За горизонт
Шрифт:
– Таран, – в той же манере ответил сталкер, разглядывая незнакомца.
Если о боевом прошлом Шустова можно было догадаться по некоторым косвенным признакам, то в былой профессии хозяина убежища – пожилого, лет шестидесяти, крепко сбитого мужчины с волевым скуластым лицом и идеально ровным пробором в запорошенных сединой волосах – даже сомневаться не приходилось. Опрятная внешность, полное отсутствие мимики, скупые жесты, манера речи – все это буквально вопило о том, что перед путешественниками стоял военный до мозга костей.
Однако здесь гостей поджидал первый сюрприз. Вместо того чтобы
Полковник перехватил обескураженный взгляд сталкера и пояснил:
– Мы давно отказались от уставной «солдафонщины». Теперь, после того, как все пошло прахом, мы – одна большая семья, а формальности стало возможным опустить. Все и так понимают, насколько важно работать сообща, и выполняют свои функции без каких бы то ни было приказов и понуканий.
– Понимаю, – буркнул Таран. – Но как удается поддерживать дисциплину? Неужели обходится без срывов?
Каменное лицо встречавшего прорезала едва заметная улыбка:
– Думаю, здесь не самое лучшее место для беседы. Позвольте проводить вас в мой кабинет. Там я постараюсь максимально полно ответить на все интересующие вас вопросы.
Платформа под ногами стронулась с места, неумолимо унося радушного хозяина и его гостей в недра горы.
Помешивая ложкой янтарного цвета жидкость в стакане, Глеб с опаской принюхивался к дразнящему, завораживающему и ни с чем не сравнимому аромату настоящего, со слов Безбожника, цейлонского чая. Для Авроры чудесный напиток, судя по всему, не был в диковинку. Видать, в Эдеме уже успела «напробоваться». Как ни в чем не бывало, девочка уплетала любезно предложенные бутерброды из армейских галет, паштета и сала, запивая всю эту гастрономическую роскошь жадными неэкономными глотками. Самуил Натанович, напротив, цедил свою порцию по чуть-чуть, закатывая глаза от удовольствия. Геннадий и вовсе отказался от угощения, единожды попробовав и сморщившись. Привычный грибной чай казался ему не в пример вкуснее этой экзотической и отчего-то сладкой дряни, которой Дым еще совсем недавно грезил, на пару с Глебом ремонтируя кузовную лебедку.
Таран в дегустации яств не участвовал, всецело захваченный беседой с Полковником. К возможному существованию «Алфея» последний отнесся с изрядной долей скептицизма и посоветовал «оставить безнадежную затею». Зато успел поведать массу интересного о сложившихся местных порядках, в том числе и о методах управления гигантским муравейником со всеми его обитателями, что представлял собой подземный комплекс. По дороге в кабинет, миновав прорву коридоров с бесконечными рядами дверей, отсеков и заставленных работающей машинерией залов, удалось получить представление о поистине циклопических размерах спрятанного в толще земли комплекса, проектная мощность которого, со слов седовласого провожатого, позволяла обеспечить проживание порядка трехсот тысяч человек!
– Так уж исторически сложилось, – вещал хозяин убежища, прохаживаясь по кабинету с самокруткой в зубах, – что в нашем городе существует некое разделение… на, скажем так, «коренных» жителей и тех, кто примкнул к общине позже. Работы хватает всем, причем с избытком. Гидропоника,
– Каста…
– Простите, что? – запнулся Полковник.
– Я бы назвал это кастой избранных, – мрачно резюмировал Таран.
– Как вам будет угодно, – отмахнулся собеседник. – Смысл от этого не меняется. Кому-то надо управлять городом, так почему бы не нам, на правах аборигенов.
– Я бы назвал это правом сильного, – снова встрял сталкер, глядя исподлобья.
Лицо Полковника на мгновение скривилось, но он быстро справился с эмоциями:
– Пусть так! Но ведь кто-то должен был позаботиться о безопасности? Взять бразды правления, проявить твердость, в конце концов!
– И как же вы проявляете эту самую твердость, хотелось бы знать? – гнул свое Таран.
Однако хозяин убежища оказался готов к подобным вопросам. Пожав плечами, он глубоко затянулся, выпустил в потолок облачко дыма и без тени эмоций произнес:
– Мы просто выдворяем несогласных наружу.
– А таких много? – не удержался Геннадий.
– Ни одного, если честно, – Полковник торжествующе оглядел гостей. – Никто не хочет попасть в лапы Сунгата и его шайки, а шанс просочиться мимо рейдерских разведывательных отрядов ничтожно мал…
– Так вот почему вы еще не прижали к ногтю этих ублюдков…
– Бинго! – военный азартно прищелкнул пальцами. – Как бы кощунственно это ни звучало, но нам такое соседство крайне выгодно! Страх держит людей на привязи гораздо эффективнее, чем посулы лучшей жизни. Население Ямантау медленно, но неуклонно прирастает. Чем черт не шутит, может, через пяток лет сколотим полноценную армию и…
– И что тогда? – оборвал разошедшегося собеседника Таран.
«Надо же, – пронеслось в его голове. – Уже строит планы мирового господства… Кое-что в этом мире никогда не меняется…»
– Что вы будете делать с армией?
– Ну… – смешался Полковник, – по крайне мере, раз и навсегда разберемся со «степными псами»!
– А потом? – Сталкер терпеливо ждал продолжения, не спуская с хозяина убежища пристального взгляда.
– К чему загадывать так далеко? – продолжил тот. – Вполне вероятно, я загнусь гораздо раньше того, что «напланировал».
– Для своих шестидесяти вы более чем неплохо сохранились, – встрял Безбожник, на мгновение оторвавшись от чая.
– Если бы речь шла о возрасте, – вздохнул Полковник. – Вы ведь врач, не так ли?
Самуил Натанович кивнул, отставив стакан.
– Вам что-нибудь говорит такой диагноз как «остеомиелит костей черепа»?
Безбожник снова кивнул в ответ.
– Так вот это про меня, – хозяин убежища затушил окурок о пепельницу и разом погрустнел. – Какая-то инфекция с поверхности. Мои эскулапы ничего не могут с этим поделать. Необходимо операционное вмешательство, но опыта трепанации черепной коробки у них нет… Кстати, вы, случаем…
– Нет, что вы! – торопливо замотал головой Безбожник. – Я уже давно не практикую… Да и не мой профиль, если честно…