Забавник
Шрифт:
— Рич! — закричала Айра, не слыша собственного голоса и пытаясь поднять вельта. — Посмотри, что с Орликом! Жорд! Не стой столбом, видишь, Рич не в себе? Дай ей пощечину!
Дочь Кессаа стояла неподвижно, словно молния ударила не в убийцу, а в нее. Орлик закряхтел и попытался сесть. Один нож торчал у него из груди, второй из плеча.
— Рина бы сюда! — застонала Айра.
— Как он? — почти одновременно с вскриком Жорда и звуком падения тела возле Орлика появилась побледневшая Рич. — Сейчас все поправим… Нож не дошел до сердца. Орлик! Слышишь
— Есть хочу, — шевельнул серыми губами великан.
— Нож явно не был рассчитан на бычью тушу! — заметила Рич, берясь за рукоять.
— Зато бычья туша должна была рассчитывать на кирасу или хотя бы на хорошую кольчугу! — процедила сквозь зубы Айра. — Справишься?
— Не сомневайся! — ответила дочь Кессаа. — Готов?
— Нет… — только и успел простонать Орлик, как нож покинул его тело.
— Со вторым ножом чуть позже, — прошептала Рич, зажимая рану. — Представляешь, Айра, этот недоросток из дома Олли посмел ударить меня по щеке!
— Она мне зуб выбила! — заныл, копошась под воротами, Жорд, но Айра была уже возле неизвестного.
— Ноя?
Перед ней лежала женщина. Полы темного халата были распахнуты, и под ними блестели кольчуга и пояс, увешанный ножами. Половина лица метательницы была синей, и синева уходила по левому плечу под ворот. Волосы на половине головы были выжжены. Айра поморщилась от запаха обожженной плоти.
— Ноя, где Илька?
Правый глаз несчастной дрогнул и полузакрылся. Изо рта послышался хрип.
— Сдохни… — услышала Айра почти шелест и стиснула кулаки.
Ноя дернулась и застыла. Айра поднялась на ноги, оглянулась. В звездном полумраке и отсветах воткнутого в землю факела темнел обычный деревенский дом, в глубине двора были распахнуты вторые ворота, за которыми сотнями лежали тушки убитых птиц. В воздухе стоял запах масла. Айра вздохнула в ужасе и двинулась вперед. Там, среди мертвых птиц ей почудился труп человека. Так оно и было. Обезображенный и почти разодранный птицами, издающий зловоние, в центре двора лежал человек.
— Деревянная нога, — с облегчением выдохнула Айра.
— Что тут? — спросила, подойдя, Рич.
— Одноногий Вок, — ответила колдунья. — А там еще одна прислужница моего бывшего муженька. Имя ей — Ноя… Демон ее раздери! Однажды она сказала мне, что «не дело женщины задумываться». Вот и закончилась… Как Орлик?
— Живой, — сдвинула брови Рич. — Есть хочет.
— Значит, точно живой. — Айра двинулась обратно. — Что ты сотворила?
— Не знаю, — призналась Рич. — Даже не знаю, смогу ли повторить. Я не сплетала ничего, просто метка начала саднить перед тем, как Орлик сломал ворота, — девчонка остановилась у факела, сдвинула рукав и показала вспухший косой крест. — А потом пальцы будто сами сплелись…
— Сплелись они у тебя как надо, — вздохнула Айра. — Жаль, конечно, что Ноя ничего не успела рассказать. Хотя вряд ли бы мы выдавили из нее хоть слово, но ей бы хватило сноровки порезать троих из четверых. Да и всех четверых, впрочем, — добавила
— Зуб мне выбила! — прошепелявил парень, держась за щеку.
— Терпи, приятель, — ответила Айра. — А ты как думал? Девушки, они все такие, чуть что… Орлик, ты как?
— Нормально, — проворчал сидевший на снесенной воротине вельт, зажимая раны. — Пронесло в этот раз, но без Рина мне прогуливаться как-то не по себе. Хотя если меня каждый раз будет лечить эта красавица, то раз в неделю я согласился бы слегка почиркать свою бычью тушку ножом! Я так понял, что эта ловкая девица собиралась устроить тут небольшой костерчик?.. Что там насчет ужина?
— Подожди немного, — отмахнулась Айра. — Жорд, охраняй Орлика! Рич, осмотрим дом. Только не сплетай пальцы без нужды, тут все просто пропитано маслом.
Марик успел вовремя. Точнее, ему показалось, что успел. На рыночной площади возле огромного костра Дамп сказал ему, куда отправилась Айра, и троица ударила лошадей. Стражники у западных ворот сгрудились в кучу у костра, выставив секиры. Старший дозорный крикнул Марику, что не так давно над западной улицей при ясном небе разразилась гроза, а потом холод прокатился по улице, даже секиры заиндевели! Троица двинулась было вдоль темной улицы, но лошади встали и не пошли дальше. Марик сорвал притороченную к седлу глевию и спрыгнул с коня.
Под ногами захрустел лед. Потянул меч из ножен Тир. Наложил стрелу на тетиву Насьта. А в сотне шагов впереди неподвижно застыли фигуры.
— Идем, — шагнул вперед Марик, но спутники шли за ним недолго.
Сначала в недоумении остановился Насьта. Затем сдавленно выругался Тир и замер, словно ударился о невидимую стену. Марик пошел дальше, чувствуя, как лед хрустит не только у него под ногами, но и в суставах. Он остановился в двух шагах позади Айры, но не потому, что не мог идти, а потому что в ушах прозвучал ее короткое и жесткое — «стой»!
Рядом с Айрой застыл Орлик, сомкнувший руки на груди. Возле него вполголоса скулил о чем-то странно знакомый невысокий стражник. Тут же, явно недовольная, переминалась с ноги на ногу Рич. И только Айра стояла неподвижно, стиснув в руке каменный жезл.
Перед ней в двух десятках шагов замер высокий худой старик. А между ним и Айрой застыла огромная стеклянная змея. «Ледяная змея», — поправил себя Марик, завороженно глядя на искры, осыпающие чешую, и сияющие во мгле полупрозрачные клыки.
— Чего ты хочешь, Зах? — медленно, словно через силу, проговорила Айра, и в ответ ей донесся глухой голос старика:
— Долгое дыхание. Долгое дыхание Сурры, дочь Варуха. Я служил Сурре, а не твой отец! Он был на посылках у него. И он завладел долгим дыханием самовольно! А мне достались только его крохи!
— Но это не помешало тебе дожить до сего дня! — вымолвила Айра.
— Не тебе считать мои годы, выскочка, — проговорил старик. — Только я достоин быть наследником Сурры! Во мне течет больше его крови, чем в тебе!