Южный почтовый
Шрифт:
А для нас истинные расстояния измеряются звездами. Над мирной жизнью, над верной любовью, над любимой снова стоит Полярная звезда.
А Южный Крест стоит над сокровенным кладом.
К трем часам ночи наши одеяла становятся тонкими и прозрачными: это козни луны. Я просыпаюсь оледеневший. Поднимаюсь покурить
В лунном свете эта маленькая крепость похожа на тихую гавань. Надо мной переливаются звезды – все кормчие звезды пилота. Компасы наших трех машин по всем правилам обращены на север. И все-таки…
Не здесь ли ты сделал свой последний шаг на земле, Жак Бернис? Здесь кончается осязаемый мир. Эта маленькая крепость – дебаркадер. Порог, за которым только этот лунный мир, где все призрачно.
Ночь похожа на сказку. Где ты, Жак Бернис? Быть может, здесь, быть может, там? Твое присутствие уже почти неощутимо! Меня со всех сторон обступает Сахара, такая призрачная, что она едва-едва выдержит прыжок антилопы и на самой плотной складке песка – вес легкого ребенка.
Ко мне подходит сержант:
– Добрый вечер.
– Добрый вечер, сержант.
Он прислушивается. Ничего. Безмолвие, сотворенное твоим безмолвием, Бернис.
– Сигарету?
– Не откажусь. Сержант жует сигарету.
– Сержант, я завтра найду своего товарища: где он, как ты думаешь?
И сержант уверенным жестом обводит горизонт. Потерянный ребенок наполняет собой всю пустыню.
Бернис, однажды ты признался мне: «Я любил жизнь, которую не очень-то понимал, – может быть, не совсем верную жизнь. Я и сам не знаю толком, что мне было нужно, какая-то странная неудовлетворенность…»
Бернис, однажды ты признался мне: «То, чего я допытывался, таилось за каждой вещью.
Мне чудится, где-то тонет корабль. Мне чудится, где-то затих ребенок. Мне чудится, что весь этот трепет парусов, мачт и надежд идет ко дну.
Рассвет. Гортанные крики мавров. На земле валяются их изнуренные верблюды. По-видимому, отряд в триста ружей подкрался с севера и перебил караван.
Может быть, нам поискать вблизи побоища?
– Тогда – веером, идет? Тот, что в середине, полетит прямо на восток…
Самум: уже на высоте пятидесяти метров этот ветер иссушает нас, как вентилятор.
Мой Товарищ…
Так вот где был твой клад: так вот что ты искал!
Лежа на дюне, с раскинутыми крестом руками, лицом к темно-синему заливу, лицом к звездным мирам, этой ночью ты был почти невесом…
Сколько порванных связей в твоем полете к югу, крылатый Бернис: ты уже не тяготел к земле, тебя связывала с ней тончайшая паутинка – один-единственный друг.
Этой ночью ты весил еще меньше. У тебя закружилась голова. Беглец, твой клад блеснул тебе со звезды, стоявшей в самом зените.
Паутинка моей дружбы тебя еле удерживала: нерадивый пастух, я, должно быть, заснул.
Из Сен-Луи (Сенегал) в Тулузу: южный почтовый Франция – Америка найден восточнее Тимериса. Точка. Поблизости вражеский отряд. Точка. Пилот погиб, самолет разбился, почта цела. Точка. Следуем Дакар.
VIII
Из Дакара в Тулузу: почта благополучно доставлена Дакар. Точка.