За секунду до...
Шрифт:
Перед глазами появилось маленькое личико сына. В памяти всплыл тот самый момент, когда он родился. Смешной, маленький комочек с топорщащимися светлыми волосиками и самой милой улыбкой на свете. Затем я увидела его первый день рождения. В зеленом костюмчике с цветным колпачком на голове, тянущего маленькие ручки к плюшевому медведю, что подарил ему отец.
Муж. Даже перед лицом смерти я ненавидела его. За то, что испортил мою жизнь. За презрение в глазах сына. За смерть моего отца. За то, что сама погибаю неизвестно где, вдали от дома и родных. За
Я перестала бороться, принимая свою судьбу, когда что-то потащило наверх. Холодный ветер полоснул по мокрому лицу, превращая его в покрытую инеем маску. Сразу же посыпались удары. Меня били по щекам, давили на грудную клетку, тормошили, вырывая из одурманенного состояния. Кашель отозвался болью в грудине.
— Очнулась? — спросил Трой, стоило мне открыть глаза, — не вздумай умирать. Не для того тебя вытаскивал.
— А для чего? — прохрипела я. Горло саднило от ледяной воды, которой успела вдоволь нахлебаться.
— Узнаешь в свое время, — ухмыльнулся мужчина, — хватит разлеживаться. Из-за тебя и так кучу времени потеряли.
— Моя нога, — заикнулась я о ране. Но осеклась. К своему удивлению, боли не чувствовала.
— Будет в порядке, — заверил Трой, — пока была без сознания, я прочистил рану. Пришлось срезать пару омертвевших кусков…
— ???
— Ничего! — рявкнул Трой, увидев мой округлившийся взгляд, — лучше жить со шрамами, чем сдохнуть от заражения. Скажи спасибо, что ногу отрезать не пришлось.
— Сспассибо, — выдавила я, не в силах сдержать барабанную дробь, что выдавали мои зубы.
— Тебе крупно повезло. Мы наткнулись на залежи церна. А он действует не только как наркотик, но и сильный антисептик.
Вымученно улыбнулась Трою. Его послушать, так я вообще счастливица.
— А из чего… этот церн?
— Это помет одной местной птички. Церени. Потому и называется так, церн.
— Помет? — меня снова скрутило.
До сколько можно выворачивать желудок? Нечем. И уже очень давно.
— Детка, чтобы выжить, тебе придется проглотить не один пуд дерьма. А церну ты обязана жизнью. И ты будешь жрать его столько, сколько потребуется.
— Зачем?
— Не понял. Я же объяснил.
— Зачем я тебе?
— Хм, — Трой зло усмехнулся, — женщины в этом гребаном месте ценятся выше церна. Крокенам плевать, кто будет работать. А женский пол априори слабее. От нагрузок здесь здоровые мужики сыпятся, как труха, не то, что вы.
— Да. Я не видела еще ни одной, — я согласно кивнула. Если бы не Седой, сдулась еще на первой ходке через мост.
— Ты не видишь ни одной, потому что их сюда больше не отправляют. Помнишь тот отбор, когда только попала сюда? Кена местного видела?
— Угу.
— Так вот, женщин забирает он. И что потом с ними происходит, неизвестно.
— Может, все не так плохо?
— Сама-то веришь? — с издевкой спросил Трой, — ладно, — он махнул рукой, — заканчиваем треп. Расклад такой: ты обязана мне так, что за всю жизнь не расплатишься.
Я сглотнула.
Вот оно!
— Ты —
— Он… — я не смогла сдержать всхлипа.
— Да. Он с нами. И кроме него еще восемь человек. Пятерых мы потеряли, пробиваясь через портал.
— Где мы сейчас?
— В безопасности. Относительной. Днем передвигаться опасно. Кроме крокенов, что прочесывают округу, есть такие твари, с которыми лучше никогда не сталкиваться.
— Кхм. Понятно. И куда мы теперь?
— Есть одно место. К юго-западу от шахты. Говорят, там город. И нет одангов.
— В чем подвох? — поинтересовалась я, рассматривая напряженное лицо Троя.
— Дорого лежит через лагерь крокенов. Его не обойти. Нам придется быть очень осторожными. Поговаривают, что кроме крокенов, есть другие охранники. Дхарги.
— Это еще что за звери?
— Низшие демоны. Многочисленные. Прожорливые. Свирепые. Мстительные. Убить практически невозможно. Контролировать их могут только хозяева. Высшие демоны.
— И мы сунемся к дхаргам?
— Да. Риск есть. Но в этой местности дхарги скорее исключение, чем правило. Они охраняют дом высшего демона. А уж к нему в гости мы точно не пойдем. Так, — Трой решительно огляделся по сторонам, — ты пришла в себя?
Снова кивок.
— Я достаточно удовлетворил твое любопытство?
— Да-а, — протянула я, догадываясь, к чему ведет мой спаситель.
— Хочу получить награду за свои труды.
Рука мужчины скользнула под куртку и властно расположилась на моей груди. Я машинально отметила, как враз потемнел взгляд Троя. Не в силах пошевелиться или возразить, я молча наблюдала, как он торопливо расстегивает пуговицы на моих брюках. Стягивает их вниз.
Избавив меня от одежды, Трой с минуту смотрел с видом собственника, довольного приобретением. Повалив на ворох тряпья, он стащил последнюю преграду из трусиков телесного цвета.
Да уж, больничное белье шикарным не назовешь.
Горячая ладонь накрыла треугольник волос. Указательный палец, очертив чувствительную складку промежности, скользнул внутрь. С хриплым рыком Трой навалился сверху. Я ощутила, как на смену пальцу в меня устремилось нечто горячее, твердое.
Болезненно. Я была не готова к такому вторжению.
Трой развел мои бедра в стороны, чтобы прижаться плотнее. Уперевшись руками в землю, он ритмичными толчками стал вбиваться в меня, постепенно ускоряя темп. Губы жадно скользили по груди, шее, плечам. Я вскрикивала, когда он чуть прикусывал нежную плоть сосков. Сама не поняла, в какой именно момент поддалась безумию Троя. Тело, изголодавшееся по мужчине, требовало и горело в стремлении получить то, чего не было так долго. И пусть ласки Троя были грубыми и даже болезненными, но я стонала от страсти. Извивалась навстречу его движениям, выплескивая всю боль и отчаяние, которые пришлось пережить.