Юг

Силлов Дмитрий Олегович

Последовал еще один короткий обмен мыслеобразами, после которого Горо коротко кивнул и бросил арестованным:

– Вперед! Руки за спину, по сторонам не смотреть!

– Я сам пойду, – сказал Данила своим спутникам, все еще поддерживающим его с двух сторон. После чего выдохнул, стиснул зубы и, превозмогая желание согнуться от неотпускающей боли под ложечкой, вошел в дверь первым. За ним последовали его спутники и молчаливый камуфлированный конвой, который, кстати, не полагаясь на свои ментальные

способности, синхронно передернул затворы автоматов, направив их в спину пленникам.

Навстречу конвоируемым шел еще один мутант, помахивая двумя тяжелыми черными касками, опутанными блестящей сеткой, впрессованной в металл.

– Повернуться, – скомандовал мутант. И, когда пленники выполнили команду, напялил каски на головы Снайпера и Фыфа, плотно зафиксировав их на подбородке и шее гибкими ремнями. Данила сразу отметил – наверняка легче перепилить решетку на окне Арсенала, чем эти тонкие ремни с вплетенной в них металлической нитью.

– А теперь кррругом – и шагом марш вперед, – рыкнул специалист по каскам, перекидывая из-за спины в лапы свой «Кедр»…

Впереди тянулся унылый серый коридор с заплатками дверей на стенах, очень напоминающий внутренность здания, в котором находилась резиденция живого Мозга, управляющего киборгами. По одному проекту, что ли, штамповали эти строения? Похоже на то. Явно не Кремль, где более далекие предки, помимо толщины стен, не скупились на фрески и дорогую отделку. Здесь же отделки ноль, зато с толщиной бетонных перекрытий точно все в порядке.

– Лицом к стене, – коротко бросил камуфлированный конвоир, красноречиво поводя стволом.

Пришлось подчиниться, хотя в другое время Данила непременно попробовал бы треснуть мутанту в единственный глаз и, вырвав автомат, пристрелить двоих оставшихся. Но в голове все еще плавали одиночные круги, мешающие до конца сфокусировать взгляд, да и под грудиной болело так, словно фенакодус туда лягнул со всей дури. В общем, пока не боец, к тому же свободные конвойные отошли подальше, взяв в сектор обстрела всю группу, пока их напарник гремел ключами в замке. Может, в каземате что обломится?

Не обломилось. Последовало все то же «лицом к стене» и последующее умелое приковывание пленников к обрывкам вделанных в стену тяжелых старинных цепей, на концах которых болтались кандалы из нержавеющей стали. Браслеты явно были новее цепей и ярко блестели в свете солнца, лучи которого свободно проникали через два небольших забранных решетками оконных проема под потолком.

– Пайки не будет, – сообщил пленникам один из камуфлированных, окончив процедуру фиксации их запястий. – Через час сами пайкой станете, так что уж подождите.

И захлопнул дверь. В замке заворочался ключ, потом в коридоре послышался приглушенный звук удаляющихся

шагов.

– Это я во всем виноват, – нарушил могильную тишину Фыф. – Называется, пригласил в гости…

– Бывает, – философски отозвался Снайпер. – Хорошо, что они ремни не сняли, как у нас в тюрьмах принято.

– А что, с ремнем помирать веселее? – поинтересовался Данила, не забывая при этом равномерно прокачивать легкие затхлым тюремным воздухом, мысленно изгоняя из тела боль.

– Намного, – ответил Снайпер. – До пряжки бы дотянуться.

– А что там? – поинтересовался Фыф.

– Ключ от любого замка, – хмыкнул Снайпер. Сейчас он тоже прокачивал легкие, но, по всему видать, с иной целью, чем Данила.

Руки пленников были разведены в стороны и зафиксированы стальными браслетами. Данила прикинул – нет, с его габаритами не проделать то, что задумал Снайпер. Да и вряд ли вообще получится человеку так извернуться на стене, чтоб фактически распятому дотянуться до собственного пупка.

Но в следующий миг он усомнился в своих выводах.

Снайпер легко оттолкнулся ногами от пола, подпрыгнул, прогнулся, его тело в воздухе приняло положение фактически параллельное полу, а правая рука, прикованная к стене, при этом успела перехватить пряжку ремня. Данила аж зажмурился, осознавая, какую боль сейчас терпит его напарник, – ведь вес всего тела пришелся на запястья, скованные относительно тонкими браслетами. Но в следующий момент послышался щелчок, удовлетворенное «ф-фу!» и удар каблуками об пол.

Данила открыл глаза. Снайпер стоял на полу и то ли улыбался, то ли кривился от боли. Кожа на обоих его запястьях была разорвана, блестящие браслеты стали темно-красными от крови. Но зато в окровавленных пальцах правой руки он сжимал декоративную накладку пряжки ремня, из которой с ловкостью гусляра медленно и осторожно извлекал тонкую иглу с выступами на конце.

Это было непростым делом. Мизинец, безымянный и средний палец изо всех сил прижимают квадратик металла к ладони, а указательный и большой, словно живя отдельно от остального тела, медленно вытаскивают из того квадратика старинный инструмент спасения заключенных – потайную комбинированную отмычку.

Наконец квадратик, звякнув, упал на пол и отмычка осталась в пальцах Снайпера.

– Этап два, – прошептал Фыф, увлеченно следящий за процессом.

Да, этап два был намного сложнее. Ввести отмычку в скважину стального браслета, нащупать зубец, повернуть…

Правое запястье Снайпера изогнулось под немыслимым углом. Его лицо побелело от боли и напряжения. Казалось, еще немного – и лучезапястный сустав хрустнет, вспоров кожу изнутри обломками кости…

Ему это почти удалось. Почти…