За секунду до...
Шрифт:
Мы с Димычем пристроились в самый хвост очереди к бочкам. Пустыня во рту беспокоила сильнее голода. Хорошо, что на этот раз, никто не отгонял новичков.
Зачерпнув полную пригоршню воды, я сделала глоток. Отвратительная на вкус жижа, с приторным запахом тления. Выплюнула все на землю.
Как можно это пить?
Посмотрела на тех, кто глотал эту бурду, и едва подавила подкативший к горлу рвотный спазм. Остатками воды умылась. Ссадины на лице защипали от прикосновения с жидкостью.
Если меня не убьют, сдохну от голода и жажды.
Решила
Ну, и чем есть? Столовых приборов не наблюдаю.
Посмотрела на других едоков. Кто-то макал пальцы в кашу и облизывал их. Другие хлебали через край. Но самое главное — все ели эту бурду.
В страшном сне не могла представить, что уподоблюсь остальным и с жадностью буду поглощать подобную дрянь. Как ни была голодна, но не смогла заставить себя проглотить ни грамма.
— Я так понимаю, есть ты не собираешься? — спросил кто-то.
Оторвавшись от созерцания блюда в своих руках, посмотрела на источник голоса. Он принадлежал незнакомцу. Бритая голова, недельная щетина, уставший взгляд. Уродливый шрам рассекал левую бровь и часть щеки.
Как только глаз остался цел?
— Нет, — я протянула миску, — можете взять мою порцию.
— Новенький? — незнакомец довольно ухмыльнулся. Взяв чашку, он крупными глотками стал поглощать содержимое.
— Да. Можешь звать меня Ди.
Мужчина выглядел крепким. Он заметно выделялся из толпы своим мускулистым телосложением. С таким лучше подружиться. Так, на всякий случай.
— Трой, — представился новый знакомый, — тебя куда определили?
Я кивнула в сторону своего барака.
— Мясо, — презрительно констатировал Трой, — жаль.
— Что значит, мясо?
— Завтра узнаешь.
Ой, как мне не понравилось выражение его лица.
— Как мне выжить? — бросилась вслед за Троем, который, посчитав разговор оконченным, направился к своему бараку.
Но ответа не получила. Мужчина сделал вид, что не слышал вопроса и скрылся в глубине барака. Идти следом не решилась. К тому же, ко мне уже спешил Димыч.
— Что этот тебе сказал?
— Похоже, завтра нас ждет, нечто такое, что нам явно не понравится, — пробормотала я. Затем внимательно посмотрела на парня и решилась, — слушай, Димыч, можешь помочь мне кое в чем?
Парень вопросительно посмотрел на меня.
— Понимаешь, мне нужно в туалет. А я не могу, зная, что кто-то может увидеть меня. Посторожишь?
— Ладно, — скривившись, согласился паренек.
Пока мой новый друг караулил снаружи, я метнулась в сортир.
Хорошо, что ничего не ела, иначе точно вывернуло бы наизнанку от запаха. Но выбирать не из чего. Туалета для девочек здесь не построили. Справив нужду, быстро натянула штаны и поспешила на воздух.
Вовремя!
На выходе столкнулась с тремя верзилами, собирающимися
Смылся! Вот гад! На этот раз обошлось, а дальше посмотрим. Завтрашний день я могу и не пережить.
Вернулась в барак. Молча устроилась на своем месте, игнорируя паренька, который чуть не подставил меня.
Желудок возмущенно урчал и мстил мне болезненными спазмами. Подтянув колени к подбородку, я мужественно терпела. Еще неизвестно, как бы реагировала на местную кухню. Могло статься, что всю ночь бегала в туалет. Или вовсе отравилась.
Вскорости, провалилась в сон, истязавший меня навязчивыми кошмарами. В итоге, когда гоблины поутру стали будить нас, в основном пинками и ударами плеток, я проснулась более разбитой, чем засыпала.
Нас выгнали во двор. Построили в колонну по четыре человека. Я и Димыч затесались в самую середину. Шествуя по бокам, надзиратели погнали нас к выходу. Они перекрикивались, ругались между собой, сопровождая фразы хлесткими ударами плеток по людям.
Напоследок обернувшись, я увидела, как собираются в колонны остальные пленники. Среди толпы я выхватила взглядом Троя. Наши глаза на секунду встретились, но я тут же поспешила отвернуться. Теперь он уже ничем не мог мне помочь.
Сегодня я смогла лучше рассмотреть укрепления лагеря. Наши бараки, как оказалось, были обнесены мощными стенами. Они опоясывали строения по всему периметру. На форпостах несли службу гоблины. А на сторожевой башне за воротами я разглядела пушку.
Да. Современную такую гаубицу. Или зенитку. В этом я плохо разбиралась.
Также обратила внимание, что между стеной и бараками расположились небольшие аккуратные домики. Скорее всего, в них жили гоблины.
Удобно, наверное.
За массивными воротами, которые с грохотом распахнулись перед нами, расстилалось поле, на котором худо-бедно росла медно-рыжая трава.
Я уж думала, что кроме камней здесь и нет ничего.
Двигались мы по утрамбованной дороге. Впереди маячили скалы, тянувшиеся почти до самого горизонта. Поле довольно быстро сменилось иссохшими корками почвы, потрескавшейся так, что в расколы можно было запросто просунуть ногу. Кроваво-рыжее солнце медленно ползло по горизонту. Оно каждым своим прикосновением обжигало дыхание, стремясь превратить в пустыню и нас, несчастных путников. Двигаться по раскаленным скалам оказалось еще большим испытанием.
Если кто-то из пленников спотыкался и падал, то неизменно вскрикивал, обжигаясь о разогретую поверхность. Я старалась не думать о тех, кто, не выдержав, валился на землю. Если они не вставали под недовольными окриками гоблинов, то те добивали несчастных ударами палиц.
Миновав сложную горную гряду, мы вышли к открытой площадке, размером с два футбольных поля. Сразу за ней, начиналась скала, уходящая своими стенами высоко в небо. Судя по всему, она являлась конечной целью нашего пути. У подножия были видны рукотворные постройки.