Язычник
Шрифт:
Но у Донны было лишь несколько мгновений, чтобы полюбоваться ее красотой. Она расплатилась с таксистом и торопливо направилась к главному входу; лишь перед широкими каменными ступенями, которые вели к дверям, она слегка замедлила шаг.
Только теперь она осознала, что все не так просто, как ей представлялось.
Прежде всего, в дневнике не было никаких указаний, в какие часы можно застать Уорсдейла на работе. Кроме того, она не имела никакого понятия, как он выглядит.
Медленно поднимаясь по каменной лестнице, Донна оглядывала десятки людей,
Но была и еще одна загвоздка: даже если она его и найдет, что ему скажет?
Она посмотрела невидящим взглядом на развешанные на стенах картины.
Внутри галереи было спокойно и тихо; здесь царила та же атмосфера, что и в библиотеке, та же почтительная тишина.
Поглядев на других посетителей, Донна поняла, какую пеструю публику притягивает это здание.
Здесь были люди всех возрастов; они разгуливали взад и вперед; некоторые подолгу рассматривали картины, другие лишь скользили по ним беглым взглядом, третьи изучали свои каталоги, четвертые делали записи в блокнотах.
Подняв глаза, она увидела в углу зала большой громкоговоритель.
Система всеобщего оповещения.
Внезапно ее озарила мысль, показавшаяся ей удачной. Она повернулась и поспешила к главному входу, вспомнив, что видела там справочное бюро. Оттуда, подумала она, они могут объявить по громкоговорителю, что мистера Джеймса Уорсдейла просят подойти к главному входу.
Она улыбнулась, довольная своей находчивостью, но тут же сообразила, что ее замысел может удаться только в том случае, если Уорсдейл находится в галерее Но ведь есть и другой выход, догадалась она. Можно оставить записку в справочном бюро. С просьбой, чтобы мистер Уорсдейл позвонил в гостиницу «Шелбурн» мистеру Уорду.
Она снова довольно улыбнулась.
Нет, нет, она непременно найдет его.
В справочном бюро, читая книгу, сидел какой-то сотрудник галереи. Заметив приближение молодой женщины, он поднял глаза и улыбнулся.
Она ответила ему улыбкой. Это был молодой человек, очень красивый, лет тридцати, крепко сложенный, с длинными волосами, заплетенными сзади в косичку, и в джинсах.
— Чем могу служить? — радостно спросил он.
— Мне нужна ваша помощь, — сказала ему Донна. — Я договорилась встретиться здесь с одним человеком, но забыла где именно, — солгала она. — Может, вы объявите по громкоговорителю, что я его жду. Можете ли вы это сделать?
— К сожалению, система всеобщего оповещения предназначается не для этой цели, — ответил он извиняющимся тоном. — Ее только что установили. В последнее время мы получили несколько писем с угрозой заложить бомбу, и система оповещения предназначается для предупреждения сотрудников о необходимости немедленно покинуть здание, если, конечно, такая необходимость возникнет Извините, что я не могу выполнить вашу просьбу.
— Но это очень важно, — настаивала Донна. —
— Но я не должен так поступать, — сказал молодой человек и широко улыбнулся. — А что у вас, горит? Как зовут того, кого вы ищете?
Донна также широко улыбнулась:
— Я вам очень благодарна. Его зовут Джеймс Уорсдейл.
В тот же миг улыбка сбежала с лица молодого человека; сузив глаза, он посмотрел на Донну.
— Вы уверены? — спросил он.
— Да, уверена. Тут есть какие-то сложности? — И она тоже перестала улыбаться и нахмурилась.
— Я, конечно, могу передать ваше объявление, но я сомневаюсь, чтобы Джеймс Уорсдейл явился на ваш вызов.
— Почему? Откуда вы знаете?
— Да потому, что он умер более двухсот лет назад.
Глава 38
Улыбка на лице сотрудника галереи составляла разительный контраст с ошеломленным выражением лица Донны.
Увидев ее растерянность, он сразу посерьезнел.
— Я хочу сказать, что тот Джеймс Уорсдейл, которого я знаю, давно уже умер. Но может быть, есть другой... Хотя... — Он пожал плечами. — Это необычное имя.
Еще не оправившись от легкого потрясения, Донна протянула руку к сумке и вытащила дневник.
— Вот посмотрите. — Она показала на запись — «Джеймс Уорсдейл. Дублинская национальная галерея»
— Все правильно, вы в той самой галерее, где выставлены его работы. Но самого его тут нет.
Донна покачала головой, сильно озадаченная услышанным. К тому же она была смущена тем, что так опростоволосилась.
— Извините, — сказала она и повернулась, собираясь уйти.
— Погодите, — остановил ее молодой человек. — Надеюсь, у вас найдется минут пять свободного времени. Вы пришли, чтобы посмотреть работы Уорсдейла. Позвольте же мне показать вам их, это самое малое, что я могу сделать.
Она заколебалась, затем слабо улыбнулась
— Пять минут? — повторила она — Я чувствую себя такой идиоткой.
— Напрасно. Вы не первая, кто приходит сюда, ничего не зная о Джеймсе Уорсдейле.
Молодой человек вышел из-за стойки справочного бюро, его место занял один из его коллег. Он подошел к Донне и жестом пригласил ее следовать за собой. Ее вновь поразила его красота и свободные, непринужденные манеры.
— Гордон Махоуни, — представился он.
— Донна Уорд. Давно вы здесь работаете?
— Шесть лет. Знать, чьи работы здесь выставлены, весьма полезно. Посетители всегда задают вопросы.
— Но не всегда ищут самого художника.
Махоуни усмехнулся.
— Почему именно вас интересуют работы Уорсдейла? — спросил он, проводя ее мимо туристов, студентов и других посетителей.
— Потому что им интересовался мой муж, — ответила она с легкой печалью в голосе.
— Он здесь, с вами?
— Он умер.
— Извините, — поспешно сказал Махоуни. — Он что, интересовался малоизвестными ирландскими живописцами?