Юнга
Шрифт:
И именно сюда и отправились сразу после судебного разбирательства Зимин с Мартом, теперь уже официально ставшим Колычевым.
Сам молодой человек, как и собирался, скромно присел на узенькую скамеечку в коридоре, а его опекун, стукнув для приличия костяшками пальцев по двери, вошел внутрь.
— Здравия желаю, Николай Константинович, — поприветствовал он хозяина кабинета — полковника Корпуса Корабельных Инженеров Арцеулова.
— Добрый день, — страдальчески поморщился интендант. — Я полагал, что вы сегодня заняты судебным
— Благодарю за участие, господин полковник, но оное только что благополучно завершилось.
— Поздравляю, — кисло улыбнулся начальник отдела снабжения механических мастерских флота, чье отношение ко всему этому делу никак нельзя было назвать «участием».
— Душевно благодарю! Однако я к вам по другому делу.
— И по какому же? — не проявил ни малейшего интереса Арцеулов.
— Видите ли, — вздохнул Зимин. — Как вам, вероятно, известно, на заседании председательствовал лично его высокопревосходительство…
— Известно.
— Так вот, когда все юридические дела получили разрешение, Вадим Степанович задал мне один вопрос, от которого мне, некоторым образом, до сих пор немного не по себе.
— Неужели? — в голосе полковника явно послышался скепсис.
— Именно. Ведь он спросил меня, как скоро будет починен «Буран»?
— И что же? — насторожился интендант.
— Мне показалось неудобным сказать ему, что ремонт сорвался из-за саботажа его нерадивых подчиненных.
— Что вы имеете в виду?
— А вот этот документ, на котором командующий флотом лично поставил визу. Сами понимаете: время военное, сейчас всякая боевая единица на счету.
— Ваш «Буран» — корабль частный!
— Несомненно, но если его сожгут или, хуже того, — захватят, как вы думаете, кого назначат крайним?
— Уж точно не меня!
— Я бы на вашем месте не был столь уверен. Ведь это именно вы проигнорировали прямой приказ Макарова!
— Я?!!
— Ну а кто же? Командующий подписал, генерал Гаупт тоже, а вот на вас дело затормозилось. Понимаете, чем все может кончиться?
— Не пугайте меня, Владимир Васильевич. Ну нет у меня моторов! — почти взмолился полковник. — Высокому начальству легко распоряжаться, а у меня фондов нет!
Пока интендант говорил, на его лице несколько раз сменилось выражение. Сначала это была холодная вежливость, потом проскользнула легкая озабоченность, под конец едва не перешедшая в панику.
— А если я найду? — вкрадчиво поинтересовался Зимин.
— С легким сердцем и большой радостью отдам его вам, — от души сказал начальник отдела снабжения механических мастерских флота, мысленно добавив: «Лишь бы от тебя избавиться, заноза!»
— Ловлю вас на слове, Николай Константинович. А теперь ответьте на один вопрос. Когда вы ожидаете прихода нового двигателя для корвета «Звенящий» кавторанга Осипова?
— Ах вот вы что задумали! — возмутился Арцеулов. — Ну, знаете ли…
— Вы так и не обозначили срок.
— Господи боже,
— Иначе говоря, поставка будет самое раннее через семь дней?
— Да, — нехотя признал инженер. — Но это не значит…
— Постойте, любезнейший Николай Константинович. Выслушайте меня до конца. А после уже принимайте решение. Напомню вам лишь о приказе самого Вадима Степановича! Итак, я предлагаю выделить мне необходимый для «Бурана» мотор сроком на одни сутки. Вы даете «техничку», мы летим на точку, перекидываем движок и немедленно стартуем прямиком к вам. Мои люди с небольшой помощью ваших специалистов справятся с этой работой за пару часов. Плюс перелеты — за ночь управиться должны. Никто ничего и не поймет. А маршевый с корвета вы можете снять под предлогом ремонтных работ.
— А если вы, пардон, не вернетесь?
— А если вас за саботаж от должности отрешат?
— Я вас умоляю! — всплеснул руками оскорбленный в лучших чувствах интендант. — Вы, верно, думаете, что мое кресло медом намазано? Так нет же, дражайший Владимир Васильевич! Хлопот много, начальства еще больше, и как дело не поверни — всегда мы виноваты! Да-с!
— Ах, как я вам сочувствую…
— Издеваетесь? Ладно, черт с вами, Зимин. Определенная логика в вашем предложении есть. Движок свой ресурс почти выработал, все одно под замену пойдет… Эх, где наша не пропадала! Возьму грех на душу. Только одно условие!
— Хоть звезду с неба!
— Обойдемся без ночных светил, — прикусил нижнюю губу полковник. — Значит так, как только установите двигатель, сразу же отправляйтесь в Порт-Артур.
— Екскьюзе муа, но пуркуа и але [73] ?
— Видите ли, дорогой мой Владимир Васильевич. Здесь, в Пхеньяне, вблизи неприятеля, ремонт затянется надолго. Опять же, поставки сюда доходят в последнюю очередь, а там — главная база Третьего Флота и верфи.
— Благодарю… Но все же я не хотел бы оказаться так далеко от поля боя…
73
Excusez-moi …pourquoi y aller? (фр.) — Прошу прощения … зачем мне идти туда?
— Ну, не упрямьтесь, Владимир Васильевич. Соглашайтесь. Вам же будет лучше. Самое большее — два часа, и вы вдали от войны, на Ляодуне. Там сразу же снимете мотор, и мы в расчете.
— Когда мы сможем вылететь?
— Сегодня же ночью. Обстоятельства и приказ адмирала Макарова не терпят отлагательств! — решительно заявил интендант и, черкнув несколько слов на наряде, протянул его просителю. — Вот, держите. Отправляйтесь и ни о чем не беспокойтесь.
— Но как же я верну вам двигатель?