Язычник

Мазин Александр Владимирович

Волох глянул… Кивнул, подтверждая.

Богуслав, сын Серегея…

Все слышали, как Богуслав посмеялся над сваргом. Сварг, несомненно,

затаил злобу. Но чья это месть? Самого сварга или Сварога? В котле было множество табличек. Мог ли сварг угадать нужную? Как поступить?

Решать надо было сейчас. Но решать не посоветовавшись с Добрыней Владимир не собирался. Настолько ли велик их долг Серегею? А может, Владимир уже вернул этот долг, пощадив Богуслава однажды? А может, богам не понравилось, что Владимир его пощадил? Милость богов для князя важнее человеческой благодарности. Князь ведь отвечает за весь свой народ. Как быть, если Серегей откажется выдать сына? А он, скорее всего, откажется…

Нет, Владимиру надо обязательно посоветоваться с дядькой.

Князь

поднял голову и оглядел всех жрецов. Всех, кроме сварга. И понял, что среди жрецов тоже нет единства. Это значило, что принятие решения можно отложить.

Владимир небрежно сунул жребий за отворот рукава и двинулся прочь с капища. Гридни окружили Владимира, едва он переступил священную борозду…

– Твое слово, князь! – крикнул ему вслед сварг. – Бог его слышал!

Владимир, через плечо, глянул на жреца. Так глянул, что тот, хоть и был в десяти шагах, – отшатнулся.

– Мое слово – крепкое, – процедил великий князь и сошел с холма, больше не оглядываясь.

Внизу ему подвели коня. Владимир взлетел в седло и галопом поскакал в сторону Киева.

Конец первой книги