За пределами
Шрифт:
Тишина оглушала.
– Извините, – обратилась Мирра к администратору почти шёпотом. – Мне необходимо встретится с братом. Он здесь работает, но я не знаю, как найти его.
Администратор подняла глаза на девушку, намереваясь уточнить запрос, но перехватив её, Мирра добавила:
– Лаурель. Имя брата – Лаурель.
Девушка за стойкой побледнела на глазах, точно статуя, а царящая в холе тишина разорвалась оглушающей бомбой ещё большего беззвучия. Мирра не поняла, что произошло. От чего имя её брата возымело такой эффект? Она огляделась по сторонам: немногочисленные посетители собрались в опасливо озирающиеся скукоженные комки. Статуя-администратор дрожащей мраморной рукой указала девушке на единственный лифт в холле. Мирра уточнила
В кабину лифта девушка зашла убеждённая в мысли, что из всех сотрудников башни, кого она сегодня видела, брат истинно самый замечательный и понимающий. Не удивительно, что он стал в последнее время несколько сух: такое рабочее окружение кого угодно обездушит. Внутри кабины была всего одна кнопка. Теперь ясно, от чего администратор не дала ответа на вопрос об этаже, но Мирра здесь ни разу не была, откуда ей было знать о таких особенностях устройства.
Двери захлопнулись, лифт шустро поехал вверх. От неожиданности девушка оперлась на одну из стенок. Казалось, от скорости рябит в глазах, но присмотревшись, Мирра поняла, что стены меняются, подобно текущему серому песку, изменяющему свой цвет от непроглядно-тёмного до почти ослепляюще-белого. А потом ударило солнце, и перед взором показался весь Предел. Каждый дом, каждая улица были видны, как на ладони. Светлые кварталы Ядра и тёмные проулки Периметра. Мирру настолько очаровала панорама, что она даже забыла о страхе, о прозрачных стенках кабины, о безумной скорости подъёма. Она уже не была собой, она была птицей, пикирующей и взлетающей в этом контрастном величии всего Предела.
Движение прекратилось. Нужный этаж. Хотя, сложно назвать этаж для огромной остеклённой площадки на вершине башни. Самый верх. Теперь страх вернулся к Мирре, вдвойне. Она не могла ступить и шагу. Во-первых, под ногами была пропасть с кишевшими белыми сотрудниками на дне, а во-вторых… Лаурель… однозначно, не из тех, кто внизу. Из оцепенения девушку вывел женский голос. Ещё один администратор за стойкой, удивительно походивший на нижнего. Но в этот раз женщина была живой, разговаривала и даже помогла Мирре сделать несколько шагов, взяв её за руку. Старше, но ненамного, сёстры – по-другому сходства не объяснить. Вскоре под ногами появилась спасительная непрозрачность поверхности и Мирра смогла объяснить цель визита.
– Очень интересно, – удивилась женщина. – Советник Лаурель не предупреждал о Вашем визите.
Советник? Нет! Достаточно новых частей пазла на сегодня. Мирра просто хотела передать обед брату.
– Но придётся подождать, советник занят. – Женщина указала на диван, но гостья не двинулась с места. – Обед – это чудесно, а то они с ночи там уже сидят! А у Вас какая разница в возрасте? И на тебе вся забота о доме? Советник, небось, и дома такой же, неудивительно, что ты такая запуганная! Вообще, конечно, жаль, что информации про ваших родителей не осталось. Насколько мне известно они были высшими праетами и тоже входили в совет, – женщину остановил сигнал на настольном устройстве. – Думаю, они уже скоро закончат. Ещё пара минут.
– Хорошо, – Мирра подошла ближе к краю своего островка спасения, так чтобы была видна улица внизу. – Но я совершенно не помню своих родителей, для меня семьёй всегда был и останется мой брат.
Девушка взглянула на администратора, но та уже была занята своими делами и не слушала. Мирра вернулась к пропасти под ногами, затем перевела взгляд на прозрачные стеклянные стены. Весь Предел. Каждый его уголок…. Если только у неё получится. Хотя, теперь-то точно получится… Как же будет рад Лаурель!
Девушка
Глава 3
Светлая мебель в домах, светлые цвета в одежде, строения и тротуары, выкрашенные в белый цвет и тем более белоснежная униформа сотрудников башни. С самого рождения каждому жителю Ядра навязывается это исключительная привилегия обладания светлой энергией. Энергией, зарождающейся в самом человеке, в «источнике». Истинной энергией, не собранной извне, а являющейся чистым ресурсом организма. Жертвы и мученики этого мира, готовые отдать себя без остатка, единственные созидатели, неопороченные, незапятнанные, безупречные. Творцы и хранители, исключительно достойные. Истинные герои и спасители. Что в разрез идёт с представлением о жителях Периметра: опоясывающие, побочные, не разумеющие гордецы, что посягнули на мироустройство. Заёмщики и собиратели. Люди, черпающие энергию извне, ничего не создающие, а подобно саранче, пожирающие всё кругом.
Жива легенда о том, что именно непомерные амбиции тёмных стали причиной нынешнего положения дел. Именно тёмные в своей ненасытной жажде призвали сущностей. А не сумев совладать с мощью последних – обрекли всё человечество на жизнь в тесных клетках. Но Предел стал не только темницей, но и оплотом спасения, невидимым куполом, отгораживающим и уберегающим жителей от внешнего мира, от древних сущностей, ножами отражая их нападки, проявляющиеся разноцветными пятнами на небосклоне. Даже не присматриваясь с обобым пристрастием к структуре предела, можно ощутить всю силу светлых символов, именно из светлой энергии соткана материя купола, именно светлые праеты отдали свои жизни во имя спасения жизней грядущих поколений. Поэтому тёмные в неоплатном долгу перед ними, поэтому тёмные в ответе за деяния своих предшественников, и именно поэтому, искупая грехи прошлого, только тёмные обязаны бороться с сущностями, попадающими сквозь бреши в Предел, чтобы хоть как-то обелить себя перед светлым.
К чувствам Мирру вернула нестерпимая боль. Всё тело разламывало и выворачивало наизнанку. Конечности были настолько тяжёлыми, что не представлялось возможности их поднять. В голове трещал белый шум, в животе бушевал ураган, а вот рту царила засуха. Возможно, ещё никогда в жизни Мирре не приходилось ощущать себя настолько плохо и настолько беспомощно. Кто-то огромный и невидимый, давил её, словно букашку, вжимая панцирем под землю. Что происходит?
– Брат, – прохрипела девушка, хотя звуки, которые у неё получилось из себя извлечь, в ряд ли можно было связать в это словно.
Послышалось шуршание. Мирра чуть приоткрыла глаза. Она увидела стоявший напротив неё диван и какой-то большой свёрток чёрной ткани на нём. Свёрток пошевелился. Человек – не сразу догадалась девушка. Он вскинул руку и что-то промычал. Так обычно ведут себя люди во время пробуждения. Внезапно недомогание девушки исчезло. Боль утихла, мысли обрели ясность, глаза раскрылись, словно пружинный механизм, сжимавший веки, пришёл в действие. Мирра попыталась привстать на локтях.
Девушка находилась в незнакомом помещении. Три стены комнаты отливали тёмно-зелёным цветом – редкость для Ядра, где все надлежало выкрашивать в белый. Четвёртую стену во всю её высоту занимал оконный пролёт. Свет, проникающий через него слепил глаза, но не дотягивался до диванов вдалеке, на одном из которых лежала девушка, а на втором – незнакомец в чёрном. Из-за вороха ткани и полумрака Мирра не могла рассмотреть его лучше.