Забвение роз

Романовская Ольга

Мериам молчала, упрямо сжав губы. Она ощущала, что краснеет, порывалась убежать, но останавливал взгляд преподавателя.

– Мне надо... Простите, мэтр, мне необходимо отлучиться по крайней надобности.

– В медицинское крыло заглядывали?
– живо откликнулся Шардаш.
– Для столь молодой особы такая пылкая страсть к крайним надобностям ненормальна. Поменьше сидите на холодном.

Мериам отвернулась, сгорая от стыда. Теперь он решил, что у неё недержание. Позор-то какой!

– Я вовсе... мне вовсе не туда, - наконец выдавила она из

себя.

– А куда?
– Тревеус Шардаш обошёл адептку и забрал булочки. Раз - и из ничего возникла плетёная корзина, куда перекочевала снедь.
– Адептка, вы хоть на один вопрос ответить способны?

– Искать кольцо. Моё кольцо.

– Нет уж, будем выкорчёвывать из вашей головы всю глупость.

Шардаш решительно подхватил опешившую Мериам под руку и быстрым шагом повёл прочь, к Школе. Адептка едва поспевала за ним. Наконец ей это надоело, да и перстень хотелось вернуть, поэтому Мериам вырвалась и поспешила обратно. В ней клокотала злоба: треклятый профессор в который раз портил жизнь. Да, тот квартал опасен, да, там встречаются подвыпившие полукровки, разливают по мостовой кислое пиво тролли, но перстень с розами где-то рядом. Лишь бы тот тип не юркнул на корабль!

– Стоять!
– гаркнул Шардаш. Нахмурившись, он сверлил адептку ледяным взглядом.

Мериам чувствовала этот взгляд, но и не думала останавливаться. Ноги подгибались, но делали своё дело. Адептка спешила вернуться к кабачку, возле которого повстречалась с профессором. И тут движение её замедлилось, а потом ноги и вовсе беспомощно забарахтались в воздухе.

– Это запрещено законом!
– выкрикнула пунцовая Мериам.
– Я буду жаловаться!

– Ей жизнь спасают, а она недовольна, - прокомментировал её слова Шардаш. Он не торопился подходить и снимать заклинание, наслаждаясь видом беснующейся ученицы.
– Проверим ваши знания, расплетите чары.

– Не могу!
– буркнула адептка. Вспомнила о том, что вокруг полно людей, а на ней юбка, и прекратила воздушный танец. Подол и так чуть задрался, обнажив серый чулок.
– Я на третьем курсе учусь, буду всего лишь магом широкого профиля.

– Вот именно, широкого. Ладно, я помогу, - смилостивился Шардаш, подошёл к подвешенной в воздухе адептке и спокойно, буднично, одёрнул ей подол. Даже бровью не повёл, не смутился, не заинтересовался женскими ножками, даже не взглянул.
– Из чего строятся заклинания?

– Смотря какие. Существует несколько классов.

– Это какой?

Мериам промолчала. Успеваемость не была её сильной стороной. Видя, как медленно расплываются в торжествующей улыбке губы профессора, Мериам напряглась, пытаясь вспомнить классификацию. Кажется, это нитевое заклинание спиралевидной структуры. Оно как ткань: есть продольные и поперечные волокна. Они образуют тончайшие жгуты, закрученные либо по часовой, либо против часовой стрелки. Вряд ли Тревеус Шардаш пользовался тёмным способом плетения, поэтому волокна должны завививаться по часовой стрелке. Необходимо найти конец любого поперечного волокна и дёрнуть - жгутик ослабнет. Повторишь

процедуру несколько раз - разрушишь жгут целиком, образуется дырка. То, что надо, чтобы освободиться.

– Не знаете?
– ворвался в размышления Мериам голос Шардаша.
– Плохо, очень плохо.

Адептка в ответ нахмурила переносицу: она рассматривала плетение заклинания. Кажется, вот там чуть сильнее светится.

– Интерееесно, - Мериам вздрогнула. Увлёкшись, она не заметила, как профессор подошёл вплотную. Теперь их разделяло меньше ладони.
– Всё же знаете. Я поторопился. Ладно, у меня узлы крепкие, не справитесь.

'Ловчая сеть' опала, вернув Мериам свободу движения. Шумно втянув в себя воздух, адептка отпрянула - мало ли, что ещё учудит профессор? Похоже, он поставил себе целью добиться её отчисления.

– Пошли!
– Шардеш прищёлкнул пальцами - жест, которым подзывали подавальщицу.

– Я тарелки не мою, пиво по кружкам не разливаю, - гордо вскинула голову обиженная Мериам. Хотелось хоть как-то отомстить за нанесённое оскорбление, но ничего не приходило в голову. Разве что подойти в Школе к инспектору и нашептать, чем балуется преподаватель в свободное от работы время. Власти заинтересуются, отдадут в руки Белой стражи - специального подразделения, занимавшегося правонарушителями среди наделённых магией существ.

Шардаш закатил глаза и пожал плечами. Меньше всего его интересовали занятия адептки Ики. Чувствуется, вымотает ему нервы на зачётной неделе: не сдаст ведь. Профессор терпеть не мог рыдающих адепток со взглядом собаки, которые обещали 'всё-всё выучить'. Некоторые обряжались в короткие юбочки, будто невзначай наклонялись, строили глазки, пытаясь таким образом решить проблему. Решали - визитом к директору.

Воспользовавшись ситуацией, упрямая Мериам юркнула в ближайший проулок. Нет, она понимала, что вора уже не догнать, но возвращаться с Шардашем адептка не желала. Переждёт где-нибудь, пожуёт булочки.

– Адептка Ики, это невежливо. Убегать трижды на неделе - перебор. Хотя бы попрощайтесь.

– Всего хорошего!
– буркнула Мериам, пожелав профессору встретить безрессорный экипаж, который бы облил его с головы до ног. В голову пришла шальная мысль: а не проклясть ли? А что, она же будущий маг широкого профиля, должна всё уметь. Старшекурсники с Запретного отделения не откажут, с удовольствием поделятся конспектами, чтобы насолить заносчивому куратору. Он был головной болью не только желторотых юнцов.

Настойчивый Шардаш вновь возник в поле зрения адептки. Облокотился об угол дома и лениво наблюдал за метаниями жертвы. Потом неожиданно извлёк из кармана отобранную на достопамятном занятии книгу, зашелестел страницами, откашлялся и зачитал:

– 'Вырвавшись из рук похитителей, Нинель бежала, куда глаза глядят. Пару раз она упала в грязь, но страх подгонял, и девушка раз за разом поднималась, продолжая бег. Лишь бы успеть на корабль отважного Германа!'.

Захлопнув книгу и покачивая ею над сточной канавой, Шардаш поинтересовался: