Юла
Шрифт:
– Хватит психовать, Юла. Да, я понимаю. как все это выглядит в твоей голове, но так уж исторически сложилось, у этого места должен быть смотритель и сейчас это- ты.
– Почему я? И как ты сюда пролез? –Уже спокойным тоном задал вопрос.
– Это у тебя в крови. Есть вещи, которые не я должен тебе рассказывать, но, если ты меня накормишь, то поведаю немного, для успокоения твоей души. –Предложил кот.
Я насыпал коту еды и замешкался, куда ставить на пол или на стол. На столе котам не место, но это явно не про говорящих.
– Ешь. –я поставил еду на стол.
–
– И сам что-нибудь поешь, не то помрёшь с голоду, а нам потом нового хранителя искать. –пробормотал кот с набитым ртом.
Я взял из пакета, принесённого Мишей, булочку и тоже налил себе молока. Есть не хотелось, но живот издал звук одинокого кита. Я укусил мягкое тесто и стал медленно его жевать, уставившись на Себастьяна.
– Приятного аппетита, между прочим! –Зачем- то сказал я коту.
– И тебе не подавится. –не отрываясь от миски пожелал мне кот.
Справившись с едой, я стал ждать рассказ моего говорящего товарища. И наконец, пушистик насытился, сложил лапки и начал вещать:
– Ну, слушай. Ты новый хранитель, эта роль тебе досталась по наследству. Я хотел его перебить, но кот тут же продолжил. –Не перебивай, все вопросы задашь в конце. Всё, что с тобой произошло- не просто так, и не надейся на случайность. Я не могу сказать почему ты не знал о своей роли раньше. Поначалу и я думал, что занесло тебя к нам совершенно случайно, и кое-кто ошибся в твоём предназначении. Однако, неоспоримый факт- ты можешь видеть души, и мы можем общаться. То, что здесь начало происходить сейчас, очень странно, даже для такого места, как это. Как тебе говорилось ранее, души стали исчезать бесследно, но мало того, что это горе и несчастье для них, равновесие нарушается. И, если мы ничего не предпримем, многие умрут, и я сейчас даже не про души говорю, а про людей и других существ.
– Я не могу понять одного, что мне делать? – тут я немного напрягся. –Я не понимаю, во мне нет никаких сил, я обычный человек, во мне даже особых талантов не обнаруживалось никогда.
– Твоя жизнь никогда не будет прежней, тебе надо принять этот факт. Ты можешь послать всех подальше, закатить истерику и убежать, но от самого себя ты не убежишь. И, когда случится непоправимое, винить ты будешь только себя.
– Да я и так постоянно виню себя, за смерть родителей, за друзей, за дом и кафе. Мне уже терять то, по- сути, нечего. Одна половина города хочет меня уничтожить, вторая- посадить пожизненно. – Я запнулся, сдерживаясь, чтобы не зареветь. От обиды на весь мир стало тошно, но тошно было и от самого себя. Просмотрев по сторонам, я встал и ушёл в угол, как наказанный ребёнок, только, чтобы кот не увидел моих слёз- сдерживать их уже не было сил.
– Ты не виноват. Давай честно, никто из наших не верит, что это был ты. – Кот спрыгнул проскользнул через мои ноги и уставился на меня. – Твои друзья погибли из-за того же из- за чего тут пропадают души.
– Кот встал на задние лапки, и не без моей помощи, забрался мне на плечо. – Оно добралось до тебя раньше, чем твоё предназначение, и оно не хочет, чтобы ты его остановил. А больше, я ничего не знаю.
Кот прижался
Мы ещё немного посидели на кухне. Я понемногу приходил в себя от новой информации. Я пытался задавать вопросы об этом месте. Как оно появилось, кем было создано, но ответов Себастьян не знал, он жил раньше не здесь, но его предки часто служили при таких местах, как это. Его работа заключалась в том, чтобы предупреждать таких как я об опасности и вводить в курс дела. Но самое главное, следить за порядком. Кот очень гордился своей значимостью и родословной.
– О, месье Себастьян, так к Вам теперь только на Вы? –я решил немного пошутить.
– Вот шути-шути, а как что-то случится, сразу будешь ко мне бежать: «Себастьян, помоги, спаси меня бедного»
Я усмехнулся, кот разыграл целый спектакль. Я даже на минуту забыл, что я общаюсь с котом. Он был, как настоящий человек, по крайней мере по уму и сообразительности.
Я приготовил нам ужин. Решил, что кормить его кошачьим кормом, зная его происхождение, как- то неудобно, поэтому мы оба уплетали макароны с сосисками и сыром. Аппетит у меня был отличный. Несмотря на все новости и перенесенный стресс. После плотного ужина, я решил прилечь и почитать, ведь в полночь меня ждало собрание с духами. Да, я согласился пойти, несмотря на то что происходящее в моей голове все-равно не укладывалось.
– Себастьян, а это нормально…
– Что ты разговариваешь с котом или то, что ты не чешешь мне пузико?
– Кот вытянулся на спине рядом с моей рукой. Вот плутишка, как будто обычный домашний питомец. Я продолжил разговор, поглаживая мягкую шерстку.
– Да нет, я про всё происходящее. Насколько это нормально? Знаешь, моя жизнь и так часто разделялась на до и после. Но, когда я оказался здесь, не смотря на хаос в голове, я чувствовал, что я на месте. Там, в обычной жизни, не смотря на все мои старания, было сложнее.
– Знаешь, мне кажется, что для каждого живого существа приготовлено место в этой жизни, и пока он его не найдёт, будет маяться и мучатся, испытывать постоянный дискомфорт. А некоторые его так и не находят, всю жизнь живут не для себя, а для кого-то, существуют, как придется. И печалятся от непонимания своей нереализованности и потери интереса к жизни.
– А можно без лишней философии? – Меня что- то задело, так как примерил его слова на себя и увидел, что в них много неприятной правды.
– Если без философии, то, если уготовлено тебе где- то в деревне выращивать огород или завести корову, то ты никогда не будешь счастлив в городе, сидя в многоэтажке. Или, например, ты связан с другим миром и всю жизнь от него бегал, неважно, осознанно или нет. Но ты же сейчас понял, это твое, тебе надо быть здесь? А теперь почеши пузико, я хоть и говорящий, но всё- таки кот, а ты должен обо мне заботиться (Недалеко он ушел от своих сородичей, живущих у обычных людей. Все знают, что коты считают себя главными в семье, а людей воспринимают, как личных слуг, которые созданы для того, чтобы следить и ухаживать за ними).