Юг
Шрифт:
– Или так, – согласился Снайпер. – Но, думаю, по-любому в конце нас ждет неслабое шоу.
Он даже не догадывался, насколько был прав…
Конец слабо освещенного коридора медленно выплыл из полумрака, как морда сома-переростка из глубин омута. Мощные раздвижные двери были весьма похожи на сомкнутые челюсти подводного чудовища. А по бокам створок, клепанных из бронелистов, стояли две пулеметные установки, аналогичные той, что была обезврежена Данилой.
– Подставились, – с досадой шепнул Снайпер. – Расходимся…
И текучим движением ушел влево, одновременно вскидывая
– Не стрелять! – донеслось слева.
– Догадываюсь, – отозвался Данила. – Что там произошло?
– Сейчас узнаем…
Две 6П50-3, охраняющие створки, не были снабжены устройством автоматического наведения. У пулеметных установок дежурили собакоголовые охранники, которые сейчас лежали на полу неподвижными кучами бронированного неживого мяса.
Снайпер ножом вспорол защелки одного из шлемов, и на напарников жутко уставились глаза мертвого мутанта, вылезшие из орбит. Белков не было видно. Глазные яблоки напоминали пузыри, под давлением заполненные кровью и готовые вот-вот взорваться веером багровых брызг.
– Что это с ним? – спросил Данила.
– То, что его убило, прилетело не снаружи, – отозвался Снайпер. – Оно просто взорвалось внутри их голов. Так умеют убивать мутанты-телекинетики. Но я не знаю ни одного мутанта, который смог бы сделать это через бронированную дверь без визуального контакта с целью.
– Может, было достаточно того, что я их увидел? – предположил Данила.
– Может быть, – задумчиво произнес Снайпер. – И я очень надеюсь, что твой друг, с которым ты познакомился через монитор, будет преисполнен чувства благодарности, если нам удастся его освободить.
– Думаешь, может быть по-другому?
– Запросто, – сказал Снайпер. – Чаще всего в жизни по-другому и случается. Ты на всякий случай одну ленту сними про запас да перекинь через плечо. Глядишь, пригодится…
Электронный ключ от двери нашелся в нагрудном кармане второго трупа. Простая прямоугольная карточка цвета пулеметной стойки с серией цифр на ней.
– Хорошо живут, кроты, среди прогрессирующего Средневековья, – хмыкнул Снайпер, вставляя прямоугольный кусочек пластмассы в узкую прорезь устройства, вмурованного в стену возле створок. – Электронные считыватели, автоматические пулеметы, бронированные… как их? Биотехи? Ну что, готов?
Данила сдержанно кивнул. Ствол его пулемета был нацелен на центр створок – с такого положения удобнее довернуть оружие в любую сторону, дверка-то широкая, и кто знает, что за ней.
Считыватель щелкнул, принимая код. Тихо загудели невидимые моторы, растаскивая вверх-вниз многотонные бронелисты…
– Ну, поехали, – сказал Снайпер, поудобнее перехватывая автомат…
Бронированные створки ушли в пол и в потолок. За ними находился огромный зал, освещенный
Впереди, насколько хватал взгляд, лежал широкий проход, по обеим сторонам которого шла увлеченная работа. Собакоголовые мутанты сосредоточенно снимали шкуры с живых мутантов других пород, после чего запихивали окровавленные и еще живые тела в вертикально стоящие металлические формы-контейнеры, углубления которых очень напоминали контурами тела собакоголовых. Если несчастное существо в форму не помещалось, лишнее подравнивали ножами, а отрезанные куски плоти запихивали в пустоты контейнера. Потом заполненный полуживым мясом металлический параллелепипед накрывался прозрачным колпаком с множеством игл и трубок, к этим иглам присоединенных. Иглы в нескольких десятках мест пронзали окровавленную плоть, после чего по трубкам в контейнер начинала поступать бледно-синяя жидкость.
Несколько контейнеров, похоже, были уже запакованы довольно давно. В некоторых из них плоть мутантов растворилась настолько, что теперь стало невозможно понять, кем было несчастное существо до того, как оно попало в руки своих палачей. В остальных контейнерах растворенная плоть стала более вязкой, и в них уже угадывались знакомые контуры тел, которые через некоторое время должны были стать новыми собакоголовыми.
Все это Данила схватил одним взглядом. И осознал как-то сразу, словно кто-то намеренно вложил ему в голову картинку, до этого увиденную другим.
– Н-да… Кажется, теперь я догадываюсь, как в моем мире готовит программируемых бойцов одна очень известная группировка, – пробормотал стоящий рядом Снайпер.
Метрах в десяти от Данилы собакоголовый мутант специальным ножом снимал шкуру с нео, прикованного за запястья и щиколотки к вертикальной стойке, сваренной из двух стальных полос в форме буквы «Х». Залитой кровью клинок с крюком на конце легко вспорол мохнатую шкуру. После чего отработанным движением нож перевернулся в ладони собакоголового, стальной зуб зацепился за край разреза. Молниеносное движение сверху вниз – и шкура на лапе мутанта распалась, словно на ней расстегнули молнию. Собакоголовый, не обращая ни малейшего внимания на появление Снайпера с Данилой, принялся отделять шкуру от подрагивающего мяса. Дело было уже наполовину закончено. Шкура с торса нео комком окровавленной шерсти валялась у ног палача.
Нео был тот самый, которого видел Данила на мониторе, – разведчик узнал мутанта по уродливому шраму на морде. Но сейчас в его глазах уже не было смертной тоски. Данила понял – нео уже увидел Черную Границу, за которую уходят души убитых воинов его племени, и сейчас хотел лишь одного.
Взгляд мутанта пересекся со взглядом Данилы.
– Добей… – прохрипел нео.
Разведчик кивнул. Враг был воином, и он должен был умереть как воин. И наплевать, если кто-то думает иначе.
Пулемет забился в руках Данилы словно хищный зверь, пытающийся вырваться на свободу из железной хватки разведчика. Но Данила крепко держал свое оружие, направляя ствол туда, куда было нужно.