Юдоль битвы
Шрифт:
— Вы здесь жертвоприношения устраиваете или что? — парень покрепче сжал посох, понимая, что против более опытного воина у него маловато шансов.
— Расслабься, мелкий, все куда проще. И не так кроваво. Во всяком случае здесь, — хмыкнул Дрозд, заметив напряжение юноши. — Видел уже, что у тебя на груди, м?
— Какой-то круг с дыркой. На татуировку похоже, только немного выпуклая, — осторожно ответил Дима.
— Ну вот, такая штука у всех людей в этом мире есть. Мы её Осколком Души зовём. Поэтично, не находишь? В общем, если Осколки бросить на алтарь, то местный Бог наградит
Почесав скрытый под одеждой Осколок и бросив задумчивый взгляд на кроссовки, Дима уточнил:
— А почему в стенах замка никто друг друга не убивает? Богдан, что-то упоминал, но я почти ничего не понял. Он про Стражей и Цитадель болтал…
— Тут ничего сложного. Все нейтральные замки, которые контролируются нами, Стражами, зовутся Цитаделями. Всего их было двенадцать, но сейчас под нашим контролем осталось лишь семь. Две разгромили твари и к ним опасно приближаться, а три смогли отбить крупные шайки, хотя лучше сказать кланы, учитывая их силу.
— Ну так, а не убивают здесь друга-друга почему? — все еще не понимал Дима.
Вздохнув, Дрозд кивнул в сторону выхода и стал удаляться. По пути мужчина, медленно подбирая слова заговорил:
— Есть несколько причин. Во-первых, мы стремимся дать хоть небольшой шанс всем, кто попал в этот мир. Шанс — это доступ к Алтарям, что находятся во всех Цитаделях. Во-вторых, нежелание вмешиваться во все это дерьмо. Мы нейтралы, хранители Алтарей. В наших замках живут в основном люди, что хотят стабильного положения в новом мире и готовы его отстаивать. Конечно, иногда и этому постоянству приходит конец, учитывая, что пять Цитаделей пали. Но остальные ведь стоят до сих пор?
— То есть и я могу остаться в вашем замке? — взволнованно спросил парень, не слишком желавший возвращаться в довольно опасный мир за стенами.
Дрозд на его слова ответил не сразу. Идущий рядом Дима беспокойно теребил рукав свитера, ожидая слов проводника. Вскоре мужчина неуверенно заговорил:
— Если честно, то кого попало в Цитадели мы не селим. И так друг у друга на головах живем. На какое-то время остаться можешь, но затем тебе придется уйти или платить. Места на всех внутри не хватает, говорю же. К тому же все, кто селиться в Цитадели на постоянку являются Стражами. И тебе для начала нужно заслужить право вступить в нашу организацию. А это решение принимаю не я.
Ошарашенно замерев на месте, Дима непонимающе пробормотал:
— То есть как это так? Мне нужно заслужить право стать Стражем, а до тех пор вы предлагаете мне жить за стенами?!
— Справедливости ради, за стенами обитает довольно много людей. Кроме того, есть еще Город. Там тоже можно вполне сносно существовать, так что…
— Ну охренеть! — не выдержав ругнулся парень. — Я даже не знаю, где этот ваш Город находится! Толкового оружия у меня нет, навыков обращения с ним тем более и вы предлагаете просто валить
— Эй-эй, успокойся, мелкий! — рыкнул Дрозд. — Учитывая, что ты совсем новик неделю можешь жить в Цитадели, никто тебя не выгонит. Но потом да, будь добр, или платить, или валить. Но если за неделю успеешь себя проявить, то, может, и получишь приглашение в Стражи.
Зло выдохнув Дима почесал лоб, а затем нехотя спросил:
— И что для этого нужно?
— Больше всего нам всегда не хватает воинов. Толковых воинов. Если вдруг окажется, что ты хороший ремесленник, врач или что-то в этом роде, то шанс, что тебя примут тоже велик. Но за неделю очень маловероятно, что ты вспомнишь хоть что-то из навыков прошлой жизни. В общем, считай, что если хочешь остаться, то придется проявить себя как воина.
— Класс. Предлагаешь пойти за стены и кого-нибудь завалить? — отрешенно спросил Дима, стараясь об этом даже не думать.
— Людей убивать не нужно, не бухти. За стенами хватает тварей, которые постоянно доставляют проблем. Звучит страшно, но таковы реалии нового мира, мелкий, — сочувственно похлопал его по плечу Дрозд. — Хочешь жить в безопасности изволь сам ее и обеспечивать. В одиночку или в составе группы.
— Таковы планы вашего дурацкого кружка по интересам, — скривился парень. — Есть ведь в этом мире люди, которые никого не убивают. Где-то они живут? Я не имею в виду ремесленников и врачей под боком у сильных кланов или шаек. Обычных людей.
— Где-то живут, — мужчина взглянул на виднеющиеся из-за стены верхушки сосен. — Но не у нас. Мы — гарант того, что Алтарями смогут воспользоваться все. Поэтому слабаки здесь не нужны. Синие живут в Городе или, если не выдерживают, бегут прочь, к границам. Хотя мало кто долго там выживает. Но такова судьба тех, кто оружие в руки взять боится.
Все еще хмурящийся Дима уловил в словах воина незнакомое понятие и тут же уточнил:
— А синие это?..
— Пацифисты, — хохотнул Дрозд, но все же посерьезнел и решил пояснить. — У тебя на груди кругляк какого цвета?
Задумавшись Дима оттянул ворот водолазки и заглянул под одежду. В вечернем, почти ночном свете разглядеть что-то было сложно, и парень ответил по памяти:
— Серый был.
— Во-о-от. Это потому, что ты новик, еще не натворил делов. Будешь прятаться под камушком и дрожать от страха кругляк посинеет. Чем дольше сидишь и чем реже оружие в руки берешь для вполне понятных целей, тем светлее Осколок. И как бы это мерзко ни звучало, ценнее.
— А красные? — Диме тут же вспомнились слова бандитов, которые, кстати, могли ошиваться где-то в Цитадели.
— Воины, — хмыкнул Дрозд. — Чем ярче — тем ценнее. От бордового к алому. Желтые и золотые — это ремесленники. Зеленые и изумрудные — врачи. Фиолетовые — лидеры, у коменданта нашей Цитадели такой. А больше я цветов не видел.
— А разница при обмене какая-то есть?
Вздохнув, Дрозд тоскливо посмотрел в сторону ближайшего двухэтажного здания, на вывеске которого была изображена кружка пива и жареная курица.
— Достал ты уже с вопросами, но на этот отвечу, так и быть. Ибо в корень зришь, мелкий, хоть и ноешь, что сражаться заставляют.