Заарин
Шрифт:
В это самое время зазвонил сотовый следователя. Тот, взглянув, кто его вызывает, сунул телефон шаману:
— Объясните «аномальщику», как нас найти, он с парнями уже где-то рядом. — А сам, автоматически проверив наличие кобуры с пистолетом, выпрыгнул на обочину и побежал вдогонку за неторопливо шагающей между сосен и лиственниц Мариной. Вероятно услыхав, как, не разбирая дороги, за ней кто-то мчится, девушка оглянулась, затем, одарив следователя лучезарной улыбкой, продолжила свой путь столь же неторопливо.
— Именем закона немедленно остановитесь! —
Младич развернулась к преследователю лицом.
— Ну, если именем закона, тогда, конечно…
Размахивающий оружием Беликов находился шагах в пяти от нее, когда совершенно на вид крепкая сосна, толщиной в телеграфный столб, без видимых причин вдруг подломилась у основания, и ствол ее, словно молот, ударил следователя сзади по голове.
«Какой милый молодой человек», — подумал заарин с непроизвольной симпатией (материя бывает все ж таки первичной — тело реагирует раньше сознания, а часто и вместо него…), повернулся в нужную сторону и пошел своей дорогой.
Вскоре заарин увидел отару овец и лошадей, пасущихся на байкальском берегу. Они нисколько не изменились за 99 прошедших лет, впрочем, и не могли измениться… А вот и его белая юрта!
Сердце Марины защемило. Сама она, коренная иркутянка, здесь никогда не бывала, да и бывать не могла, но для духа заарина, захватившего теперь тело девушки, эта юрта была родным домом, в котором он проводил месяцы и годы последние полтысячелетия своей жизни.
Все было как раньше, когда он убегал в это уединенное место от суеты и сутолоки Срединного мира. За исключением того, что вошел он в свой дом в чужом, да еще и женском теле. Вошел и остановился на пороге как вкопанный. Он, конечно же, знал, кого увидит на лежанке из шкур возле тлеющего очага, но все равно вид ненавистного предателя заставил его содрогнуться. Захотелось уничтожить этого мерзкого человечишку немедленно, но дух взял себя в руки и усадил Марину в изголовье спящего Гомбо.
— Бар, ты мне нужен! — сказала девушка мужским голосом да еще и на бурятском языке, ко всему прочему, обращаясь в пустоту.
Несмотря на все это, призыв был услышан.
Сознания Беликов от удара не потерял. Крепкий затылок российского следователя, да еще и по особо важным делам, выдержит и не такое, подумаешь, дерево меньше трети метра в диаметре. Впрочем, в голове звенело, как на Пасху, и выбраться самостоятельно из-под придавившего его ствола с пушистой кроной капитан юстиции не сумел. Подошедший шаман, охая и причитая, отодвинул сосну в сторону.
— Я же предупреждал вас, Юра…
— Нормально, Василий! — объявил, поднимаясь с земли Беликов. Пистолета из руки не выпустил, махнул им в сторону, куда удалилась Младич.
— За ней!
— Пошли, — согласился Шарменев, поднимая с земли мешок с костями. — Только вы уж, Юра, слушайте меня, на рожон не лезьте.
Одарив в ответ шамана возмущенным взглядом (уж он-то лучше знает, как
От юрты Беликова теперь отделяли лишь густые заросли отцветающей сирени. Закрыв локтем лицо, он ломанулся сквозь них, а когда наконец продрался, обнаружил себя стоящим на кромке берега Священного Моря, и волны у самых его ног мыли и мыли и без того блестящую разноцветную гальку. Никакой юрты рядом он не увидел.
Когда капитан юстиции вернулся назад, шаман ожидал его на прежнем месте.
— Вероятно, вам нравится выставлять себя идиотом, — констатировал он сердито.
Следователь промолчал.
— С этой минуты руководство я беру на себя, — продолжил шаман. — Никакой инициативы, понятно?
Следователь кивнул.
— И пистолетом хватит махать, чай, не на стрельбище!
Следователь снова подчинился, убрал оружие в кобуру.
— Пошли!
Капитан юстиции теперь плелся сзади, размышляя, что все, чему его так долго учили, в данной нештатной ситуации оказалось практически бесполезно.
Через кусты сирени шаман не полез, но, прежде чем обойти их справа, порывшись в мешке, протянул Беликову пожелтевшую берцовую кость.
— Зачем мне она? — поинтересовался следователь, но мосол взял.
— Эта кость, принадлежавшая когда-то Баташулууну Шагланову, я надеюсь, будет вашим пропуском к белой юрте.
Беликов не позволил себе усмешки. Вместо пистолета сжимая кость в руке, он молча пошел за Шарменевым. И ничего не произошло, точнее, все-таки, наверно, произошло и пропуск сработал, потому что спустя пять минут они стояли у входа в юрту.
— И что дальше? — поинтересовался следователь, возвращая кость шаману, который аккуратно вернул ее в мешок.
— Войдем.
Шаман отодвинул в сторону полог, и Беликов успел заметить Марину Младич, с закрытыми глазами сидевшую неподвижно в изголовье молодого бурята, прежде чем услышал свирепое рычание и увидел прямо перед собой оскаленную пасть огромной полосатой кошки и отпрянул вместе с шаманом от входа в юрту. К счастью, хищник их не преследовал.
— Вероятно, вот кого мы встретили…
Металлические подвески, колокольчики и бубенцы на костюме шамана зазвенели, когда он, порывшись в мешке, извлек из него череп вымершего хищника и пристально посмотрел в его пустые глазницы.
— Похоже, — согласился следователь, доставая сотовый, однако номер набирать не стал.
— Черт возьми, телефон здесь не принимает!
— Наверно, это место закрыто не только для людей, но и для электромагнитных волн.
Комментировать подобную чушь Беликов не стал. Общеизвестно, что на Ольхоне отвратительная связь, так зачем искать сверхъестественные причины?
— Если я не путаю, Сибирский Тигр — дух-помощник заарина? — спросил он.
— Да, — кивнул шаман.