За гранью безумия...
Шрифт:
– Нож, что с тобой? Ты ранен?
– Рука…— выдавил он, ненавидя себя за это унижение, но не имея сил сопротивляться. –Сломана…
Хайтопп приподнял его, подперев острой коленкой между лопаток. Вытащив из какого-то закоулка своих разноцветных одеяний большие портновские ножницы вроде тех, которыми помешал ему прикончить Ирацибету, он умело срезал рукав кожаных доспехов и осмотрел распухшую, посинелую руку.
– Скажи только, что с Алисой?
– На…корабле…— каждое слово было, казалось, раскаленным углем.
– На каком корабле?
– Спасена…
Шляпник некоторое
– Придется потерпеть, — наконец сказал Хайтопп, осторожно укладывая его наземь. Стейн сжался в комок, плохо понимая, что задумал этот безумец. В голове мутилось, к горлу подступала темная волна тошноты. Шляпник извлек из бездонных карманов своего одеяния какие-то смотанные в пучок цветные ленты. Затем отошел к ветвистому дереву, одиноко топорщившему черные голые ветви над тропинкой, и срезал достаточно ровную ветку. Обтесав её ножницами с такой же ловкостью, с какой до того срезал со Стейна рукав, безумец снова опустился на колени рядом с Валетом и примерил ветку по длине. Затем подобрал веточку поменьше и сунул в зубы Стейну.
– Зажми…будет больно…
Тот подчинился в каком-то оцепенении. Ухватив одной рукой запястье и потянув на себя, второй Шляпник принялся вправлять сломанные кости, прилаживая одна к другой. На сей раз боль была такой силы, что Валет не сумел воспротивиться волне беспамятства, накрывшей его с головой.
Когда он очнулся, то понял, что лежит головой на чем-то мягком. Из-под щеки торчал рыжий рукав. Шляпник что-то строгал ножницами, сидя на земле в одной рубашке с цветастым бантом. Стейн снова покосился на торчащий из-под головы рукав.
– Грррр!
Мерзкий зверь придвинулся, демонстрируя клыки и явно сожалея, что не может сожрать лежащего перед ним Валета прямо сейчас.
– Бранди, фу! Он же костлявый, подавишься ещё!
Пока Стейн раздумывал, стоит ли обидеться на этот нелестный эпитет, рыжий психопат легко вскочил на ноги и подошел к нему, наклонившись и потрогав лоб.
– Встать сможешь?
Валет с трудом приподнялся, неловко упираясь здоровой рукой в землю.
– Так что с Алисой?
Стейн поднял голову, встретившись с серьезным встревоженным взглядом золотых глаз.
– Она в безопасности. С детьми, — ответил он.
– Ладно, по дороге расскажешь, — кивнул Шляпник, поддерживая его и помогая встать. Ошеломленный Валет отстранился.
– Убери от меня руки, сумасшедший!
Шляпник послушно разжал руки. Валет, оставшись без поддержки, понял, что поторопился. Тощий зад весьма болезненно соприкоснулся с жестко утрамбованной землей. Ругнувшись, Стейн предпринял новую попытку, но голова ужасно кружилась и изнутри подкатывала новая волна тошноты. Он застонал от злости и ощущения собственного бессилия.
– Ладно…помоги мне…
– Ты забыл сказать «пожалуйста»!
Валет пожалел, что у него нет меча. Прибить бы этого ублюдка!
– Пожалуйста!
– Так-то лучше!
Маленькие сильные руки крепко обхватили его за талию. Даже в своей фантастической шляпе Шляпник доставал Валету только до подбородка. Опираясь
Звуки битвы они услышали ещё задолго до того, как увидели сражающихся. Валет к тому времени уже мог идти сам, опираясь о дубье, которое соорудил ему Шляпник, пока Стейн валялся в отключке. Сражающихся было семеро. Один против шестерых, окруженный со всех сторон, отчаянно отбивался двумя мечами. Ещё двое лежали на земле, с которой им уже не суждено было подняться. Шляпник с Брандашмыгом, ворвавшись в ряды дерущихся, внесли некоторое равновесие. Валет подоспел вовремя, огрев одного из сражавшихся дубиной по голове и отбив удар второго, направленный в грудь одиночки. Он сам не мог понять, что заставило его вступить в бой. Просто действовал, не задумываясь. Шляпник и Брандашмыг бесновались, первый— топча врагов, второй— осыпая их ударами ножниц и булавки. Последний оставшийся попытался было отползти, но эту попытку пресек Брандашмыг. Красиво взлетев и приземлившись прямо на несчастного, он превратил его в довольно живописный коврик, поднялся, отряхнулся и потрусил к Шляпнику, подставляя шею, чтобы почесали. Опираясь о дубину, Валет ещё пытался справиться с вновь нахлынувшим головокружением, когда спасенный неожиданно развернулся и бросился к нему, повиснув на его шее.
– Ило, любимый, ты жив!
Уже лёжа на земле и пытаясь понять, что происходит, Стейн неожиданно понял, что его рот крепко запечатан горячими и весьма сладкими губами. Длинные локоны щекотнули лицо и Валет увидел огромные нежные глаза, смотрящие на него из-под темной челки. На мгновение он подумал, что уже видел где-то эти глаза и эти черты…но не мог вспомнить, где.
Его отбросили так же неожиданно, как и поцеловали. В следующее мгновение хлесткая затрещина едва не сорвала голову с плеч. Со страху бедняга попятился, елозя каблуками по земле.
– Пощадите, леди, чем он провинился?— вежливо окликнул нападавшую Шляпник. – Кроме того, что спас вам жизнь, конечно?
Стейн видел как она выпрямилась. Да, она. Это была девушка. Очень высокая, очень мускулистая, с неровно обрезанными локонами темных волос и удивительно нежными чертами лица. В ней сочеталось несочетаемое, грубость, с нежностью, порывистость с тяжестью движений, она словно была противоположностью самой себе. Она обернулась, услышав голос Хайтоппа, и Стейн поразился той ненависти, что успела промелькнуть на прекрасном лице.
– ТЫ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! ЭТО ТЫ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
Валет не успел вскрикнуть, не успел предупредить. Меч, зажатый в руке воительницы, уже летел в грудь Шляпника.
Примечание автора. В оригинальном треке фильма Шляпник и повстанцы называют Валета “Нож” “Нэйф” вместо “Рыцарь” “Найф”. Игру слов объяснила подруга. Я решила, что Шляпник продолжит называть так Валета, это как бы объясняет постоянные напряженные отношения между ними.
====== Глава 5: «Аннабель Ли» и её капитан. Новые друзья. Битва с призраками. Сквозь Моря Печали. ======