За час до срока…
Шрифт:
— Здравствуй, — сказала Тамара, с приветливой улыбкой. Стас кивнул головой.
— Привет, — улыбнувшись, ответил Юра и вновь почувствовал непонятное волнение.
То есть теперь оно было ему понятно — он влюблялся.
— А где Роман? — спросил Юра.
— На дежурстве, — ответил Стас. — Он работает в службе охраны метрополитена.
Так что ты хотел нам здесь показать?
— Сегодня днем я встречался с Бондарем.
По мосту проехал трамвай. Стук колес на рельсах отдался дрожью по всему мосту. Тамара и Стас переглянулись.
— Каким образом тебе
— Не мне, а ему, — ответил Юра. — Утром в редакции мне сказали, что Бондарь еще вчера пытался до меня дозвониться. Не дозвонившись, через секретаря назначил встречу. Мы с ним мило побеседовали. Он рассказал много интересного.
— С какой это стати он начал с тобой откровенничать? — не верил Стас.
— Это с какой стороны посмотреть, — ответил Юра, повернулся спиной к перилам моста и облокотился о них. — Сначала мы просто обсуждали мою статью, потом поделились информацией о поезде-призраке. Поговорили о культе «Двенадцати голов», об «алгоритме зла». Но мне кажется, что он меня специально сюда затащил.
— Зачем? — спросила Тамара.
— Он показывал мне железную дорогу.
Топорков жестом руки показал на рельса под мостом. Тамара и Стас смотрели на него, ничего не понимая.
— С одной стороны, ничего странного, — продолжил Юра. — Статья о поезде, а он спец по нему. Железнодорожная развязка — хорошая декорация, если хочешь создать нужное настроение. Потом он начал рассказывать про мертвые города и осторожно подвел меня к теме мертвых железных дорог.
Стас посмотрел с моста вниз. В наступивших сумерках, освещенных желтым светом фонарей, белым холодным светом поблескивали стальные рельсы. Из-под моста с грохотом выскочила электричка.
— Уже после разговора я понял, — продолжил Юра, — что он выдавал мне информацию порциями. Как бы делая паузы, чтобы я сам додумал недосказанное.
— А иначе ты бы заметил, что он тебя подталкивает к чему-то определенному, — сказала Тамара.
— Возможно, — согласился Юра и замолчал.
Тамара встала рядом со Стасом и посмотрела с моста на железную дорогу.
Несколько синих семафорных огоньков горели в траве недалеко от стрелки и образовывали собой почти законченное созвездие Малой Медведицы.
— Что же он задумал? — сказал Стас.
— А может, он тоже борется со злом? — спросила Тамара.
Стас и Юра посмотрели на нее.
— Да нет… Хотя… — было заметно, что Стас сомневается.
— И вот еще что, — вспомнил Юра. — Я вам не рассказывал раньше, думал, примите за сумасшедшего, но после того, что случилось с Игорем… в общем, я тогда собирал материал на статью. В переходе одна нищая старушка ни с того ни с сего сказала мне, что не стоит открывать дверь, если не знаешь, куда она тебя приведет. В библиотеке я случайно узнал, что Бондарь тоже захаживал туда. Когда библиотекарша отвлеклась, я попробовал заглянуть в формуляр. Только я протянул руку к ящичку, как он задвинулся. Сам. Я чуть заикаться не начал. Тут обернулась библиотекарша, но уже с лицом старухи из подземного перехода, и сказала, что не стоит открывать дверь, если не знаешь, куда она
— Кто-то или что-то пыталось помешать тебе с ним встретиться? — спросил Стас, но по интонации голоса можно было сказать, что он скорее утверждал.
— Если это так, то почему? — спросила Тамара.
— Культ «Двенадцати голов» Бондарь воспринимает всерьез, — продолжил Юра.
— Он считает, что все дело в черепе. Что касается манускрипта, он сказал, что не верит в его существование. А потом вдруг сказал, что из поезда с черепом сможет выйти только ребенок. Существо чистое и непорочное.
— Мы слышали об этом, — сказала Тамара. — Но… Если он не с нами, а против нас, то получается, что он сам рассказывает, как ему помешать.
— Получается, что он помогает нам, — предположил Стас. — А может быть, он это говорит для того, чтобы запутать нас. Заставить поверить ему. Ладно, мне пора. Нужно встретиться с одним человеком. Возможно, он даст ниточку, которая приведет к манускрипту. Позже обсудим встречу еще раз.
— Удачи, — Юра пожал Стасу руку.
— До завтра, — сказала Тамара.
Стас ушел. Юра с Тамарой посмотрели ему вслед и снова повернулись к железной дороге. Вдалеке послышался гудок тепловоза.
— Ты проводишь меня? — неожиданно спросила Тамара.
Юра растерялся. О подобном он не мог и мечтать. Он долго думал, как самому заговорить с Тамарой о чем-нибудь, кроме поезда. Юра смотрел на прекрасную девушку, пытаясь подобрать правильное слово, и никак не мог это сделать, а девушка смотрела на смутившегося кавалера и чуть заметно улыбалась.
— Конечно, — наконец выговорил Юра.
В окружении миллиона звезд с неба смотрел молодой месяц. Юра и Тамара не спеша шли по опустевшей улице и разговаривали о пустяках. Обычных житейских пустяках. Под ногами медленно плыл асфальт, светофоры на перекрестках монотонно моргали разноцветными глазами.
— Как ты попала в эту компанию? — спросил Юра.
— Это не я попала в компанию, а компания… Я тогда училась на третьем курсе филфака МГУ. Мы дружили факультетами. Кто-то из историков рассказал эту легенду, принес старые газеты, документы. Мы, естественно, увлеклись и начали искать «Летучего Итальянца». Вот тут все и началось. В первый же месяц погибли два историка. Дальше — больше. За два года не очень активных поисков, надо же было еще и учиться, погибло шесть человек. В той же компании на вечеринке археологов я недавно познакомилась со Стасом. Он нам рассказал про Вовкиного отца.
— А Роман?
— Роман работает в милиции, подразделение охраны метрополитена. Однажды он видел «нечто» на рельсах, на перегоне к резервному тоннелю… За полгода до этого случая он сильно заинтересовался всякими историями про заброшенные ветки метрополитена. Как-то раз, когда он дежурил в ночную смену, Роман дождался окончания движения и полез в тоннель. Через полчаса забрел в технический отстойник. Где-то прочел, что как раз там находится дверь в другой тоннель с бывшими секретными линиями от «генеральского дома».