Юнга
Шрифт:
Расшифровав с помощью личного кода послание, Зимин сверился с картой, после чего зашифровал ответ и отдал его радисту.
Никто из подчиненных не решился задать своему командиру вопрос, но их полные надежды взгляды были куда красноречивее слов. Нужно было ободрить бойцов, и капитан приподнял руку, привлекая к себе внимание.
— В общем, так, братцы, — хрипло выдохнул он. — Наши идут на помощь. Осталось продержаться совсем немного. Сейчас под покровом темноты выйдем вон на ту сопку и засядем там. У нее с двух сторон обрывы, а на вершине — скальные выступы. Готовый форт для обороны. Я понимаю, что
— Стало быть, не бросили нас, — повеселели подчиненные, и только многоопытный Горыня недоверчиво блеснул глазами, но перечить не стал.
— Русские своих не бросают! — веско заметил Зимин. — Ну что, отдохнули маленько? Тогда за мной!
Судя по всему, рейдер «Ангара» в прежние времена был обычным грузо-пассажирским транспортом, который впоследствии переоборудовали и вооружили. На это ясно указывал слишком просторный для военного корабля трюм и почти полное отсутствие тяжелых орудий, за исключением двух ста тридцатимиллиметровых универсалок. Впрочем, для вразумления непонятливых этого арсенала было вполне достаточно, а ни на что большее быстроходный «частник» и не претендовал.
Зато в шикарных внутренних помещениях всегда можно было укрыть какой-нибудь незадекларированный груз, а мощные маршевые двигатели с легкостью позволяли оторваться от любого преследователя в здешних просторах. Надо сказать, что приватиры совсем не брезговали контрабандой в мирное время и, уж конечно, не упускали свой шанс в военное.
Свой первый полет в качестве члена экипажа Март начал в приподнятом настроении. Небо было его мечтой в обеих жизнях, и вот теперь она осуществилась! Дар позволял ему чувствовать, как работают двигатели и системы обеспечения воздушного корабля, а кроме того, отслеживать обстановку в небе и на земле. Для полного счастья не хватало только, чтобы ему доверили управление, но, как говорится, лиха беда начало!
— Нравится? — подмигнул ему напарник — молодой веснушчатый парень по имени Миша Круглов.
— Очень!
— То-то!
Обменявшись приязненными улыбками, молодые люди хотели было вернуться к своим обязанностям, но тут по внутренней связи раздался вызов:
— Технику-стажеру Вахрамееву немедленно прибыть в ходовую рубку!
— Принято, — отозвался в микрофон Март и отстегнул ремни.
— Шлепай, — напутствовал его Михаил. — Если спросят про приборы, скажи: все путем!
— Слушаюсь, господин-начальник, — шутливо вытянулся Вахрамеев и двинулся в сторону надстройки.
Впрочем, как оказалось, вызвали юнгу вовсе не из-за приборов. Стоило Марту появиться в рубке и сделать доклад: мол, такой-то и такой-то явился по вашему приказанию, как из-за спины криво усмехающегося боцмана двое приватиров выволокли взъерошенного Витьку.
— Тебе знаком этот персонаж? — с индифферентным видом поинтересовался капитан «Ангары» Василий Петрович Муранов. Лет сорока, невысокий, немного отяжелевший. Короткий ежик черных волос, модные усы щеточкой делали его немного похожим разом и на Чаплина, и на Гитлера, и на Блюхера с Ягодой… По крайней мере, такие ассоциации всплыли в памяти Марта в тот момент.
За широкими бронестеклами ходовой рубки царила ночная облачная мгла, почти не нарушаемая едва обозначенным серпом молодой Луны. Здесь же, на мостике, скудно
— Так точно, — вынужден был признаться Март, у которого, наряду с толикой досады за излишнюю самодеятельность друга, в душе все же потеплело.
— Это ты его провел на борт?
— Никак нет! — совершенно искренне и четко дал он ответ. Правду говорить легко и приятно…
— Очень интересно! — с явным скепсисом в голосе отозвался Муранов.
— Я, действительно, сам пробрался, — попробовал было влезть в разговор Ким, но, получив от боцмана подзатыльник, поспешил заткнуться.
— Тихо! — внушительно велел тот и для верности сунул мальчишке под нос почти пудовый кулак, с вытатуированными на волосатых пальцах буквами — Вова.
— И что мне прикажете с вами делать?
— Понять и простить! — не задумываясь, ответил ему Март, вызвав дружный смех всех присутствующих, включая сурового боцмана и обоих конвоиров.
— Интересное предложение, — ухмыльнулся Василий Петрович. — Но ты понимаешь, что если твой дружок что-нибудь напортачит, отвечать тебе?
— Так точно, его косяк — мой косяк! — с готовностью согласился Вахрамеев.
— Как ты сказал, «косяк»? Что ж, довольно точное определение…
— Господин капитан, — обратился к нему Март, легонько скользнув в «сферу» и ненавязчиво оказав умиротворяющее воздействие, — мы с Виктором с одного приюта. Всю жизнь вместе. Не наказывайте его строго. К тому же, он неплохо разбирается в оружии. Если что случится, поможет с ремонтом и вообще…
— Ладно, — подобрел Муранов, — возвращайся на место. И «зайца» своего прихвати.
— Не фига себе ты учудил! — покачал головой Вахрамеев, как только они покинули рубку. — Честно говоря, не ожидал от тебя таких талантов.
В центральном электрощитовом отсеке на освещении не экономили. После полутьмы рубки и переходов Марту даже пришлось прищуриться, глядя на взъерошенного после не самой дружелюбной встречи с приватирами Кима.
— Я всегда знал, что ты меня недооцениваешь, — беспечно пожал плечами Витька и, видя, что друг не сердится, поспешил перейти в наступление. — Зато теперь уж точно все в порядке будет. И вообще, думал, ты самый хитрый? Раз, и улетел без меня, катану свою забыл… А еще мне Иваныч лимонок [61] в долг поверил.
61
Лимонка, фенюшка, эфка, Ф1 — ручная противопехотная оборонительная граната.
— И где это все? — не скрывая скепсиса, осведомился Март.
— Отобрали, как только обнаружили, — насупился Витька. — Но меч обещали отдать.
— Вот только его мне и не хватало, — пробурчал в ответ Вахрамеев, у которого появилось нехорошее предчувствие. Он, действительно, совсем забыл про острую, как бритва, катану. И к лучшему. Да и зачем на борту воздушного корабля такая железяка? А теперь, после «подарка» судьбы, меч наверняка придется задействовать. «А это значит… ни хрена хорошего это не означает…, — мысленно выругался он. — Однако, судьбу не обманешь, как не крути».