажешь. С Мишель Морган неудачу можно предвидеть. Система допускает это. Но вы

ведь видели? Я пытался и с некрасивыми, с неказистыми, с совсем безнадежными. А толку? Как же тогда у других получалось? И пока я не понял, что такое система, ужаснейший это был для меня вопрос — как поступают другие, что они делают? «О'кей, — говорит она мне». Без сучка, без задоринки. Кино, радио, мюзик-холл. (Поет.)

И вот однажды ввечеру Я оказался на скверу, И мне малышка говорит: «Иди скорей, ну что за вид! Я передам тебе привет от кенгуру».

Кругом все то же! Неизбежно! Будто бы небо больше не небо, а огромная задница, зависшая над миром, и она медленно опускается. И ведь каждый как-то устраивается. Все, кроме меня. У каждого свой способ. У всех, кроме меня. Хотите знать, сколько я проканителился со своей невинностью? Три года. Точнехонько три. А вы-то! Невероятно? Почему? Почему три года менее вероятно, чем три минуты? Стоит только чуть-чуть призадуматься, попытаться понять, в чем дело. Учитывая теорию вероятности. И всякое прочее… Достаточно раскинуть мозгами, только мы не раскидываем… И начинаем лгать… Как-то утром, у Дюфике (потягивается) говорю: «Старички, сегодня на Эмиля Мажиса особо не рассчитывайте. Я вчера здорово устал». И так до того дня, пока я себе не сказал: «Раз вру я, то почему не врут остальные?» «О'кей, — говорит она». Может, и не говорила. Вот в чем разгадка системы. Она заставляет лгать, и каждая ложь ее укрепляет. Я тоже лгал. В свою очередь. Из тщеславия? Пффф. От отчаянья. Чтобы быть с ними. Потому что я остался бы в одиночестве, если бы не лгал. Пожалуй, это даже было из скромности. Да-да, вот я, кажется, и догадался. Система — это наша скромность. Женщина, скамейка, сквер, мужчина. Общий итог: восторги упоения. И поскольку итог этот у меня никак не подводился, я винил в этом себя, не понимая, что все дело в принципе. Вот она, система. Заставить вас поверить в то, что есть принцип, и если у вас не все идет как полагается, если вы не просыпаетесь свежим и бодрым, если вы никак не можете пристроить свою невинность, — вы сами виноваты, вы — больны, вы — исключение. И вот вы по уши завязли в одиночестве. (Вешает шляпу.) Ну а это не так. Нет никакого принципа. Либо все получается, либо нет. По воле случая… Все остальное — вздор. Вот, на пример, кража. Считается, что кража ведет на эшафот Это — самовнушение. Я вот однажды украл. Один только раз, единственный. (Агрессивно.) Как и все, подумаешь… (Извиняясь.) Не знаю, что на меня нашло…

Слева входит мадемуазель Дюван. Она садится за кассу, звенит звоночек. Мажис подходит к большому столу, придвигает его к кассе, начинает что-то заворачивать в бумагу. Входит клиент.

Мадемуазель Дюван(протягивая ему сверток). Все вместе семь тысяч франков.

Клиент(доставая бумажник). Вот десять.

Мсье Дюфике(входя справа, с купюрой в руке). Мадемуазель Дюван, вы не разменяете тысячу франков?

Мадемуазель Дюван(услужливо). Пожалуйста, мсье Дюфике. Вот тысяча франков. (Очень возбужденная, кладет банкнот клиента на стол Мажиса, идет к Дюфике, отдает ему деньги.)

Мажис кладет сверток на банкнот.

Мадемуазель Дюван(вернувшись за кассу и отдавая клиенту сдачу). Восемь, девять, десять. Десять тысяч, спасибо, мсье.

Клиент. Всего хорошего. (Выходит.)